Несущий смерть (СИ)

— Так-то лучше, — с удовольствием произношу, оглядывая ревущего злости противника. — Поиграем?
Азарт боя. Чувство сильного противника. Риск и опасность. Странно, но именно этого мне, кажется, не хватало в последние недели. Ощущения битвы, а не бойни. Статус бойца, а не мясника. Я наслаждался каждой секундой битвы, радовался адреналину, что растекался по венам.
Правда, Генерал был настроен не так благодушно. Развернувшись слишком быстро для человека с подрезанными сухожилиями, он сделал рывок здоровой ногой.
«Что ж, отлично! Скрести клинк… Какого⁈» — ошарашенно гляжу на оружие в руках противника, которое, засветившись, за доли секунды, перетекло из гигантского двуручника в не менее гигантский молот.
Но поменялось не только оно — поза противника, его язык тела и даже стиль боя — всё это также сменилось за одно мгновение.
«Не-а, принимать на блок ТАКОЕ я отказываюсь!» — уворачиваюсь и бросаю взгляд на небольшую воронку, что осталась от удара.
— Не смей сбегать, трус!
«Какие высокие понятия морали у этого господина… Он, значит, спал все эти годы, а бедные солдаты с ума по тихой грусти сходили. И он мне что-то затирает про трусость?» — ещё один плюс разогнанного сознания — возможность вести целые монологи, наблюдая за неспешно летящим в тебя навершием молота.
— Я уж думал, ты не придёшь, — уворот, — И, кстати, ты случаем черепа для трона черепов не собираешь?
Уж слишком он похож на генно-модифицированного осквернённого десантника прямиком из космоса…
— Чернь не имеет права говорить с таким, как я!
Ладно, из всех моих собеседников и, по совместительству, владельцев Осколка, пальму первенства по тактичности и вежливости всё ещё держит носитель силы Аргуса. Кстати, о ней…
Подпрыгиваю и посылаю короткий разряд в противника. Тот отмахивается от нехилого удара током, как от назойливой мухи. Понял. Попробуем как-нибудь иначе.
Хотелось бы, конечно, зарядить от души… Вот только мы оба стояли по колено в воде и моих познаний в физике хватало, чтобы понять: затея эта так себе.
— А то что? — и когда я стал язвить во время боя?..
«А, понял…» — подумал я, изгибаясь в воздухе в попытках увернуться от летящего молота, что ещё и увеличился раза в два в размерах.
«Мьёльнир недоделанный…» — бросил я взгляд за спину, наблюдая, как оружие пробивает несколько стен и бросается обратно к хозяину. Сквозь меня, естественно.
  
Глава 27
 
На что похожа битва двух противников, которые умеют и любят телепортироваться, да ещё и снабжены десятком другим смертоносных способностей?
Думаю, если бы кто-то снял наш бой и смонтировал в один ролик, вначале пришлось бы вешать плашку с предупреждением для эпилептиков — постоянные мельтешения, искры, вспышки света и прочие элементы светопредставления, создаваемого нашими способностями, сопровождали чуть ли не каждый удар.
Бой набирал обороты. Пока что мы прощупывали друг друга, обменивались атаками и пытались понять, чего стоит оппонент, его сильные и слабые стороны. И я вынужден признать, что Генерал — крайне пакостный противник.
Это на словах он, так сказать, Лев Толстой. А на деле та ещё хитрая гадюка.
Враг подавлял. Не уверен, его личные это силы или заслуга Осколка, но его владение оружием было на крайне высоком уровне. И я не зря говорю именно про «оружие». Каким-то образом он, по желанию, преобразовывал холодное оружие в своей руке, постоянно меняя его форму.
Молот, сменивший двуручник, точно так же сменился алебардой. Та, в особо неудобный для меня момент, превратилась в скимитар, чуть не вспоров мне брюхо. Лишь для того, чтобы после неудачной попытки преобразоваться в глефу и нанести рубящий удар наискось, от которого пришлось телепортироваться.
Приходилось постоянно двигаться, ожидать атаки с практически любого направления и умело использовать «блинк», чтобы избегать особо коварных выпадов.
И каждый раз, когда я хотя бы слегка привыкал к новому стилю боя и его особенностям, Генерал ломал тактику, что только начинала проклёвываться и резко менял «правила игры»: темп, дистанцию, ожесточённость, стиль блоков или парирования и даже логику своих атак.
 
Спустя пару минут боя я уже кипел от раздражения — постоянные подлянки, подсечки, попытки призвать на помощь подчинённых были крайне логичными и правильными с точки зрения настоящего боя, но ужасно бесячими.
Впрочем, видел я в происходящем и плюсы. Вспоминаем нашу общую любовь к телепортациям, которые, условно говоря, делают из обычных шахмат трёхмерные, и приходим к интересным выводам: я определённо вырос в мастерстве убийства других разумных.
Сейчас, в момент сражения с первым за долгое время противником, который не уступал, а в чём-то даже превосходил меня, я ясно видел, как сильно выросли мои навыки за месяцы происходящего безумия. Боюсь, те бедные собачки, которых я встретил в первые минуты своего пребывания на материке, сейчас обделались бы от одного моего присутствия, прекрасно чувствуя мою слегка «звериную» натуру.
И это не бахвальство. Недели тотального уничтожения всех обитателей столицы изменили меня. Я отточил то, что у меня было и приобрёл новые умения. Они не появятся в списке навыков Системы, в них не получится вложить Очки Навыков, но, пожалуй, они же были самым ценным моим приобретением.
Понимание, как нужно повернуть клинок, чтобы легко превратить скользящий блок в контратаку. Неосознанный кивок, чтобы пропустить летящий в тебя арбалетный болт в миллиметрах от головы, на который ты даже не отвлекаешься, продолжая атаку. Смутное ощущение опасности, заставляющее сделать шаг в сторону и, тем самым, увернуться от нечитаемого выпада плечом противника. Резкий удар ногой в колено врага, который рушит баланс и позволяет провести успешный укол, ломая картину боя.
К тому же я, с некоторым трудом и иногда «глюча», но адаптировался к постоянной смене стилей боя Генерала. Использовал «флешки», алхимические составы и свои навыки, чтобы избегать ран и даже давить противника, несмотря на его габариты. Хотя последнее было просто охренеть как нелегко.
Все мои клоны, в свою очередь, занимались отвлечение «свиты». Генерал то и дело пытался отвлечь меня солдатами, которые всеми силами пытались прорваться к моей бедной черепушке и нанести пару ударов по затылку.
Мои копии, в свою очередь, нейтрализовали «дальников» и магов, скрещивали клинки с солдатнёй и были заняты тем, чтобы не допустить вмешательство посторонних в наш с Генералом бой. Хотя враг постоянно пытался использовать телепортацию так, чтобы перевести сражение поближе к союзникам, а в идеале и подставить меня под удар одного из них.
«Мои» ребята справлялись, хотя девяносто процентов их времени и сил уходило только на это. Но и оставшиеся десять процентов их внимания солдатня с каждой минутой пыталась выгрызть всё усерднее.
Учитывая их общее число в почти тридцать иллюзорных голов, можно было прийти к не слишком приятному выводу — потихоньку Генерал стягивал сюда всё большее количество сил. Пока мои клоны справляются, но долго так продолжаться не может.
К тому же я смутно чувствовал, как с прибытием новых сил становится сильнее и сам генерал. Одно присутствие его солдат слегка поднимало его характеристики, делало быстрее и сильнее. Не то, чтобы это было чем-то удивительным — учитывая общую тенденцию армии столицы «Больше голов — больше мозгов и навыков», происходящее было логичным. Но оттого не менее напрягающим.
Пришлось отдать мысленный приказ клонам на тотальное и старательное уничтожение всех причастных — времени на то, чтобы привычно поглотить их души у меня не было.
Сейчас особняком стояла шестёрка клонов, которые, вооружившись «гауссовками», старательно зачищали все удобные мишени. Пока справлялись.
Мы с Генералом тем временем продолжали танец. Я ждал подходящего момента, изучал его паттерны атак — несмотря на все его навыки и мощь, он, как и любой разумный, придерживался определённых привычных и удобных «алгоритмов» и тактик, по которым и вёл бой.