Темные века (СИ)
– Мы, правда, прочитали только четыре тома из семи, – повинилась я, – но на следующей неделе обязательно наверстаем!
– Это уже не важно, – задумчиво оборонил глава, – это уже детали…
Мы выпили еще по кружечке чая и направились в ратушу.
Высокое собрание сегодня проходило не в кабинете, а в большом зале, где собрались практически все маги, кроме совсем уж юных. Были представители всех направлений. Мы с бабушкой заняли места поближе к первым рядам. По пути к месту помахала Вике и Мечиславу. Те, кстати, сидели рядышком. Ну и прекрасно! Воин-жрец Перуна – отличный парень, так что, даже если у них не получится взаимных симпатий, обрасти просто друзьями Вике будет очень полезно.
– Внимание! – Юденич встал и позвонил в колокольчик, – раз все собрались, начинаем! Первый вопрос: срок моих полномочий подходит к концу. Прежде, чем мы начнем выборы нового Главы Совета Магической России, я должен отчитаться по проделанной работе за период моего председательства.
Он открыл папку и начал зачитывать. Кое-что из его решений я и так знала, кое-что слышала впервые. Было, если честно, скучновато, но я постаралась сосредоточиться. Ба вообще рядом конспектировала. Иногда я позволяла себе отвлечься и посмотреть по сторонам – как реагируют на упомянутые факты другие маги? Покосилась на Шаповалова, высмотрела Зенковского. Нумеролог обнаружился неподалеку, тоже записывая что-то в блокнот. Готовится к дебатам? Так против фактов не попрешь. Шакти же сидел, наоборот, расслабленно откинувшись на спинку, и чуть ли не потолок разглядывал.
Закончив отчет, Юденич предложил вносить кандидатуры. По традиции этим занимались старейшие. Бабушка, ожидаемо, внесла самого Юденича. Ее поддержали ассасины (вернее, их глава – крепкого телосложения старик, «украшенный» шрамами через все лицо), Странники в лице Добромира, все высшие жрецы славянского пантеона. Через паузу, неожиданно, – Шаповалов. Зенковский встал и дерзко предложил самого себя. Предсказанный бабушкой Воладор тоже сам выдвинул свою кандидатуру, не смотря на недовольство остальных жрецов. Остальные кандидаты предпочли остаться в тени.
– Итак, всего три кандидата, – подытожил Юденич, – в качестве беспристрастного арбитра предлагаю Добромира.
Странник опешил, но радостный гомон магов прервал его возражения. Пришлось ему выйти на сцену и взять управление выборами на себя.
– Кто за то, чтобы выборы были тайными?
Против оказались единицы.
– Прекрасно. Тогда прошу вынести бланки для тайного голосования.
Марианна вынесла стопку бланков, выдав каждому по одной штуке.
– Прошу каждого вписать в бланк одного из кандидатов. У вас три минуты. Время пошло.
Я добросовестно вписала Юденича и сложила бланк в два раза.
– Марианна?
Русалка собрала жребии в коробку с прорезью в крышке.
– Прошу подождать, пока мы подсчитаем. Пожалуйста, соблюдайте тишину и порядок.
Добромир с Марианной в четыре руки рассортировали бланки в три стопки. Я с удовольствием обнаружила, что одна из стопок была самой большой. Кажется, у нас один бесспорный лидер и два аутсайдера?
Добромир записал результаты и снова подошел к микрофону.
– Воладор, тринадцать голосов. Зенковский – двадцать два голоса. Юденич – сто восемьдесят три голоса. Итак, председателем Совета Магической России признан Юденич Дормидонт Саулович.
Зал грянул аплодисментами.
– Я и не сомневалась, – тихо сказала бабушке.
– А чему удивляться, после такого впечатляющего списка свершений. Теперь будем думать, что делать дальше.
– Благодарю за доверие.Предлагаю сейчас сделать маленький перерыв, – к микрофону подошел Юденич, – а после я принесу присягу председателя. Далее, предлагаю следующий вопрос повестки дня: дальнейшие планы развития магического сообщества.
Люди начали говорить, многие встали и направились в буфет.
– Идем, что ли, чаю попьем? – ба тоже встала.
– Согласна, – я расправила юбку, поднимаясь и оглядываясь.
– Вы позволите? – рядом, как из-под земли, появился Добромир.
Бабушка благосклонно кивнула, и странник непринужденно взял меня под локоток. Следуя за ней в буфет, я поймала несколько любопытных взглядов. Вика, кстати, шла с Мечиславом. Не под ручку, но рядом, и увлеченно при этом что-то обсуждали. Вот и хорошо, вот и ладушки.
Мы выпили имбирного чая в буфете, обсуждая только всякие бытовые мелочи и подчеркнуто не касаясь политики. А почему? Да потому, что за бабушкиной спиной нагло устроился Зенковский и грел уши! Выгнать его было нельзя, вот и пришлось тщательно обсудить погоду, наши планы на весенние посадки и пользу зимних напитков вроде того же имбирного чая. Добромир в красках рассказал нам про свое первое посещение того Мира, в котором мы так грандиозно погуляли, укротив местную нечисть и получив замечательную прибыль. Ларец с султанской выплатой, кстати, так пока и лежал в скрыте на полочке в магическом шкафу, ожидая выезда на дачу. Бабушка постановила, что весной мы закажем Брикенсу артефактную дверь в магической части подвала, а потом ритуалом соединим обе части тайника. Ба не сомневалась, что магия клада позволит сделать все, как нам надо.
– Юдифь Георгиевна, – к нам подошел Юденич, – на два слова, вы позволите?
– Конечно.
Маг что-то прошептал ей на ухо. Бабушка подумала и кивнула:
– В следующее воскресенье, прямо с раннего утра, место вам известно.
– Договорились.
Нумеролог заерзал от любопытства, но промолчал. Я хмыкнула и решила дома рассказать бабушке о своих наблюдениях.
Собрание продолжилось после перерыва. Юденич принес присягу, потом мы обсудили способы скрыть второй выход из лакуны от простых людей и следящей техники. Кто-то предложил свои услуги в обучении новых магов. В общем, рутина.
А в следующее воскресенье мы с бабушкой собрали сумку-тележку и на первой электричке поехали в Пушкин: глава общины попросил провести для одного видного политика ритуал удачи и благосостояния.
Мы разбудили алтарь, провели требуемую подготовку. Вскоре действительно, в толпе помощников и охраны пришел политик.
– Посторонних – вон! – тон бабушки неповиновения не предполагал.
Политик скривился, но послушно махнул рукой:
– Возвращайтесь в машины.
– Но… – самый наглый из молодых людей.
– Брысь!!
– Дормидонт передал мне ваши пожелания, – стоило нам остаться одним, начала бабушка.
– Это возможно?
– Вполне. Но вы понимаете, что взамен вам тоже придется что-то отдать? Дело даже не в деньгах. О, не душу, не бойтесь! – правильно интерпретировала испуг на холеной физиономии, – ваша душа им не нужна. Но боги могут потребовать служение сообразно просьбе. Если вы хотите богатства – придется впрячься в благотворительность. Если власти – придется дать присягу полной верности стране, в которой властвуете. И обмануть богов не выйдет, учтите.
Политик задумался на минуту. Вздохнув, решительно кивнул:
– Согласен!
– Тогда раздевайтесь до трусов, снимайте обувь и все украшения. Не бойтесь, не замерзните.
Дядька, торопясь и путаясь, скинул одежки. Я подготовила атрибуты и разожгла жаровню.
– Ложитесь! – бабушка указала на алтарь. Дядька лег, куда сказали.
Статуя Юпитера и подсвечники заняли свои места.
– Signore Giove, mi rivolgo a te![1]
На этот раз внимание свыше появилось с первых нот песни. Бабушка речитативом рассказывала о просьбе смертного высшим силам, я через каждые четыре строки кидала в огонь подношения – фрукты, вино, масло.
На третьем куплете давление энергии дошло и до просителя – мужчина сначала изумленно распахнул глаза, а потом зажмурился и сжал кулаки. Между ним и богами завязался безмолвный диалог: он зашевелил губами, словно отвечая на вопросы и даже… споря?! Силен!
Наконец, сверкнуло вспышкой, словно молнией, и все закончилось. Огонь в жаровне вспыхнул столбом и погас, оставив только золу, свечи мгновенно сгорели до самых подсвечников, даже воска не осталось.