Несущий смерть (СИ)

— О-о-о… — Дея провела пальцем по столу, что-то вычерчивая. — Пытались. Обвиняли видных ученых в ереси, продвигали законы, пытаясь остановить развитие науки в сферах божественного влияния. Например, пытались запретить изучать электричество, обосновывая это вмешательство в дела Заула, бога грома и погоды. Но к тому моменту, как бы парадоксально не звучало, люди позабыли о том, как сильно боги изменили их жизни. Забыли эпоху войн, забыли голод, перестали бояться за свою жизнь каждый день.
— И боги решили отомстить?
— Именно. Думаю, ты уже начал догадываться, за какую сферу была ответственна Летания.
— Смерть.
— Именно. С наступлением ночи она спускалась в мир, провожая души умерших на перерождение. Сильнее всего развитие технологий навредило бы ей. Падение уровня детской смертности, улучшение качества жизни. Сытые и здоровые не вымаливают лишние пару дней у Смерти…
— Но что конкретно они сделали?
— Когда… Стало ясно, что прогресс не остановить и пантеон, в конце концов, потеряет силу, боги затаили злобу. Собрав оставшиеся силы, они сотворили мощный ритуал, ключевой фигурой в котором стала Летания. Она, собрав божественную энергию, прокляла эти земли, отняв у обитателей материка самое важное — право на смерть.
— Думаю, все те маги и ученые, грезящие бессмертием, с тобой бы поспорили. Хотя… Сегодняшние собачки тоже не выглядели слишком довольными.
— Не путай бессмертие с невозможностью умереть, Страж. В основе этих концепций лежат совершенно разные механизмы. Потеряв право на смерть, жители материка были обречены на ужасные муки. Старики и тяжелобольные раз за разом умирали, не имея возможности уйти за грань. Они возрождались через некоторое время, потеряв крупицу жизненных сил и души, лишь для того, чтобы вновь исчезнуть в яркой вспышке. И так до тех пор, пока жизненные силы не покидали их полностью.
Теперь я по-новому взглянул и на свою смерть, и на победу над стаей собак. Жизненная энергия… То, чего я лишился, а после вернул. И то, чего так не хватало тем псам… Именно поэтому дворняги выглядели столь плохо. Сколько они уже существуют? Десятилетия? Века?
— Сколько времени прошло с момента проклятия?
— Двадцать семь лет.
Слова Деи приговором падают в ночной тишине. Двадцать семь лет страданий целого материка. Миллионы смертей разумных, миллионы нежеланных перерождений, после каждого из которых ты ощущаешь всё нарастающее чувство пустоты внутри.
— И… Что случилось… со всеми?
Дея печально всматривалась в дрожащих огонёк свечи. Я видел, как вместе с отблесками пламени на её глазах выступают слёзы. Лицо при этом оставалось каменным.
— Материк быстро накрыла паника. Начались конфликты, грабежи, разбой. Кто-то, опьяненный новыми силами, почувствовал себя всемогущим и отдался на волю своих демонов. Другие же пытались сохранить порядок, раз за разом карая преступников. Большинство обычных жителей, что очутились между молотом и наковальней, просто гибли раз за разом, в конце концов оказываясь либо на одной, либо на другой стороне конфликта. Власть быстро сменилась анархией, но её остатки сосредоточились вокруг сильнейших.
— Сильнейших?
— Думаю, ты и сам уже понял. Тебе ведь стало лучшей после победы над стаей? Равновесие. Даже если ты бог, ты не можешь нарушать определенные… правила и постулаты. Одним из этих правил является равноценный обмен. Нельзя создать что-то из ничего, как и нельзя уничтожить что-либо окончательно. Даже если ты богиня смерти, нельзя обмануть саму Смерть, Небытие, как бы парадоксально это не звучало.
— Убивая других, ты становишься сильнее?
— Именно, — криво улыбнулась девушка. — Кто-то, узнав об этом, вознамерился взойти на вершину. Другие же увидели в этом шанс на забвение, раз за разом отдавая свою жизнь другим. Вот только последние забыли о том, что глубоко внутри каждого человека живёт зверь, готовый на всё, чтобы выжить.
«Зверь, готовый на всё… Инстинкты?» — я напряженно анализировал слова Жрицы, пытаясь понять, что могло случиться с такими людьми. Опять же, вспоминая тех псов…
 
— Можешь не гадать, Страж. Эти люди, лишившись практически всех воспоминаний, превратились в истлевшие бледные подобия прежних себя. Ими завладели инстинкты и желание выжить. А чтобы выжить, нужно лишь убить другого, впитав жизненную силу. Вот только… Разум и воспоминания в таком случае не вернуть.
— И теперь по материку бродят тысячи сильных созданий, глубоко внутри которых тлеют остатки личности, а у руля — желание заполучить как можно больше жизненной эссенции?
— Именно. Редким… Разумным, что сумели окончательно опустошить свою душу, даруется истинное забвение — ядро их души уходит на перерождение, ведь, по сути, ничего другого у них не осталось.
Несколько минут мы просидели в тишине, думая о своём. Я пытался осмыслить сказанное и осознать масштаб проблемы, в то время как Дея, по видимому, давала мне на это время. Или же просто погрузилась в не слишком приятные воспоминания. И чем больше я обдумывал ситуацию, тем больше вопросов делового толка у меня возникало.
Нет, ситуация сложилась ужасная. Масштаб бедствия поражал воображение, а судьбе жителей материка можно было только посочувствовать. Но вряд ли меня позвали на роль плакальщика, а значит…
— Неужели все сильные личности потеряли разум?
Мой вопрос, кажется, всё же выбил Дею из размышлений, поскольку девушка ответила лишь спустя несколько секунд:
— Нет. Но… Сейчас их тоже вряд ли получится назвать хотя бы отчасти адекватными. Десятилетия выживания и постоянной борьбы практически сломили их разум, превратив либо в циничные машины для убийств, либо в уставших от не-жизни существ, желающих лишь одного — чтобы всё это прекратилось.
— Ты… Так и не сказала о том, что случилось с богами.
— Разве это важно? — вздохнула девушка, но всё же продолжила, — Они, по сути, ушли без последствий для себя. Слишком «заземлившись» в этом мире, они в любом случае со временем потеряли бы силы и исчезли из людской памяти, отправившись искать паству в другие миры. Своим поступком они лишь очернили свою репутацию среди себе подобных, да растеряли чуть больше сил, чем им хотелось бы.
Я лишь сжал кулаки от бессилия, услышав это. Ну ничего… Мультивселенная «круглая», может и свидимся. В крайнем случае попрошу помощи у Системы. Нужно только выбраться отсюда. Вот только как?
— Когда я переместился в это место, неизвестный голос буквально приказал мне «Вернуть сюда смерть». Я так понимаю, это была та самая Воля Мира. Как мне это сделать?
После моего вопроса Дея будто бы слегка посветлела и заметно оживилась. Похоже, моё согласие и готовность помочь для неё были важны. Не то, чтобы у меня был особый выбор, но… Помощь гражданским и поддержка порядка во вселенной явно входили в зону ответственности Стражей. Правда обычно эти пункты распространяются на подконтрольные Цивилизации миры.
— Итак, всё просто… — улыбнувшись, начала Дея.
  
Глава 3
 
Я устало потёр переносицу и ещё раз внимательно взглянул на Дею. Та слегка стушевалась под моим взглядом, из которого скепсис можно было черпать вёдрами.
— И это ты называешь «просто»?
— Ну-у-у… Ты же могучий воин, так что справишься…
— Ладно, тогда давай по порядку. — Начинаю показательно загибать пальцы, пытаясь подытожить рассказ Жрицы, — Во-первых, боги не смогли обойти правила и окончательно «уничтожить» смерть на материке, взамен заточив её в какой-то кристалл и раздробив тот на несколько осколков, так?
— Ага! — девушка вновь улыбнулась, правда, слегка нервно и отвела взгляд.
— Затем они запихнули эти осколки во всяких важных шишек Теонийской империи, наказав таким образом ответственных за то, что пантеон забыли?
— Да. Правда, пока что мне известно не про всех носителей Осколков. Но как минимум последний король, Маргус четвертый, а также генерал Альфор ими обладают. Ещё мне известно про самого «слабого» носителя, мы о нём поговорим позже, когда ты немного привыкнешь к этому месту. Остальных же помогут найти другие Осколки. Ты поймешь всё, когда завладеешь первым.