Невыносимый Дар (СИ)

— Да-а-а… — блею я, не понимая, как лучше ответить мысленно или вслух. Дух склоняется в поклоне и исчезает, а я остаюсь растерянно сидеть на кровати.
Когда возвращаюсь из душа в одном мягком полотенце, маленький столик у окна уже накрыт. Ароматный кофе, одуряющий запах которого плывет по комнате. Свежие ягоды, творог и умопомрачительно пахнущая булочка. Я точно попала в рай. Очень верю, что это мне за предыдущие слишком эмоциональные недели. Возможность выдохнуть бесценна, и я благодарна за нее Маре.
Правда, есть приходится быстро. Меня уже ждет Мара, платья и бьютимаги, которых, я побаиваюсь.
 Чувствую себя принцессой из сказки. Не той, которую ведет под венец принц, а той, которую готовят в жертву дракону. Ее одевают в лучшее платье и пытаются делать вид, что двадцать лет до этого принцесса не провела в ссылке на границе королевства, поэтому и платья ей в диковинку, и с манерами напряженка. Но общая атмосфера настраивает на определенный лад.
Даже забываю, что могу вломить в любой непонятной ситуации, а ситуация очень даже для непонятная. Весь этот блеск, лоск, бокал холодного шампанского, чтобы примерка проходила в более непринужденной атмосфере для меня непривычно. А еще меня откровенно пугает мама Мары. Вот странно, как можно бояться высокую, ухоженную русоволосую женщину? Оказывается, запросто, если у нее холодное, отстраненное лицо и ледяные глаза.
Я не знаю, как Мара с ней сосуществует. Сама Мара яркая и живая, в отличие от матери. Я привыкла, что эмоционально сильнее своей матери, а вот от ролительницы Мары исходит волна силы — истинная хозяйка семейной магии, ну, и хозяйка этого города.
Меня она просто не замечает. Я искренне верю, что она думает, будто один из манекенов ожил и ходит. Мне так проще. Мара же ведет себя так, словно не замечает холодности матери и напряжения, которое царит в огромном зале, где стоят высокие зеркала и вешалки с одеждой.
Создается впечатление, что энергии Мары хватает и на себя, и на снежную королеву. Она даже втягивает мать в обсуждение моего платья. Правда, меня даже в этот момент не отпускает мысль, что я просто манекен с определенным типажом внешности.
— Изумрудный не подходит, — говорит мирс лэ Ройш.
— Но почему? — удивляюсь я. С моими черными волосами и зелеными глазами — изумрудный всегда беспроигрышный вариант.
— Слишком очевидно, — отвечает она, кажется, немного удивившись тому, факту, что я умею разговаривать. — Черный тоже не подходит. Вроде бы не траур. Попробуйте синее. Да не это, Мия! — Одергивает она девушку, которая демонстрирует нам платья и это первое проявление эмоций. — В этом она будет, напоминать утопленницу. Тон не тот. Возьми второе справа, то которое атласное с открытыми плечами. Там более глубокий оттенок.
И правда, этот насыщенный, синий цвет смотрится значительно благороднее и богаче, чем изумрудный. С удивлением рассматриваю себя в зеркале. Открытые плечи, достаточно глубокое, но не вульгарное декольте, широкая юбка, переливающаяся при каждом движении. Плотный, тяжелый материал, который хорошо держит складки. У меня никогда не было таких вещей. И, признаться, мне нравится то, как я себя чувствую в них. В таком платье не хочется бить с разворота, а вот что хочется, я пока не могу понять.
Но у меня есть время. Прической и макияжем занимаются часа три не меньше. Я начинаю ненавидеть весь мир и хотеть даже не есть, а жрать. И удивляюсь, как Мара не перестает быть очаровательной и милой со всеми.
С мамой, от которой по-прежнему исходит волна холода. Мне даже находиться в ее присутствии было некомфортно. А Мара прожила с ней и осталась такой же яркой и веселой.
Оказывается, даже у красивых и успешных девочек есть свои проблемы. Наверное, это для меня открытие. Может быть, детство Мары было богатым, но благополучным, пожалуй, назвать его тоже нельзя, как и мое.
Из зеркала смотрит незнакомка. Голодная, немного напуганная, определенно еще сильнее нелюбящая людей, но красивая. Я никогда не носила локоны, но с удивлением замечаю, что они мне идут.
 
— Как тебе? — довольно спрашивает Мара, внезапно оказавшись у меня за спиной.
— Страшно, — честно отвечаю я, а она заливисто смеется. Хорошо ей. Для нее осенний бал — это просто повод быть красивой и блистать, а для меня стресс, который придется разделить с Даром.
  
Глава 8
 
Дар и Кит заезжают за мной и Марой к ней домой. Волнуюсь, как перед самыми важными соревнованиями в своей жизни.
Она — блондинка в пыльно-розовом роскошная и утонченная. В ушах бриллианты, на голове изящная диадема. Я смотрюсь проще, потому что дорогих украшений у меня нет. Но это не вызывает дискомфорта, все равно я ощущаю себя роскошной. Очень необычное для меня чувство.
Близнецы появляются в дверях, как всегда, Инь и Ян. Дар в белоснежном костюме и такой же рубашке, ворот которой расстегнут, и в нем можно разглядеть блеснувшую спицу экзоскелета. И Кит в черном. Дорогой глянец рубашки и матовое благородство материала пиджака.
Они красивы, успешны и богаты. Парни — мечта, и я не понимаю, что они нашли во мне. Не понимаю, почему Кит жадно рассматривает меня, хотя и сопровождает сегодня Мару. Впрочем, подруге, кажется наплевать. Я смотрю на нее и задаюсь вопросом: а какой парень может украсть ее сердце? Есть ли такой вообще в природе?
Пообщавшись с ее матерью и погостив в шикарном доме, я думаю, а что если вся эта легкость наносная? Может, в душе Мара такая же, как и ее мать? Снежная королева. Но девушка реально очень хорошо ко мне относится, она милая, она всегда оказывает помощь и с ней легко, но она одна. Может, как раз потому, что никто не может затронуть ее сердце? А мое, получается, может? Этот вопрос, заданный себе, не очень нравится.
Мара берет Кита под локоть, позволяет дежурно поцеловать в щеку, но искры между ними нет. Им удобно оказаться на этом вечере в компании друг друга.
Ко мне подходит Дар. Замираю в оцепенении. Он настолько нереальный, что я не могу поверить в существование подобных парней. Склонившись к уху, он тихо говорит:
— Тебе не хватает блеска рубинов на шее…
— Я не Мара.
— И, тем не менее, не хватает, — упрямо отвечает Дар и легонько проводит пальцем по моему горлу, словно очерчивая место, где должно быть колье. — Однажды, когда ты будешь готова их принять, я подарю.
— Ты же знаешь, что такой подарок я не приму никогда.
— Посмотрим. — Парень легко пожимает плечами и предлагает мне руку, а у меня сжимается желудок от предвкушения. Низкий бархатный голос Дара, его потемневший взгляд и обещание — все это ново. Словно между нами что-то неуловимо изменилось. И я не могу понять, что именно, и куда это нас приведет.
Традиционный Осенний бал проходит в главном зале Королевского академического театра магии, и до него нам идти не более пятисот метров по симпатичной улочке, которая пролегает мимо дома мэра и выходит на площадь, на небольшом отдалении от набережной. Но, естественно, пешком мы не идем. У ворот нас ждет шикарный и длинный белоснежный магмобиль.
Мягкая кожа сидений внутри, столик, ваза с фруктами и ледяное игристое в ведерке. Здесь все настолько идеально, что я теряюсь. Этот эпизод точно не из моей жизни, в которой маньяки, трущобы, где до сих пор живет мать и изнурительные тренировки. Эта поездка похожа на сон. Но даже в этом сне я совершенно не вписываюсь в компанию блистательной Мары и близнецов, хотя мне легко с ними, и все трое вызывают восторг и восхищение, но чем их могу восхитить я? Вот это для меня загадка.
 Мы не успеваем даже выпить по бокалу игристого, как магмобиль останавливается возле здания театра, который сегодня особенно красив. Мощные и высоченные колонны украшены пламенем, дорожка, ведущая к дверям, похожа на горный ручей, а у входа гостей встречают элементали. Мэрия решила использовать воздушных. Они самые безопасные.
Дверь магмобиля открывает водитель в черном костюме и белоснежных перчатках. Он помогает выйти сначала мне, а потом Маре, а уже на улице нас подхватывают Дар и Кит.