Случайная шпионка (СИ)
Что? А-то неясно, жертвую, между прочим, героически, ради любви, ради него, а он, крылатое неблагодарное существо, пытается прервать мое саможертвоприношение. Дасифель, шарахни его, что ли чем-нибудь. Едва не плачу сама от своего поступка, от душевной боли, от ощущения неполноценности внутри, но другое, более сильное чувство, вспыхивает внутри — страх, всепоглощающий, доводящий до сумасшествия страх предчувствия опасности. Перед глазами все расплывается, когда чьи-то острые когти вцепляются в Шииса, раздирая того насквозь, и отшвыривают в сторону на разбитые стекла. Надо мной, пыша ненавистью, капая слюной, перемешанной с кровью, нависает алая драконья голова…
Хочется заорать, но я едва ли могу распахнуть глаза от дикого ужаса. Отползти?! Ну же, тело, давай… Только как это поможет в битве с озлобленной тварью, охваченной жаждой мести той, что сорвала все планы?! Верно, Шиис не расквитался с ним, потому что торопился ко мне, и теперь мы оба заплатим за эту ошибку. Понимаю, что меня убьют прежде, чем я тут изволю сотворить благое дело. Парадоксальная ситуация, добровольная жертва не хочет добровольно умирать.
Вспышка, задевающая мое хрупкое человеческое тело, и к лицу склонился уже сам император драконов, точнее его некая промежуточная трансформация. Человеком это назвать сложно. С плотоядной безумной улыбкой он разрывает корсет легкого платья длинными ногтями. Я в диком ужасе, ведь сердце, так сильно бьющееся в грудной клетке, вдруг замирает под его кожистыми руками. Секунда, и он пронзит его насквозь. Нет в нем ничего человеческого, только слепая ярость, ненависть, жажда, и смотрел он как сумасшедший, зверь контролировал полностью его сознание. Страшно было даже смотреть на существо с алой кожей, торчащими наростами из ребер и спины, клыками, рвущими человеческий рот, с нанизанными на них кусками мяса, на тело с торчащей в разную сторону содранной чешуей вперемешку с выжженной до костей кожей. Меня выворачивало наизнанку от одного вида, а стоило существу коснуться груди, как я стала мысленно просить потерять сознание, только лишь бы не сознавать, что придет тому в голову…
— Отдашшшь магию и сдохнешшшшь, красотка, — прошептал он, чувствуя мое внутреннее трепыхание, язык слизал выступивший пот с оголенного живота. Мысленно я впала в истерику, орала, нет, вопила от ужаса, брыкалась, а на деле распятая на полу лишь могла с ненавистью смотреть на дракона, что масляным взглядом прошелся по фигурке. Но когда его запекшиеся от огня руки потянулись к моей груди, зал оглушил такой неистовый рев, что мне показалось, сами боги пришли на землю…
Остатки одежды алого распались на лоскуты, обнажая кожу с оставленной на ней длинным росчерком раной. Шиис располосовал его еще сильнее, заставляя оторвать от меня. На пол полилась влага, а через секунду хлынула рекой, заставляя ноги мужчин, что кружились в опасном танце, противно хлюпать, наступая в кровь. Эаран был сам на себя не похож с этим черным взглядом и заострившимися чертами лица, и больше он был не намерен кого-то щадить. Только смерть могла смирить Шииса с тем, что позволил себе алый. Прикосновение ко мне определило его судьбу.
В нос ударил металлический запах, вызывая тошноту, от обилия красного рябило в глазах. Все походило на кошмар на яву и даже очнувшийся Айтанер просто молча наблюдал за битвой. Не желая раздражать Шииса, он не смел даже подойти ко мне и только прошептал: «отвернись, не смотри». Но я не могла перестать быть свидетельницей битвы драконов, сражающихся за самое главное в жизни. У кого-то власть, у кого-то любовь. Они не боялись рвать друг друга в клочья, вцепляясь острыми когтями в бока, не боялись направлять пламя, кидаться заклятиями из последних сил, они не боялись… ничего.
Но даже едва стоящий на ногах, в оборванной одежде, истекающий потом вперемешку с кровью Шиис подавлял свергнутого правителя… Он подавлял всех нас, даже Айтанер морщился от боли, хватаясь за виски и корчась на полу. Алый буквально упал к ногам изумрудного, впервые истошно завопив, будто сосуды в его голове лопались от давящего взгляда, от магии, что незримыми цепями сковало уже неподвластное тело. В какой-то момент Эаран без сомнений резким движением просто вырвал сердце дракона, который в угоду власти пошел на преступление против своего народа. Безжалостно и не сомневаясь. Сжигая в своих руках. Тело, как ненужную тряпку, он откинул льдистому.
Толпа на улице безмолвствовала, и взорвалась криками, прекрасно видя произошедшее во дворце. Но Шиис не обращал на них никакого внимания, на дрожащих ногах подошел ко мне, ужас замер в его глазах, как и он сам. Он смотрел на свои окровавленные руки и не посмел прикоснуться к моему телу, даже прикрыть обнаженную грудь оставшимися лоскутами. Хрупкая Рейна, утопающая в облаке невесомой органзы, пропитанной чужой кровью, стала персональным кошмаром дракона. И он не мог простить себя за то, что допустил подобное.
Что сказать?! Я увидела слишком многое, теперь осознала каждой клеткой тела, кто такие драконы и как будут сражаться за свое, до последнего вздоха и капли крови. Спорить бесполезно. Здесь мне никогда не дали бы свободы, почему я раньше считала это преувеличением?! Но такова их безграничная любовь.
— Ты испугалась… меня?
Ритуал был завершен, единственное, чего я боялась, не сбылось. Эаран остался живым, а драконы спасенными, ведь нить жизни сияла отданной магией. Хотела бы я успеть сказать, что приняла бы его любовь, но даже не успела улыбнуться, прежде чем отключилась. Очнулась я уже на руках Шииса, с остервенением прижимающего меня к себе. Судя по всему, он решил для себя, что отказаться от своей гиесы не силах. Неловко отстранилась, ибо мужские руки уж слишком сильно стиснули мое истерзанное тело.
— Я… в порядке, — голос показался незнакомым. Прислушалась к внутренним ощущениям, но не заметила никаких изменений, будто отчуждая магию, я не лишилась части себя. Сумасшествие явно не угрожало сознанию. Эаран с неохотой отпустил меня, наблюдая за реакцией. Скажем так, сил с воплями кинуться в окно у меня все равно не было, а отсутствие подобной реакции уже его вдохновляло на дальнейшие действия.
Попытки встать самостоятельно были провалены, с колен я собиралась бухнуться лицом в пол. Надеюсь, Шиис принял бы это за поклон перед будущим императором.
— Рейна, — прошепатл он, не позволяя мне благородно первым поздравить его, бухнувшись на пол. Очень вовремя поймал. — Что такое?! Почему ты не смотришь на меня?! Отвечай! Я едва не умер, не понимая, что с тобой происходит!
— Я не магиня…
— Да мне плевать, почему ты теряешь сознание и ничего не говоришь?!
— А ты знал, что в тебе есть дар менталиста?!
— Великая Дасифель, ты об этом хочешь говорить сейчас?
Он прав. Не об этом.
— Я люблю тебя, — с грустью произнесла, пряча взгляд. Все-таки, где девчонка, хоть и дочь лорда, а где император. К тому же мне о последствиях все же известно чуть больше, чем ему…
— Так, — дракон будто почувствовал неладное и, подхватив меня на руки, поволок в скрытый альков. Чаща богини Дасифель искрилась, освещая небольшое помещение божественным светом. Аж глаза резало.
Я попыталась снова потерять сознание, но Эаран галантно меня встряхнул, кое-как завязал остатки платья на груди морскими узлами, попытался смыть кровь с лица, но лишь больше размазал. Поправил мои волосы, больше напоминавшие гнездо, причем уже после вывода не одного поколения птенцов, поправил свою рубашку. Увы (или не очень) ткань практически истлела и походила на кружевную салфеточку.
— Господин, — за нашими спинами раздался голос Айтанера, — вас ожидают поданные.
— Я занят, подождут!
Видимо, внизу начались разборки, раз что-то подозрительно громыхнуло. Часть драконов взвилась в воздух, пытаясь высмотреть происходящее в тронном зале. Взбудораженные битвой звери снесли часть стены, подозрительно посыпалась штукатурка… настолько подозрительно, что с частью перекрытия.
— Как у правителя у вас теперь есть обязанности… — Эаран лишь хмыкнул, прожигая меня раздраженным взглядом. Айтанера он даже не слушал. — Что вы творите, ваше величество?!