Мастер печатей. Том 3 (СИ)

— Теоретически. Не только у меня есть причины для мести этим родам. Когда идешь на подобное преступление, всегда могут остаться либо выжившие, либо недовольные, либо недовольные потомки выживших. Это всегда нужно учитывать и не расслабляться ни через год, ни через десять лет, ни через сто, — замолчал он, ненадолго задумавшись над своими словами. Потом тряхнул головой, возвращаясь к прерванному им самим разговору. Возможно, ты и твои друзья с ним встретитесь и, несомненно, проиграете, потому что даже мне не хватит сил, чтобы противостоять ему. Но если ты примешь моё предложение, я помогу тебе в противостоянии с ним, и тогда наши шансы существенно возрастут, — посмотрел он наверх и очередным взмахом руки замкнул контур магического смерча, словно накрывая нас непроницаемой крышкой и погрузив при этом в непроглядный мрак. — Так-то получше будет, теперь никто не сможет разрушить этот барьер и помешать нашему разговору. Моё личное изобретение, прекрасно получилось, не правда ли? — вверх взметнулось несколько белых шаров, осветив ярким неестественным светом площадку, где мы находились.
— О ком ты говоришь? — проигнорировав его самовосхваление, повторил я вопрос, уже действительно заинтересовавшись в ответе. Может, Сапсанов и не врал. Он не тот человек, который будет скрывать свои подвиги, даже столь неоднозначные.
— Я отвечу, но позже, когда получу от тебя ответ на мой вопрос, — прищурился он, начиная мерить шагами свободное пространство. — Так вот, на чём мы остановились? Точно. Я учёный, изобретатель. Найдя способ пробить границу собственного магического предела, меня заинтересовало нечто иное. А именно, ты. Точнее, даже не ты, а род Мануловых в целом. Есть прописные истины, законы, которые твой бог нарушает вопреки здравому смыслу. Ведь всем известно, что магом можно только родиться. Но все Мануловы, что были до тебя, магами не являлись. И силу получили гораздо позже возраста инициации. Тогда у меня родилась вполне здравая идея: если может он одарить магией неодарённого, значит, это может сделать кто-то другой, не так ли? — он говорил всё быстрее, а в глазах промелькнул тот безумный огонёк, который я видел в единственную нашу встречу. Значит, он всё же не смог полностью исцелиться, и, вполне возможно, что это безумие может захлестнуть его с головой.
— И я так понимаю, этот кто-то — ты. В боги метишь? — рассмеялся я, даже не думая, что в своём самоутверждении он сможет так далеко зайти.
— Может, и не в боги, но магом десятого уровня мне вполне под силу стать, — оскалился он. — Но даже имея ту силу, которой обладаю на текущий момент, я могу разгадать эту тайну, которую вы со своим мелким божком скрываете. У меня уже есть люди, которые готовы со мной сотрудничать. Как оказалось, никому не нужные сироты — отличный пласт для научных экспериментов. Даже не требуют ничего запредельного, когда слышат, что можно стать сильнее, быстрее и развить магический дар, которого у них отродясь не было, — поморщился он. — Но если всё получится, то подобным образом я смогу заполучить в своё собственное распоряжение преданную мне армию сильных бойцов, которые не предадут и будут благодарны до конца своей жизни, в которой появится хоть какой-то смысл. И вот тогда можно и вернуться к мести, которая по прошествии времени станет только слаще, — проговорил он с каким-то злорадством, прикрывая глаза. — Я уже смог развить в некоторых что-то похожее на источник, но он пуст, и мне неизвестно, как его можно заполнить. И именно поэтому мне нужен ты.
— Я понятия не имею, о чём ты говоришь, — покачал я головой. — Я — Серолапов, если ты помнишь, и мой дед владел тремя разными стихиями. Мне в наследство досталось две. Манул просто первым откликнулся на зов в Доме всех богов, так что мне нечем тебе помочь, — как можно убедительнее произнёс я.
— Я бы мог тебе поверить, правда, но мне стало известно, что ты смог получить от моей племянницы дар тени, которым никто из твоих предков не владел ранее. И произошло это во время её инициации. Так что хватит, — прорычал он, переставая мельтешить перед глазами и, резко остановившись, приблизился ко мне на несколько шагов. — Как бы ты ни артачился, исход нашей беседы только один: ты будешь работать со мной или добровольно, что я советую тебе сделать, и тогда всё быстро закончится, или мне придётся тебя сломать и подчинить, и поверь, для этого я даже не пошевелю и пальцем. Так каков твой ответ? Ты согласен работать со мной?
 
— Катись в бездну, — буквально выплюнул я. — В твоих играх в бога и опытах над отчаявшимися людьми я участия принимать не стану.
— Ну как знаешь, — прищурился он, медленно поднимая руки. — Так даже будет интереснее.
Волной голой силы меня отбросило назад. Активированные за мгновение до этого щиты приняли удар о внутренний слой магического вихря на себя, но, не выдержав давления, с громким хлопком тут же разрушились. Высвободившейся энергией меня отбросило вперёд, подальше от установленного Сапсановым барьера. Аура, которую противник сейчас не подавлял и никоим образом не скрывал, склоняла меня к земле, заставляя кости трещать под этим давлением. О том, чтобы пошевелиться и хоть как-то противостоять ему, не шло и речи.
— Ты поднялся до седьмого уровня за такое короткое время. Это похвально. Но магу девятого ты противопоставить ничего не сможешь, — как сквозь вату донёсся голос Сапсанова, вызвав волну головной боли.
Я закрыл глаза, вспоминая те ощущения, что испытывал, находясь на десятом уровне изнанки. Стоявшему и с интересом взирающему на меня противнику было далеко до уловок учителя, к которым тот прибегал во время наших с ним тренировок. Очистив сознание, я высвободил огонь, бушевавший внутри меня, окружая себя им, словно плотной капсулой. Все виды пламени переплетались между собой, соединяясь и разделяясь, заставляя чужеродную силу, воздействовавшую до этого на меня, отступить. Я выпрямился, чувствуя свободу в движениях, и резко замкнул контуры всех трёх печатей огня, которые ждали своего часа. Печать кары, меча правосудия и поглощения огненной луны вплетались друг в друга, усиливая собой действие каждой. Четыре копья и меч полетели вниз практически одновременно с появившимся гигантским шаром, совершенно в этот раз непохожим на луну. Своим действием печать огненной луны заставила Сапсанова пошатнуться, но не оторвала того от земли и не притянула к себе, как я на то рассчитывал. Подобной атаки он всё равно не ожидал. Окружив себя несколькими разностихийными щитами, маг крутанул в руке появившееся из ниоткуда копьё, с наконечника которого безостановочно летели электрические разряды. Направив навершие копья прямо в центр проявившихся печатей, он ударил туда внушительного размера молнией, которая разбила мои заклинания, оставив после себя только смешанный запах гари и озона.
Не став терять времени, я тут же отправил в Сапсанова дюжину теневых стрел, что легко прошли сквозь его щиты. Но, к сожалению, он в несколько размашистых движений своим копьём сбил почти все летевшие в него стрелы, пропустив только одну, которая впилась в его плечо и, тут же растворившись в его теле, начала отравлять его магией тени. Однако зелёные потоки его жизненной энергии быстро подавили растекающуюся отраву, залечив даже такого внушительного размера рану.
— Неплохо, вполне неплохо, — самодовольно усмехнулся он, поставив копьё рядом с собой и несколько раз ударив им о землю, от чего я ощутил несколько внушительных толчков, едва справляясь с тем, чтобы не упасть и остаться стоять на ногах. — Но, как я уже говорил, между нами два уровня разницы, это больше, чем пропасть.