Бесы (Приключения блудного Дракона)

— Алекс, кончай! — ты орешь и вертишь тощей задницей с отпечатками моей пятерни.
— Тише! Нас услышат, — останавливаю твой ор, вытягивая из шлеек ремень. — Сейчас ТЫ у меня кончишь!
Складываю ремень пополам. Скольжу ладонью вдоль позвонков, прижимая гуляку как раз между лопаток. Горячая кожа под пальцами вызывает желание пройтись языком. Но ласки потом, а сейчас…
— Ал, ты мне не ответил. Как в клубе-то? С чего ты так возбудился, на кого насмотрелся? — Зверь ломает все оковы, вырываясь из клетки. Благим матом орет: МОЁ!
Ты замираешь, переваривая мой вопрос, а мне только этого и надо. Чуть отхожу в сторону и, замахиваясь, от души стегаю по голым половинкам.
— С-с-с… Алекс-с-с!!! — вскрикиваешь, вздрагивая под обжигающим ударом.
— Ти-и-ш-ше, А-а-л-л-л, — тяну я, разглядывая проступающую красную полосу. — Ты же не хочешь, чтобы весь офис сбежался глянуть на твою голую, блудливую задницу? — взмах, и ремень снова оглаживает тебя.
— М-м-м… Алекс-с-с… — стонешь, сжав зубы, голые ноги подлетают вверх.
— Не дергайся, — почти рычу тебе. – Ал, ты вел себя очень плохо! — Шлеп! Ремень целует ягодицу. — Ты какого поперся в клуб? Один! — Шлеп, и горячий укус по другой.
Ты вздрагиваешь, сжимаешь половинки при каждом ударе. Слышу твое сбивчивое дыхание. Вижу, как спину покрыли бисеринки пота. Наклоняюсь и провожу языком вдоль горячих алых лент на коже.
— Приподними бедра, — говорю тихо. Рука мягко скользит по промежности, дотрагивается до яичек. Ты дрожишь, делая попытки подняться. Помогаю, вздергивая тебя за талию вверх, и ставлю коленями на край стола.
— Алекс, какого ты творишь? Ты ебнулся?! — ты брыкаешься, и тут же ремень целует твои половинки.
— Нехер было меня до такого состояния доводить, — рычу я и втягиваю раскрасневшуюся кожу ягодицы взасос.
— С-с-с… Пусти, гад! — шипишь, дергаясь.
— Замолкни! — приказываю. Наклоняясь, развожу половинки. – Ал, какой вид, ты себе не представляешь! Жаль, посмотреть не можешь. Ну, ничего, доберемся мы и до зеркала, — Свет, льющийся из окна, беззастенчиво показывает тебя в таком потрясающем ракурсе.
— Алекс, пусти! Ты не имеешь права меня пороть. Я ничего не сделал… — бормочешь, зарываясь пунцовым лицом в руки, пряча свое смущение за рассыпавшимися волосами.
— Что? — вскрикиваю я, ушам своим не веря. Руки скользят по промежности, большие пальцы давят на сжатые мышцы и разводят их. — Если я еще раз услышу что-то в этом роде, возьму кнут, — наклоняюсь и вторгаюсь в тебя языком.
Ты вздрагиваешь, чуть не слетая со стола. Успеваю схватить тебя за бедра, удерживая в прежней позиции.
Чувствую, как ты дрожишь, как тяжело тебе дается оставаться в этой позе, а я все кружу по колечку мышц и трахаю тебя языком. Мозг отключается напрочь. Нет ни офиса, ни людей за стенкой. Нет даже времени. Только ты, такой желанный, и я рядом. Все плывет перед глазами.
Слышу твои стоны и сам не сдерживаюсь. В голове пусто. Дрожащими руками расстегиваю молнию, достаю эрегированного друга и раскатываю по нему презик. Сдергиваю тебя со стола, резко вхожу. Выгибаюсь, вжимаясь бедрами. Замираю. Перекрещиваю руки у тебя на пояснице и давлю, прогибая сильнее. Резкие толчки на бешеной скорости. Я тараню твое тело, даю волю чувствам и изголодавшемуся зверю.
Поднимаю и подталкиваю тебя к стене, на ходу покусывая плечи. Сжимаю половинки, целуя шею. Ты упираешься руками. Вхожу на всю длину до упора. Наращиваю скорость, плывя в экстазе. Твой запах, ощущение кожи под ладонями, твой вкус на языке от страстных засосов. Ты стонешь мое имя и тянешься рукой к члену.
Краем глаза вижу, как соскальзывает твоя рука, как проходится по ровным полоскам жалюзи, смещая их в сторону, чей-то взгляд за стеклом. Планка падает окончательно.
Вжимаю тебя в стену, грудью напирая на спину. Закрываю ладонью рот и, зажав в другой твой член, яростно вбиваюсь в тебя. Ладонь вторит движениям в тебе, и твоя горячая сперма бьет в руку, попадая на стену. Ты сжимаешься и стонешь в ладонь.
— М-м-м, да-а-а. Лю-ю-бл-ю-ю. А-а-а-л-л-л, — выдыхаю любимое имя, следуя за тобой.
 
Я привожу себя в порядок. В мусорную корзину летят презерватив и скомканные салфетки. На место возвращаются джинсы и ремень, а ты все никак не можешь успокоиться.
— Ты идиот? Я тебя хотел! Вчера! Позавчера! Каждый ебаный день! — выкрикиваешь что-то сумбурное, бессвязное. — И сегодня приперся к тебе! Просто сил уже не было! Как подумаю, так все, хоть стой хоть падай. А ты меня наказал! За что?! — Я только усмехаюсь.
Ты буравишь меня взглядом, все своим видом напоминая маленького чертенка. Волосы взлохмачены. Зеленые глаза горят адским огнем. Про краску, что залила щеки и уши, вообще молчу.
— Тебе не понравилось? — спрашиваю, но при этом думаю: «Нормально ты перся, через кабак, церковь. Ты бы еще в цирк завернул».
— Ответь! — сопишь ты. Усмехаюсь.
— Не хер было шляться, непонятно где. Ты мог бы ко мне приехать. Знал же, что я скучаю. Но ты отделался от меня звонками, сам же поперся в клуб, а после, возбужденный, ко мне. Что, перспектива вечера со мной тебя так напрягала, что ты полетел в клубешник? Или все дела разгреб?
— Да ты мне мамочка, что ли, указывать, куда и с кем ходить?
— Ал, мы с тобой в отношениях, и жить, как раньше, уже не получится. Нужно прислушиваться друг к другу, — обнимаю тебя за плечи, пытаясь уловить твой взгляд. — Ты не хочешь менять свою жизнь, но я свою поменял. Что ты так цепляешься за свою эфемерную свободу? Ал, люди рождаются уже несвободными. Так что плохого в том, чтобы быть моим? — слегка встряхиваю тебя.
— Я не все. Я — это я! — злобно посверкиваешь глазами. — Ты мне что, сабом твоим предлагаешь стать? Так это не ко мне. Или ты из меня второго Женю решил сделать? Тоже мимо!
— Ахренел, что ли? Я же тебе изначально сказал, что принял тебя как равного. Да если бы я хотел из тебя саба сделать, разве бы я лег под тебя? — заново начинаю закипать от таких заявлений. Ты вдруг замолкаешь, видимо, мозг включил, или инстинкт самосохранения начал работать, потому как через минуту расплываешься в улыбке.
— Ну-y-y, наверное, нет, — слава яйцам, темный в себя пришел. Радуюсь твоей способности переключаться с минуса на плюс словно по мановению волшебной палочки.
— Ты еще сомневаешься? Я никогда не хотел таких отношений. Пойми, я люблю тебя, — заглядываю в любимые глаза с расплывшейся подводкой, едва сдерживая смех. — Так когда переедешь ко мне? — решаю взять тебя измором.
— Ацтань, пративный, — ты натягиваешь узкие штаны, смешно морща нос, когда пояс проезжает по горящим половинкам. — Никогда! Моя жизнь, как хочу, так и буду жить.
— Знаешь что, Ал? Ты не дракон, — вижу, как удивленно взлетают твои брови. — Ты козел упрямый. Пить хочешь, — не спрашиваю, а утверждаю: надоело пререкаться с тобой. — Пойду принесу. Пять минут, — выхожу и разглядываю бегающих и суетящихся работников. Взгляд останавливается на опустившей взгляд пунцовой сотруднице. Так вот кто стал невольным свидетелем... — ухмыляюсь, направляясь к автомату с напитками.
Поигрываю в руках бутылкой, настроение приподнятое. Даже эта небольшая перепалка с тобой не в состоянии мне его испортить. В теле легкость. Ты выхватываешь у меня воду и направляешься к двери. Уже на самом пороге тормозишься.
— А, да! Лех, я что к тебе заглянул-то? Ну, помимо того, что я скучал и хотел, — улыбаешься, роясь в кармане куртки. — Мне тут надо по делам смотаться. Могу задержаться на сутки, а может, и на двое, как пойдет. Накорми кота, — в мои руки летят ключи от твоей раздолбанной пещеры.
Вот же Бес! Улыбка выползает на лицо. И куда тебя опять понесло? Я разглядываю у себя в руке связку с прицепленной к ней черепушкой брелка. Мне доверили Кота и ключи от пещеры. Надо же! Лед тронулся.
Щелчок замка, и я шлепаю рукой по стене в поисках выключателя. Слышу приветственный мявк. Вспыхивает свет, ослепляя нас с котом. Стоим, смотрим друг на друга, щуря глаза.