Твое смеющееся сердце
Но когда Фло Уэдерз действительно появилась, я вдруг оробела. Что мне делать дальше?
— Всем привет, дамы, — воскликнула миссис Уэдерз, ставя на стол свою тарелку с пятнистыми бобами, кукурузным хлебом и капустным салатом. Она повернулась к моей подруге: — Бонни, а это кто с тобой?
Бонни, сидевшая с полным ртом, еще не успела проглотить и ответить, как Фло уже взяла дело в свои руки.
— Вам кто-нибудь говорил, милочка, что вы похожи на Ребу Макинтайр? — спросила она. — Мой сын обожает эту женщину!
Все остальные рассмеялись, по-видимому, давно привыкшие к непринужденному обращению Фло.
— Меня зовут Фло Уэдерз, добро пожаловать в общину методистской церкви Ледбеттер-Крик.
Бонни поперхнулась чаем и закашлялась, ловя ртом воздух.
— Бонни вообще-то очень хорошо воспитана, но, наверное, провела слишком много времени в окружении своей ребятни. Что с тобой, Бонни, почему ты покраснела?
Бонни действительно покраснела и кашляла так, что могла бы заглушить целый оркестр. Не в ее характере было пускаться на всяческие уловки.
— Меня зовут Мэгги Рид, — сказала я, улыбаясь женщине и одновременно пытаясь не слишком откровенно вглядываться в чистые голубые глаза.
— Фло, Мэгги — моя коллега по салону «Кудряшка Кью», но теперь она занялась… Ой! — вскрикнула Бонни, потирая ногу, которую я довольно ощутимо пнула под столом, и это помешало ей рассказать, что я еще работаю певицей в ночном клубе. Она перехватила мой взгляд и замолчала.
— Так вы парикмахер? Замужем?
Дамы за столом снова рассмеялись: судя по всему, Фло оседлала своего любимого конька, что также было не ново.
— Послушайте, Мэгги, — Фло ближе наклонилась ко мне, — не обращайте на них внимания. Перед вами мать, которая подыскивает достойную пару для своего умного, красивого и недавно разведенного сына.
Я вскинула брови и вежливо улыбнулась.
— Нет, мэм, я не замужем.
— Так-так, — проговорила Фло, отламывая кусочек кукурузного хлеба, но, по-видимому, не собираясь подносить его ко рту.
— Расскажите мне о своем сыне, — сказала я, изо всех сил стараясь не встречаться взглядом с Бонни и не показать свою заинтересованность.
Бонни раскашлялась так сильно, что ей пришлось выйти из-за стола.
— О, он просто красавчик! — заявила одна из дам с голубыми волосами.
Остальные согласно закивали.
— И такой вежливый, — сказала другая.
— Настоящий сердцеед, — добавила третья.
Тут все замолчали и дружно уставились на маленькую, похожую на птичку женщину в шляпке из голубой и розовой соломки. Та густо покраснела.
— Я только хотела сказать, что он очень мил, но, конечно, настоящий джентльмен.
Фло посмотрела туда, где служители раздавали стоящим в очереди людям тарелки с бобами, и нахмурилась. Ей там явно что-то не понравилось. Никто за столом не успел и слова сказать, как она вскочила со своего места и бросилась наводить порядок.
— Я не сомневаюсь, что сын миссис Уэдерз — очень достойный человек, — сказала я с улыбкой, — но если он только недавно остался один, возможно, он не торопится связать себя с другой женщиной.
Над головами дам словно собралось легкое облачко. Первой подала голос пышная дама в ярко-лиловом платье.
— То, что случилось с Маршаллом, — это форменное безобразие!
— О, простите, мне очень жаль. — Я потупилась и стала ковырять вилкой в тарелке с бобами. — Его жена умерла?
— Силы небесные, нет, конечно! Но признаться, нам порой кажется, что лучше бы это было так. — Дама в лиловом с опаской посмотрела в сторону Фло, которая накладывала бобы в большую миску, и снова повернулась ко мне: — Жена его бросила! Ушла к другому!
— Не может быть! — воскликнула я.
К столу возвращалась Бонни, теперь ее лицо приняло умеренно розовый оттенок.
— Да, да! — дружно подтвердили дамы.
— И это при том, что он очень много работает, расследуя разные преступления! — Дама в лиловом явно переживала больше всех. — А она просто взяла и ушла от него! Из вещей ничего не забрала, кроме одежды. Ушла к лучшему другу Маршалла! С тех пор он сам не свой. Фло за него так волнуется, что чуть не заболела от беспокойства. Он почти нигде не бывает, даже в церковь не ходит. Он и с друзьями почти перестал встречаться. Думаю, он просто никому больше не доверяет, и, знаете, я его в этом не виню.
— Ну, это произошло уже больше года назад, — вставила дама, похожая на птичку. — Ему нужна новая лошадка, вот что я вам скажу. Пора ему снова вскочить в седло.
— Марта! — ужаснулись остальные.
— Да полно вам, не ведите себя как ханжи! — Марта фыркнула. — Мне стесняться нечего, я этому мальчугану в свое время подгузники меняла и видела, как он рос. Ему просто нужна хорошая женщина, только и всего. К несчастью, он пока сам этого не знает, думает, что женщины все одинаковы, лживые твари вроде его бывшей. Вот и ушел с головой в работу.
Дамы вздохнули в унисон. Приближалась Фло, и все, кроме Марты, уткнулись в свои тарелки.
— Разве я не дело говорю, Фло? — спросила Марта.
— О чем это она? — Миссис Уэдерз улыбнулась, села на свое место и потянулась за чайником.
— Я говорю, что Маршаллу нужна новая женщина, разве я не права?
Фло покосилась в мою сторону и рассмеялась.
— Да, ты права! Но только не пугай мисс Мэгги, она решит, что нам не терпится поскорее сбыть Маршалла с рук.
— А разве не так? Помнится, кто-то говорил, что мечтает о внуках.
Фло вздохнула и посмотрела на меня.
— Вы, наверное, знаете, как это бывает: всякой матери больно видеть, как ее мальчик страдает, сколько бы ему ни было лет и как бы стойко он ни держался.
— Я понимаю, что вы имеете в виду, — я кивнула, — у меня у самой есть ребенок.
Фло улыбнулась.
— Знаете, я почему-то думаю, что мой сын вам понравится, а уж вы ему точно понравитесь, в этом я просто уверена.
— Что ж, может, мы с ним как-нибудь встретимся, — невозмутимо заметила я.
— Непременно встретитесь, он должен с минуты на минуту прийти сюда. Он никогда не пропускает бобовый пир и ребят, с которыми работает, тоже приводит.
Бонни снова подавилась и закашлялась еще сильнее, чем в первый раз. С бешено бьющимся сердцем я лихорадочно соображала, как бы удрать. Я посмотрела на подругу, пытаясь перехватить ее взгляд.
— Бонни, — громко сказала я, вставая и подходя к ней, — позволь я тебе помогу. — Я буквально стянула Бонни со стула, схватила свою и ее сумочки и посмотрела на соседок по столу. — Мы скоро вернемся, эти приступы кашля находят на бедняжку неожиданно, и от них помогает только одно средство — свежий воздух.
Я потащила было Бонни к выходу, но на полпути к двери увидела нескольких мужчин. Узнав среди них детектива, я быстро повернула Бонни в обратную сторону, и мы поспешили в дамскую комнату, дверь в которую находилась по другую сторону длинного зала.
— Быстрее! — прошипела я. — Спрячемся в туалете, пока он нас не увидел!
Мы чуть ли не бегом бросились через зал, при этом Бонни продолжала надсадно кашлять, а я молила Бога, чтобы нам не помешали скрыться. Наконец мы юркнули за дверь и остановились, тяжело дыша.
— Что нам теперь делать? — ахнула Бонни.
Я оглядела помещение, отделанное розовым кафелем. Три кабинки, две раковины, одно окно.
— Бонни, — сказала я, — трудные времена требуют крепкой шкуры. Мы отсюда выберемся.
— Но он нас увидит! Тебе ведь это не нужно, правда? Или ты хочешь, чтобы он узнал, что ты наводишь о нем справки у его матери? Да он просто лопнет от злости!
Я подошла к окну с матовыми стеклами, приоткрыла его и посмотрела на кладбище, которое начиналось за церковью.
— Бонни, ты прыгнешь первая.
— Да ты что, я не могу! — взвизгнула она. — Как же дети?
Действительно, Бонни не могла сбежать, бросив детей.
— Ну хорошо. — Я старалась говорить как можно спокойнее. — Ты вернешься в зал, тихо соберешь своих ребятишек и уйдешь. Если кто-нибудь спросит, где я, притворись, что не знаешь. — К сожалению, я знала, что Уэдерз раскусит Бонни с первого взгляда, врунья из нее никудышная. — Только попытайся ускользнуть так, чтобы Фло тебя не видела, сумеешь?