Никчёмная Наследница (СИ)

И даже знания о будущем не делают тебя всесильной.
Герцог и герцогиня Арчер стремились заполучить больше власти, больше денег, больше силы, больше влияния… Они искренне верили, что, только заполучив всё это, они смогут утолить свой ненасытный голод и стать счастливыми. Но они ошиблись. Чем больше они получали, тем сильнее становился их голод.
Ведь истинное счастье можно получить не тогда, когда ты выстраиваешь вокруг себя золотые дворцы, а лишь тогда, когда внутри тебя больше не образуется пустота.
Тогда, когда ты можешь быть самим собой.
Ах, ну да… И кусочек тортика лишним не будет.
  
Эпилог
 
Триста лет спустя. 
— Бабушка, что это за статуя? Такая красивая!
— Ах, это? Эту статую построили в период молодости ещё моей бабушки. И называется эта статуя «Милость святой Розы».
— Вау! А почему так назвали?
— В былые времена в этом самом городе жил одинокий дракон. И был он одинок так долго, что в итоге впал в уныние. Ничего не могло его развеселить и успокоить его сердце. Было ему так плохо и так грустно, что со злости начал он всё крушить и уничтожать. Никто не мог справиться с драконом. Ни королевские рыцари! Ни придворные маги! Ни король и королева этих земель. Каждый был уверен, что наступил конец. Однако, когда надежды больше не осталось, неожиданно прогремел гром! Засверкали молнии! И с небес спустилась молодая дева, объятая белым светом. И поняли люди, что к ним пришла Святая. Она была добрее ангела и прекраснее любых цветов в мире. Сжалилась дева над драконом и добровольно согласилась разделить с ним его одиночество. Тогда-то огнедышащее чудовище и успокоилось. Не стал он больше причинять вред людям, а ушёл в даль со своей возлюбленной. И чтобы не забывать, люди и построили эту статую в столице королевства Коллинз.
— Бабушка, это так здорово! Я тоже хочу быть девой и встретить дракона!
— Охо-хо-хо! Ну, для этого тебе ещё подрасти нужно, милая…
Пожилая женщина, держа свою внучку за руку, уходила прочь, теряясь среди мельтешащей толпы. Однако кое-кто всё также продолжал стоять на центральной площади перед огромной статуей, на которой был изображён белоснежный дракон и миниатюрная девушка с ангельскими крыльями за спиной. Длинные волосы девушки развевались на ветру, как и тонкое платье, детально очерчивает её идеальное женственное тело. Дева тянула руки к дракону, словно стремилась поцеловать его, но не хватило всего каких-то нескольких мгновений.
И если смотреть на это изображение, должна сказать, что я в жизни не видала столь ужасного своего портрета. Чёртов Алари, как всегда, всё сделал по-своему. Мало того, что он значительно увеличил грудь на статуе, словно что-то компенсировал, так ещё и сделал её полностью белой.
Из-за этого многие считали, что он стремился изобразить Маргариту.
Но а легенда? Кто мог подумать, что за каких-то пару столетий всё так перевернётся?
— Ужасная статуя… — выдохнула я, недовольно скривив губы.
— Да, по-моему, ничего так, — произнёс стоящий рядом высокий парень. — Я тут изображён как нельзя лучше.
— Нужно эту статую уничтожить. Почему меня изобразили полуголой бабой с огромной грудью?
— Ты тоже здесь выглядишь неплохо, — настаивал Мэт, однако, когда заметил мой хмурый взгляд, тут же решил обратиться за помощью к группе поддержки. — Парни, ну согласитесь, что статуя симпатичная.
— Ох, господин! Истинно так! — разрыдался эльф, вытирая носовым платочком выступившие слёзы. — Это так восхитительно! Так поэтично! Так искусно! А то, как местные чтят историю и передают её младшему поколению… Я тронут до глубины души!
— Что?! — ахнула я, после чего посмотрела на стоящего рядом Пушка, который держал наши чемоданы в каждой лапе, так ещё и авоська в зубах. По одному только взгляду беса было ясно, что ему плевать и на статую, и на искусство, и на наше общее мнение. — Да они даже историю переврали! Какая ещё «Милость святой Розы»? Скорее уж «Роза, которая успела накормить обезумевшего мужа».
 
— Это название мне тоже нравится, — тут же улыбнулся Мэт, облизнув губы.
— Ха-а-а… — выдохнула я, потирая уставшие глаза. — Ладно. Мы всё равно проездом. Просто сделаем то, что планировали и поедем дальше, — однако в этот момент, пока я говорила, над статуей пролетел жирный голубь и испражняется прямо на голове статуи дракона. Мэт недовольно заворчал. — Надо же! А мне теперь эта статуя стала даже нравиться!
В ответ услышала лишь недовольное цоканье языком, после чего мы все продолжили путь, уходя с центральной площади на мелкие ветвистые улицы. Чем глубже и дальше идёшь, тем мрачнее и уже становились улицы.
Дома с каждым шагом всё беднее и страшнее. И вот наконец-то мы вышли на ту улицу, где жили одни бедняки. В самом её конце стоял одинокий дом с заколоченными окнами. Зловоние доносилось со всех сторон. Воздух в этой зоне города вообще не циркулировал. Однако это никого не смущало, каждый знал, что обратного пути нет.
— Ты уверен, что это то место? — спросила я у Мэта.
— Уверен, — кивнул дракон, мягко положив мне ладонь на плечо. — А ты? Уверена, что хочешь этого?
— Да, — тут же ответила ему, погладив его руку и улыбнувшись мужу. — Уверена.
— Тогда только после тебя, милая, — отозвался он, открыв передо мной дверь.
Мы вместе вошли в помещение, где воздух был ещё тяжелее, чем снаружи. Не было ни мебели, ни посуды, ни одежды. Одни только пустые бутылки на полу. Множество бутылок, из-за чего даже встать толком негде было. А посреди всего этого бардака спал пьяный мужчина, одетый в одну грязную майку и порванные штаны.
Из-за того, что мы случайно задели бутылки, прозвучал оглушающий звон стекла, который тут же разбудил хозяина дома. Тот подскочил и принялся защищаться, прикрываясь руками.
— У меня нет денег! Не бейте меня!
— Мы не за деньгами, — холодно произнесла, тем самым привлекая внимание мужчины. — Скорее, это мы пришли заплатить тебе.
— Заплатить? Мне? — удивился пьяница. — И что же я должен сделать? Убить кого-то?
— Нет, — спокойный ответ. — Скорее, наоборот. У тебя ведь есть младенец, верно? Продай мне его.
— Что? Эта соплячка? От неё никакого толку. Того гляди и помрёт через пару суток, — с усмешкой произнёс мужчина, не замечая, как у его гостей напряглись мышцы от переполняющего гнева. — Жена оставила её и сбежала. Ну что за дура эта баба, а? Всё равно вернётся.
— Так ты продашь мне младенца или нет? — повторила свой вопрос и для большей убедительности швырнула пьянице на колени мешок с золотыми монетами.
Уверена, что такой суммы он в жизни не видал.
— Забирай! — тут же отозвался пьяница, прихватывая мешок с деньгами и озаряясь на остальных каким-то бешеным взглядом. — Она твоя! Делай с ней, что хочешь.
— Где младенец? — спросила у пьяницы, и тот указал на едва заметный деревянный сундук.
Хайден тут же направился к нему, открыл крышку и достал худенького младенца, который уже даже не пытался плакать. Эльф понёс ребёнка ко мне, бережно держа свёрток в руках. И когда младенец открыл глаза, осматривая гостей, тут же выражение лица изменилось.
Удивление, растерянность, непонимание… Столько эмоций только в одних детских глазах. И я прекрасно понимала, в чём причина.
— Здравствуй, Розалин, — поздоровалась я, забирая девочку из рук Хайдена. — Теперь ты будешь жить со мной. Знаю, что ты не ожидала это услышать, но… С возвращением. На этот раз мы сделаем всё правильно, верно?
Забрав девочку, мы стремительно покинули помещение, уходя из трущоб. Смотря на меня своими голубыми глазами, она никак не могла понять, почему на неё смотрит её же лицо. Тянула к моей щеке крохотной ладошкой, словно пытаясь понять, правда ли это?
Однако она пока ещё даже не представляет, какое прекрасное будущее ей уготовано.