Бесы (Приключения блудного Дракона)
— Ал, тебе хорошо? Может, сменим позу? — Ты что-то шепчешь в ответ, приподнимаешься и выпускаешь меня из себя. Ты стоишь надо мной на коленях, возбужденный, тяжело дышишь, повисшие вдоль тела руки подрагивают. Завораживающее зрелище. Ты переступаешь коленом через меня и встаешь сбоку. Я приподнимаюсь с кровати, встаю на колени позади тебя, заключаю твои плечи в объятия. Сдвигаю разбросанные волосы набок и целую тебя в изгиб шеи. Ты подрагиваешь всем телом.
Я кладу руку тебе на спину, провожу по позвоночнику и слегка надавливаю, пытаясь опустить тебя на руки, но ты оглядываешься через плечо. С приоткрытых губ слетают тихие слова:
— Не хочу так. — Смотрю на твой профиль и снова не могу понять, чего же ты хочешь, ведь ты сам подаешься на меня, трешься ягодицами. Ты наклоняешься вперед и все так же, стоя на коленях, упираешься руками в спинку кровати. «Вот упрямый бес!» Обнимаю тебя. Придерживая рукой за живот, а себя за основание члена, медленно протискиваюсь в тебя. Ты прогибаешься, откидываешь голову назад. Длинные черные волосы раскиданы по спине. Я весь горю в желании. Дрожь сотрясает тело. Ты выстанываешь мне:
- Не могу терпеть. Трахни меня! — Твоя просьба срывает мне башню, и я резко вхожу в тебя до упора, видимо, задевая простату. Ты вскрикиваешь, подаёшься мне навстречу. Я придерживаю тебя за бедро и живот, целую твои лопатки, двигаюсь в тебе. Ты оглядываешься на меня, всем видом говоря: «Я открыт, люби меня».
Беру в пригоршню черный шелк волос. Разворачиваю твою голову, впиваюсь в губы страстным поцелуем. Размыкаю пальцы, отпускаю и отрываюсь от сладких губ. Провожу носом по виску, спускаюсь к ушку, шепчу:
— Извини, больше не могу, — а в голове настойчиво бьется одна мысль: «Завладей. Возьми… Мое». Я начинаю вколачиваться в твое тело, резко набираю темп. Просовываю руку, оглаживаю живот, чувствую, как сокращаются твои мышцы, спускаюсь к паху и сжимаю нежно твой член, в такт моим толчкам в тебе надрачиваю твой ствол. Тону в ощущениях, чувствую, как внутри тебя все сжато. Зверею от этого, и уже не стоны, рыки с моих губ.
— Мой, — толчок.- Мой! — и снова до конца. Эйфория накатывает.
— Лет… Лет… Ле-е-ет… — ты бьешься в оргазменных судорогах, беспрерывно повторяя мое имя. Хочу заклеймить тебя, присвоить, выжечь своей страстью, каждым толчком, каждым оглаживанием твоего члена.
— Мой, мой, мой… А-а-а-ал-л-л-л! — толкаюсь особенно сильно и замираю, изливаясь, пульсирую в тебе и тут же чувствую, как ты выстреливаешь мне в руку. Наше сбитое дыхание, наша общая дрожь, мы оба хватаем воздух большими глотками.
Ты сжал меня внутри так сильно, и я плыву по волнам кайфа, что ты даришь мне. Ты обессилен. Вцепившиеся в спинку кровати руки дрожат, и ты утыкаешься в них лицом, переводя дыхание.
Я все еще в тебе, все еще твердый. Я смотрю на тебя, такого расслабленного, на твое тело, покрытое мурашками, на бисеринки пота на твоей спине, на маленькую родинку у тебя под лопаткой. Наклоняюсь и целую ее, и снова ощущаю, как на меня накатывает возбуждение.
Придерживаю тебя, перехватывая рукой под живот, прижимаю к себе. Наклоняюсь вбок и тяну тебя за собой, прижимаясь своими бедрами к твоим. Подаюсь вперед, давлю рукой на спину, укладывая тебя на живот, и сам нависаю над тобой, беру в плен рук, упираюсь и переношу на них вес, размещаясь между твоих слегка разведенных ног.
Ты лежишь подо мной, не в силах пошевелиться, руки вскинуты над головой, спутанные волосы прилипли к мокрой спине. По твоему телу еще проходят волны не до конца прошедшего оргазма.
В голове возникает мысль-желание попробовать довести тебя до анальной эякуляции, привязать тебя к себе этим особенным кайфом.
Одной рукой крепко удерживаю твое бедро. Толкаюсь в тебя, впечатывая в кровать, мой член проходит по твоей простате раз за разом. Она после первого оргазма увеличена и очень чувствительна. Перехожу на еще более быстрый темп. Ты всхлипываешь подо мной.
— Лет… Лет… молю, я не могу больше, — стоны, крики, а я, как зверь, терзаю, вбиваюсь в тебя. Ты тянешься к своему члену, я замечаю это и перехватываю руки, удерживаю их в своих и, поддерживая ритм, трахаю тебя.
Ты сжимаешься снова и снова, еще сильнее, чем в первый раз, почти до боли. И я чувствую пульсацию внутри тебя. Я знаю, ты кончаешь, но не как обычно. Сперма вытекает из тебя не толчками, а спокойно. Ты обессилен, мокрый, со слипшимися волосами, раскиданными по спине, а я продолжаю вбиваться в твое пульсирующее нутро. Толчок, еще один, и кончаю снова.
— Ты нечто, мой бес, мне все нравится в тебе, ты прекрасен, — шепчу я, прижимаясь к твоей спине, целуя шею. Аккуратно выхожу из тебя, стягиваю презерватив и, связав узлом, выкидываю в мусорную корзину. Ложусь рядом. В комнате витает запах секса, дурманя.
Я тихонько провожу по твоей голове рукой, перебирая спутанные волосы. Тело легкое. Тяну тебя к себе, укладывая на грудь. Пробегаясь языком по раковине ушка, прикусываю мочку, шепчу:
— Спасибо, что доверился. — Ты улыбаешься, прячешь лицо от меня в изгибе шеи. О чем ты сейчас думаешь? Что за мысли спрятал за эту усмешку в уголках губ?
— Я никогда и никому не доверяю, — слова как удар, замираю, не зная, то ли радоваться, то ли злиться. — В игре всегда блефуешь и ни о каком доверии не может идти и речи, если хочешь выйти победителем. Единственное, что скажу тебе — в сексе ты первый. — Осознание сказанного бьет пощечиной, но вида не подаю, только до боли закусываю щеку.
— Ну, спасибо за комплимент, — улыбаюсь, а у самого скулы сводит. Понимаю, что не такого ответа я ожидал. «А чего ты хотел?» — тут же задает вопрос мое подсознание: «Он игрок, и все этим сказано».
— Мне нужно помыться, — говоришь ты, и я встаю, протягивая тебе руку, но ты, шатаясь, сам идешь в ванную. Пытаюсь придержать тебя, но ты снова отстраняешься.
— Я не принцесса, сам дойду, — бурчишь, как маленький.
— Ты обессилен, позволь помочь тебе, — ты пошатнулся и повис в моих руках, тихо сотрясаясь от смеха. Я обескуражен такими перепадами настроения. - Нет, темный, ты — не принцесса, ты — мое искушение, — успокаиваю я, шокировано смотря на тебя, хохочущего. Я притягиваю тебя к себе и целую, но уже не сильно. Слегка раздвигаю губы языком, но не углубляю поцелуй, а просто нежно вожу, по очереди всасывая то верхнюю, то нижнюю.
Смотрю в эти бесовские глаза и понимаю, что пропал, просто так не отпущу, что угодно сделаю, но ты будешь моим. На любую авантюру, предложенную тобой, соглашусь. Тяну тебя в сторону душа. Ванна встречает нас, как всегда, своей белизной.
— Ты как любишь, погорячее или похолоднее? — спрашиваю тебя, настраивая воду.
— Сейчас хочу прохладную. — Захожу под сильные струи душа, тяну тебя на себя. Ты прижимаешься ко мне спиной. Я обнимаю тебя за талию и утыкаюсь в макушку. Интересно, какая у нас разница в росте? Навскидку, сантиметров пятнадцать. Что-то нежное разливается во мне, прижимаю тебя еще сильнее.
Вдыхаю твой запах, ты вкусно пахнешь, чем-то экзотичным, мной и сексом. Кожа чувствительная, каждое прикосновение находит отклик в теле, ты наклоняешь голову. Длинные волосы намочила вода, я убираю их в сторону и, наклоняясь, целую открытую шею.
— Что тебе не дают покоя мои крашеные патлы? — тихо спрашиваешь, подставляясь под мои поцелуи.
— Крашеные? Не знал, но тебе идет, — отвечаю и веду носом по шее.
— Я знаю, черный — мой цвет, цвет моей жизни, цвет моей ауры. — Меня очень удивляет твой ответ и даже настораживает. Что ты хотел этим сказать, какое-то мимолетное откровение? Но ты уже снова смеёшься, и мне ничего не остается, как продолжать нашу игру.
— Знаешь, даже в самой черной ночи есть звезды. Я не вижу никакой черноты, позволь мне быть светом, звездой — светить в этой ночи. — Ты удивленно вскидываешь на меня взгляд.
— Интересное предложение. Романтик, значит? Прекрасный рыцарь на черном коне? Забавно, но ты, как и я, относишься к вымирающим видам, — не отвечаю, просто не понимаю, стебешься ты сейчас или пытаешься мне сказать что-то важное. Беру гель, намыливаю руки, разминаю твои плечи. Ты поворачиваешься ко мне, и снова этот озорной блеск, и снова эта шальная улыбка. Слова сами слетают с языка.