Дракон моих кошмаров, или Не злите Ведьму (СИ)

А вздрагивала я сегодня чересчур часто. Даже от звука громко опущенного подноса на стол в обеденном зале.
Собрав себя по частям, я распрощалась с девчонками и отправилась отрабатывать свое жалование к господину Азелю.
– Спасибо, профессор, – поблагодарила я, протягивая позаимствованный фолиант.
– Пробовала что-нибудь? – спросил седовласый профессор, ставя книгу на место.
– Не было времени, – честно призналась я. А теперь как-то больше и не хочется.
Обмолвившись с ним еще парой слов, я приступила к рабочим обязанностям. Когда на полках был наведен порядок, решила попрощаться. А профессор вдруг предложил попробовать намагичить что-нибудь из книги прямо сейчас.
– Хочешь? Я помогу, – заверил он, видя мои сомнения. – Или ты не намерена узнать, насколько сильна?
– В следующий раз, профессор. Сейчас мне правда очень нужно идти, – извинилась я, и господин Азель, хоть и не одобрял моего небрежного отношения к его щедрому предложению, задерживать не стал.
Не могла же я ему сказать, что сейчас не самое подходящее время для ведьм-универсалов наращивать свою мощь. Уж лучше похожу в слабаках, чем окажусь на том алтаре.
Что ж, если раскрывать свой потенциал мне не стоит спешить, то кое с чем стоило бы поторопиться. Я заглянула в библиотеку, собираясь узнать об истинных побольше и поискать способ избавления, но, как назло, сейчас тут толпилась куча адептов.
Брать при них специфическую литературу я постеснялась. К чему зарождать в чужих головах ненужные подозрения? Решила вернуться вечером, а это время провести за домашним заданием, которым сегодня завалили с головой.
Два часа я потратила на заучивание новых заклинаний. Если в первые годы ключи к магии были облачены в пару-тройку слов, то теперь представляли собой простыни.
Одно из последних занимало половину тетрадного листа. Глаза сбились в кучу, и язык стал заплетаться.
Я отложила записи и откинулась на спинку стула. Как только древний язык начал выскальзывать из головы, его место тут же заняли другие мысли, которых я вовсе не хотела.
Мысли об Эзере.
Я тут же кинулась к записям, пытаясь занять мозг делом, но дракон взял свое.
Решив, что дальше в комнате оставаться нельзя, я собралась прогуляться. Может, и в библиотеке уже поменьше народу?
Но, едва вышла в коридор, увидела того, от кого не могла спастись даже в собственных мыслях.
Эзер статно вышагивал по зеленой ковровой дорожке своими длинными и крепкими ногами, а я задавалась вопросом: «Что он забыл в женском крыле?!»
Не желая проверять, к кому из адепток решил наведаться бабник, я юркнула обратно в комнату и плотно закрыла дверь. Но, едва отошла от двери, как постучали.
– Рина, – позвал Эзер, и внутри все предательски задрожало.
Это с каких пор я так нервно реагирую на его голос? Вся моя сущность не просто встрепенулась, а подалась на зов.
Да что ж это такое? Вязь?!
Если от одного только звука меня ведет, то что будет, если я открою эту чертову дверь и посмотрю в лицо дракона?
Вообще в дурочку превращусь и буду таращиться глазами-сердечками?
Не надо мне такого счастья!
– Рина. Надо поговорить. – Донеслось еще раз.
– А вот мне не надо! – хотела прошипеть я, но промолчала. Пусть подумает, что меня нет, и просто уйдет.
– Я знаю, что ты там. А ты знаешь, что я могу и сам открыть эту дверь, – устало выдохнул дракон.
– Дверь запечатана! – возразила я.
– Твоя печать – моя печать. Истинные, – повторил он это самое слово, и сердце предательски заколотилось.
Ну уж нет! Не дам я ему возможности вить из меня веревочки.
Что делать?! Куда бежать?
– Рина, не будь ребенком. В последний раз прошу, – предупредил дракон.
О Стихии, он же так все общежитие на уши поставит! Чтоб ему спотыкалось на ровном месте! И куда деваться?
В ванную?
Чтобы под другой дверью «Ринкал»? Нет.
Я бросилась к окну, проверяя, смогу ли отсюда спуститься. А что, раньше же выбиралась. Правда, жила на первом этаже.
Ничего. Не разобьюсь. Но артефакт удачи на всякий случай прихвачу.
– Ладно, ты не оставляешь мне выбора, – выдохнул неназванный гость и открыл мою дверь.
 
Вот только сюрприз – я-то уже на земле. Слышу, как носится, хлопает дверями. Вот и про окно теперь сообразил.
Вот же черт! Не успела уйти! Увидел!
– Ты в своем уме?! – Он взбесился, оценивая взглядом высоту, с которой я спустилась. Не буду говорить про артефакт.
– А нечего было вламываться! – Не удержалась и показала ему язык, а затем засверкала пятками прочь, крича, чтобы не забыл закрыть за собой дверь. – Если хоть что-то пропадет из комнаты, сдеру с тебя в двойном размере!
– Невыносима! – кинул он мне вслед.
– Ага!
Сбежать-то я сбежала. А дальше куда? Не в библиотеке же ночевать? Опять к девчонкам? В этот раз мучить буду Мей?
Нет уж. Посижу у них до глубокой ночи и вернусь.
Мы потренировали с девочками заклинания, окончательно высушили мозги, и я никакая подалась обратно. Подошла к своей двери, смело дернула ручку и, довольная, ввалилась в комнату.
– Набегалась?
Твою ж за ногу!
  
Глава 23
 
– Тебе зарплату за преследование адепток платят?! – зашипела я, впиваясь в Эзера злобным взглядом.
– Я же сказал, что надо поговорить, – выдал дракон с недовольным видом.
А чего ему радоваться-то? Когда невеста только и делает, что пятками сверкает.
– Знаю я все твои темы. А про истинность даже не зарекайся! Стошнит!
– Рина! – зашипел Эзер, как чайник, но тут же взял себя в руки.
Увел взгляд к окну. И что его так манит созерцать пейзажи? Которых, на минуточку, даже не видно в кромешной темноте.
Или хочет, чтобы я опять забылась, любуясь его статной фигурой?
– Сейчас не об этом, – вздохнул дракон.
Его лицо стало необычно серьезным, и я бы даже не побоялась сказать, несколько взволнованным.
– А о чем?
– Мне нужно, чтобы ты описала алтарь и все, что видела во сне, как можно подробнее. Каждую деталь, – просветил меня дракон.
Вот оно что! А я-то придумала уже…
Что ж это получается, любовная линия заканчивается и начинается детективная? Жанр поменялся?
Было бы славно, но нет. Всеми фибрами души чувствую, что мужчина вовсе не отступил, а затаился на время, пока ему от меня что-то надо.
– Хорошо, – согласилась я.
Не ради Эзера. А ради тех несчастных, что оказались на алтаре, или тех, что могут туда попасть в перспективе.
– Проще будет, если нарисую, – сказала я, усаживаясь за стол. Взяла чистый лист и принялась чертить круги. Зал ведь был круглым. И алтарь тоже.
– Что это? – Дракон нахмурился, разбирая мои каракули.
Знаю, что получалось ужасно, но я же не художник! Это я ему и собиралась сказать, однако мужчина наглым образом повис на моем плече.
Точнее, он склонился так, что через плечо заглядывал в кривой эскиз. Его щека почти что касалась моей.
Я вспыхнула. И злость, и смущение. Готова была выдать новую порцию ругательств и надеть этот самый рисунок ему на нос, но дракон вовремя ретировался.
– Давай я. – Он переманил мой карандаш и бумагу и велел описывать.
Уселся на моей кровати, как на своей собственной, закинув одну длиннющую ногу на другую, и приготовился творить.
Ну-ну, посмотрим, как ты хорош в изобразительном искусстве!
Я усмехнулась и принялась все рассказывать в деталях.
Карандаш шоркал по листу, и, к моему удивлению, у дракона получалось очень даже красиво. В этом мире есть хоть что-то, в чем он профан?
– Нет. Тут не так. И завиток повыше.
Когда зал был готов, я начала описывать пентаграмму. По крайней мере, ту ее часть, которую видела под телом девушки.
Эзер начал путаться, я выманила карандаш и продолжила сама. Так увлеклась, что перестала вообще замечать что-либо, кроме эскиза.
Опомнилась, лишь когда решила взглянуть на дракона, чтобы сообщить: это все, что помню. Обернулась к нему и оказалась носом к носу.