Зеркала миров (СИ)

В стареньких джинсах и спортивной кофточке, чистенькая и домашняя, она выглядела чужой в этом заведении разврата, словно странница случайно занесенная из другого мира. Потерянная и печальная.
— Где он? — уточнил Иннокентий.
Мари молча указала на дверь злополучного номера.
Для начала Иннокентий вышвырнул визжащих, ругающихся девиц. И Мари поняла, что поступила очень верно, когда приняла решение не связываться с этой компанией. Потому что девки подняли жуткий шум, а одна попыталась вцепиться в лицо добровольного помощника Мари. Только когда тот вытащил значок полицейского (старый подарок родственника) по счастливой случайности оказавшийся у него, девицы угомонились и утопали прочь продолжая поносить Иннокентия на все лады.
Вяло возмущающегося Сергея, Иннокентий мгновенно, не вдаваясь в излишние обяснения, (и даже не предупредив заранее Мари) вырубил хуком слева.
— Сейчас я вытащу и запихну это тело в свой флаер, — сообщил он уставившейся на него испуганными глазами Донович. — С ним все о’кэй. Не бойся. Проспится и встанет.
— Я знаю. — растерянно произнесла Мари. — Но домой ему нельзя. У мамы больное сердце.
— Ничего. Есть одно местечко. — пробурчал Иннокентий. — Ну что? Вперед.
Он вызвал служащего и подхватив вместе с ним Фалько потащили того к флаеру.
День подходил к своему завершению. Мари вернулась домой ни словом не сообщив родным о своих недавних приключениях.
Донович изо всех сил старалась не показать, то что творилось в ее несчастной душе. И, чтобы избавиться от случайных вопросов, ушла спать очень рано.
Хотя, какой там сон. Полночи она беспокойно крутилась. Картина из номера отеля так и стояла перед ее мысленным взором.
Пьяный Фалько. Его грубые слова. Полуголые девицы.
— Неужели все это произошло только из-за фейри? — думала Мари. — Только из-за фейри? Но ведь она же поняла произошедшее той ночью. Почему же Фалько отказался разговаривать, а вместо этого… вместо беседы… тот злополучный отель.? Как могло такое произойти? Почему?
Мари вертелась полночи и только ближе к рассвету ей удалось наконец забыться тревожным сном. Когда утром Донович встала, она была уже совсем другим человеком.
Наивная и доверчивая девочка исчезла. Что-то погасло в ее душе. Навсегда.
Теперь, то, что казалось важным и обязательным для Мари из прошлого (защита диплома, последняя практика, распределение) потеряло всякий смысл.
Ну защитит она свой диплом. И что? Станет от этого счастливее? Распределение? У нее уже есть работа на Станции.
Убраться бы отсюда. Да, хотя бы в другой мир, чтобы Фалько уже никогда не нашел ее.
Ранним утром Мари приехала на Станцию и постучалась в кабинет Зимина.
— Я отложила защиту диплома, — сухо сообщила она. — Если есть возможность отправки в другой мир для его изучения, то я надеюсь, что мои знания и умения пригодятся в экспедиции.
Зимин бросил на нее удивленный взгляд. Он сообразил, что между ней и Фалько что-то произошло, но расспрашивать не стал. Да и нетрудно догадаться, коли он сам включил Мари в договор с фейри.
— Место в экспедиции? — задумчиво повторил он. — Есть пожалуй. Только мероприятие не связано со смежным миром.
Мари вопросительно смотрела на него. Сейчас она была похожа на солдата ожидающего приказа.
— Садитесь, Донович, — вздохнул Зимин. — Есть серьёзный разговор.
.
.
 Плоды договора (продолжение) 
«Иногда планы перестраивают буквально на ходу. И вы очень удивитесь узнав, что чем серьёзнее проблема, тем более зыбкими и ненадежными кажутся заранее продуманные планы.»
Из разговора
* * *
Как объяснил Зимин, по уже известным причинам, экспедиции в смежные миры не планируются. Мари причины пока были неизвестны, но она согласилась с начальством. Если не планируется, то не планируется.
 
Потом, без всякого перехода, Зимин неожиданно рассказал какие блестящие перспективы для исследования далекого прошлого открываются в работе с фейри.
— Древний народ. Мы и представить себе не можем сколько тайн прошлого им известно. Историю нашей цивилизации они знают так, что… для них это — семечки. Это грандиозно, Мари. Работая в их архивах и библиотеках, ты узнаешь больше, чем вся ученая коллегия вместе взятая.
Предложение было соблазнительным. Еще неделю назад она бы непременно ухватилась за него.
Мари вспомнила очарование той ночи. Разговор с Майораном… и как-то уж совсем некстати феечку выбирающуюся из палатки… из их с Сергеем палатки, между прочим. Тогда это вызвало у нее возмущение, огорчение и разочарование. Сейчас же она внезапно подумала, что та встреча с фейри, почему-то разрушила ее будущее. И Майоран так настойчиво предлагал ей близость…
— Нет. — отрезала Мари. — Меня не интересует работа с фейри.
Зимин был ошеломлен. Да, направь фейри подобное предложение любому специалисту историку и тот уже мчался бы к ним, не чуя под собою ног. Мдаа.
Странным, было все. Например, почему эти существа не очаровали Мари. Ни одна женщина не могла остаться равнодушной к их волшебному обаянию, колдовскому шарму
— Ты подумай, — посоветовал он. — Не спеши отказываться. Знаешь ли такие предложения нечасто получают.
— Нет. — категорично повторила Мари. — Работать с фейри я не буду.
— Не будешь, значит. — повторил Зимин. — А знаешь ли ты, что это не просто так? Не щедрый подарок выдающейся студентке, а единственное средство способное защитить тебя? Иногда бывает так, что смежный мир не отпускает исследователя. Недавно, ты почти осталась в чужой реальности и лишь чудом смогла возвратиться назад.
Зимин достал из папки и швырнул на полированную поверхность стола яркую рекламку, которую Мари вручили в мире Мари2.
— Когда тебя затянет туда в очередной раз, никто не сможет тебе помочь. — веско завершил он внимательно наблюдая за реакцией девушки.
И опять Мари его удивила.
— Пусть затянет, — улыбнулась она. — Значит такова моя судьба.
— Какая судьба? Что за ахинею ты несешь? В том мире ты давно мертва. Тебя оплакали и закопали. Что произойдет, если ты вдруг воскреснешь?
— Я скажу что произошла ошибка. Придумаю что-нибудь.
— Ни черта ты не придумаешь. Тебе прийдется таиться, жить под чужим именем. А документы? А? Где ты возьмешь новые документы, девочка?
— Что-нибудь придумаю, — спокойно произнесла Мари. Сейчас она напоминала Зимину андроида. Равнодушие и следование одной, только ей известной цели.
— Ладно, — сдался заведующий, после того, как еще раз взглянул в ее лицо. — Есть у меня один вариант. Но подробности будут озвучены только на совещании. О времени тебе сообщат.
Внезапно нахлынула усталость. Насколько проще сложилось все, если бы Мари согласилась работать с фейри. Если бы согласилась… А теперь…
«— Что делать историку на корабле отправляющемся в заданный квадрат космического пространства? — думал Зимин. — Как объяснить внезапный фортель ее родителям например. Или начальству далекому от наших будней. Как вывести ту одну-единственную формулу которая вытащит нас всех из этого болота? »
* * *
С трудом Фалько приходил в себя. Он словно выползал из вязкого, обволакивающего душу тумана. Пытался выбраться и… не мог.