Практика (СИ)

— Просто я понимаю, что, сколько сейчас не выпей, большая часть с по́том выйдет. Надо просто перетерпеть. Но вообще у меня две.
— У меня тоже. Было. Пришлось одну отдать детям.
— Говорил же им! — покачал головой мужчина.
На таком пекле делать описание было делом неблагодарным, а, учитывая, что делали они его впервые, ещё и долгим. Разумеется, вода быстро закончилась. Новая фляга, со вздохом пожертвованная ир Вильосом, тоже ушла в момент. Использовать климатические заклятья они позволить себе не могли, да и боязно это было делать, находясь в аномалии. Приходилось терпеть. Хорошо ещё мошек не было: купол аномалии живность отсекал на раз-два: упокаивать зомби-животных любителей среди ставивших его некромантов не было.
Магистры, явно уже не чаявшие вернуться в прохладу, появлялись всё чаще, а студенты всё ползали посреди кустов и подлеска, пытаясь по почти сравнявшимся с землей холмикам, ямкам и тому подобному подсчитать количество захоронений на своих участках.
Аспиранты, давно закончив замерять фон вне купола, уже прошлись и сделали замеры внутри аномалии, специально по просьбе проректора померяв его ещё и на участках, описываемых студентами, а первокурсники всё возились. И, как ни странно, версцы закончили даже быстрее кое-кого из некромантов. Впрочем, у тех и участки были сложнее, и описание они наверняка сделали от и до. По крайней мере так успокаивал себя проректор.
— Идите вперёд, — решил ир Вильос, когда задание завершило предпоследнее звено. Оставалось звено старосты прикладников, которым достался кусок рядом с ручьем с кучей упавших деревьев и практически целиком вставшим населением. — Мы вас нагоним.
Обрадованные студенты рванули едва ли не вперед ир Сортая.
— Предупреди их, чтобы слишком уж вперёд не убегали.
— Там Тесла с Дирком, — отмахнулся декан. Однако задерживаться не стал.
Оставшись один, проректор снова привалился к дереву. Как бы он не делал вид, что всё в порядке, но ему тоже было жарко, он тоже устал и тоже ещё не до конца восстановился. Таким его и нашла Тьяра.
— Магистр?
— Закончили? — приоткрыв один глаз, поинтересовался преподаватель. Девушка кивнула. — Значит собирайтесь и пойдём.
Когда староста снова кивнула и ушла за своим звеном, мужчина отлепился от дерева. Точнее попытался отлепиться: что-то держало. Подняв взгляд, помянул демонов: дерево оказалось сосной. Причём весьма смолистой. Впрочем, опыта Чарльзу было не занимать. Выпутавшись из рукавов, он сначала снял куртку, а потом уже занялся её отдиранием. Успел, к счастью, до возвращения студентов и, когда они подошли, уже с независимым видом осматривал дерево, оказавшееся поврежденным заклятьями.
Отчищать решил уже на базе, чтобы и время не терять и на жаре не торчать. А жара между тем стала ещё более сокрушительной. Путь обратно пришлось проделать едва ли не перебежками от тени к тени. Оказавшись под куполом с его климатическим заклятьем, все выдохнули. Но задерживаться на солнцепёке всё равно не стали.
— Хана куртке, — резюмировал ир Сортай, когда ир Вильос показал ему испорченную вещь. — Хотя твоя супруга, может, чего и придумает. У алхимиков должно быть что-то на такой случай.
— Надеюсь. Я к ней привык, — эту куртку он носил со времен аспирантуры. Выглядела та в итоге уже не слишком презентабельно, но зато была удобной, мягкой и не прокусывалась комарами, что было весьма актуально ночью да ещё при свете светлячков.
Когда после стука в дверь и разрешения в кабинет, который магистры приспособили для отдыха, заглянула белокурая некромантка из Верса, проректор, всё ещё пытающийся отчистить куртку с помощью имеющихся в наличии зелий (естественно предназначенных зачастую вовсе не для такого кощунственного использования, так что рукав, на котором он проводил испытания, уже слегка дымился), поднял взгляд:
— Студентка ри Ной, верно?
Девушка кивнула.
— Вот, — ему протянули кипу листов.
— Что это?
— Описание участка.
— Уже⁈ — неподдельно изумился магистр, возможность подобного вообще не рассматривавший и обозначивший сроки фразой «как оформите, так и сдавайте, но чтобы к отъезду всё сдали». Но бумаги взял, бегло пролистал, убеждаясь, что это именно то описание. Указал на стул: — Присаживайтесь.
 
Явно нервничающая некромантка опустилась на краешек стула. Отметив это мельком, преподаватель полностью погрузился в исписанные мелким почерком листы. Прочёл, отложил и заметил:
— Для начала у меня будет два вопроса. В зависимости от ответов на них, я решу оправлять вас дорабатывать описание или принять его так. Во-первых, почему вы пришли одна, а не со звеном? Во-вторых, кто вас научил, как считать индекс спокойствия?
— Нам на парах объясняли, — пискнула девушка.
— На каком предмете?
— Методы исследований в некромантии.
— Тааак, — протянул весьма удивленный ответом магистр. В МАН подобный тоже имелся. Только не на первом, а на третьем курсе. Но в принципе да, в него входил в том числе и расчет индексов. На пробу поинтересовался: — В чем отличия между индексами спокойствия ир Шарио и Гейнера?
— Индекс ир Шарио считается для площади, а индекс Гейнера для количества.
— И почему же вы тогда выбрали индекс Гейнера? — эта студентка уже начинала ему нравиться. С ир Дербет они определенно если не сдружились бы, то точно нашли бы общий язык. Если б не предубеждения мановцев против версцев и наоборот.
— Потому что индекс ир Шарио работает, когда захоронения идут более менее равномерно, а здесь они неравномерные, — даже не задумываясь, ответили ему.
— Убедили. Теперь давайте по содержанию. — Он открыл описание и занялся детальным разбором ошибок. Девушка сначала слушала, а потом попросила перо и принялась конспектировать. Завершил проректор тем, что огорошил: — Но в общем и целом нормально. У вас описание принимаю. У остального звена приму, если их ответы на вопросы смогут меня убедить, что не вы одна всё за них сделали.
— Сспасибо, — растерянно поблагодарила некромантка, уже собиравшаяся всё переписывать набело.
— Идите. И своим скажите, пусть приходят. Я не кусаюсь. Если действительно сами делали, ответить смогут.
В дверях девушка едва не столкнулась с ир Сортаем. Бочком проскочив мимо, зачем-то поздоровалась и сбежала.
— И чего она хотела? — поинтересовался декан, устраиваясь за партой напротив.
— Описание сдала, — огорошил ир Вильос.
Коллега подавился чаем.
— Шутишь?
— Ни капли. — И протянул листки: — Полюбуйся.
Поставив стакан, Себастьян взял бумаги, вчитался, дошёл до индекса:
— Вот демон!
— Он самый, — согласился ир Вильос. — Они сдали «Методы исследований».
— На первом курсе⁈
— Ага. И как видишь, даже что-то усвоили. Часть из них, по крайней мере, — уточнил проректор. Уверенности в том, что усвоить материал, не имея толком практики, смогли не отдельные особо выдающиеся личности, а весь курс, у него не было. Добил: — Разницу между индексами она понимает.
— Демоны! — в голосе декана было скорее восхищение, чем досада. — Ты не спросил, какие ещё предметы они сдавали?
— Не подумал, — признал свою ошибку проректор. — Слишком удивился таким вольностям с программой и тому, что они при этом имели результат. Поинтересуемся у её звена, когда придут.
Так и сделали. Оказалось, что при примерно том же наборе общих предметов, а также нечистоведении и нежитеведении, программы первого курса МАН и факультета некромантии Верской академии серьёзно отличались в специальной части. И, пока студенты МАН с её жестким разделением на факультеты из предметов специальности осваивали общую, прикладную и основы боевой некромантии, студенты Верской академии проходили основы некромантии в целом, всё ту же общую, а также, неожиданно для магистров, теоретическую и методы исследований в некромантии. Правда, вместо основ боевой некромантии и общей в первом семестре. Это было интересно, но легче от этого проректору МАН не было. Потому что как строить практику с теми, чья программа настолько отличается, он представлял слабо.