Магнат

 
Бульварные газеты и телевизионные сплетники взахлеб сообщали, что певица кантри Джолин находится в доме своей кузины в Канзасе и подает на развод с Си Хейгом. «Си — один из самых добрых и смелых людей, которых я знаю, — сказала Джолин, — но мы так и не смогли ужиться в браке. В моем сердце навсегда останется для него местечко».
 
 
Си Хейг не давал интервью, потому что все еще поправлялся после огнестрельного ранения, полученного во время охоты в пэрришских горах. Однако спустя несколько дней после заявления Джолин Рубен Хейг озадачил Уолл-стрит, назначив Си президентом Юго-Западной энергетической корпорации.
 
 
— Си всегда работал в тени своего брата, — сказал Рубен, — но он показал себя спокойным, упорным и предприимчивым бизнесменом.
 
 
Циничные комментаторы, доки в бизнесе, отметили, что больного Си навестил Чет Биннс, президент компании «Уолко», и подчеркивали вероятность того, что Рубен Хейг побоялся утратить расположение своего сына-великана, которым так долго пренебрегал, и потому подарил ему корпорацию. Всем было ясно, что Юго-Западной будет управлять сам Рубен Хейг, чье бы имя ни стояло на двери кабинета директора.
 
 
В конце недели поступило сообщение о том, что в Техасе и Оклахоме обнаружены три тренировочных лагеря коммандос. Среди находившихся там людей были, судя по всему, недовольные ветераны вьетнамской войны и обычные граждане, хранившие в тайниках невероятное количество оружия и мрачно готовившие некий Армагеддон. Их арестовали за незаконное владение оружием, и лагеря были закрыты. Доморощенные коммандос во весь голос отрицали какую-либо причастность к убийству Гейба Меррита и к пыткам, которым подвергся Джефф Коннери.
 
  
Глава 44
 
 
Дождливым ветреным вечером к блестящей гудроном частной взлетной полосе аэродрома Пэрриша подъехал белый «кадиллак» и остановился чуть в стороне от мерцающего в темноте небольшого реактивного самолета. Двигатели загудели, потом оглушительно заревели в сыром воздухе. Огни освещали самолет снизу, подчеркивая его отогнутые назад крылья. Техники в дождевиках сновали вокруг, отсоединяя топливные шланги и проводя последнюю проверку.
 
 
В «кадиллаке» рядом с телохранителем, твердым как кремень мужчиной в легком плаще, надетом поверх костюма, с кобурой под мышкой, сидел Рубен Хейг. На сиденье рядом с водителем — его сын Аарон.
 
 
— Вот и твой самолет, Аарон, — сказал Рубен. — Скверная погода для полета, но тут уж я ничего не могу поделать.
 
 
Аарон обернулся и посмотрел на отца. Его глаза мерцали в темноте, ястребиное лицо скрывалось в глубокой тени.
 
 
— Довольно лицемерить, отец.
 
 
Рубен улыбнулся во мраке; его лицо темнело на фоне черного окна, мокрого от дождя. Ветер раскачивал машину.
 
 
Рубен сказал:
 
 
— Мне не очень-то все это нравится. Надо было бы хорошенько надавать тебе по заднице, сынок! Я доволен, что в убийстве обвиняют тебя, а не меня. Я рад, что Дайсон числился в твоих сотрудниках.
 
 
— К черту, папаша, ты же по уши сидишь в дерьме, — сказал Аарон. — Что за ребячество?! Мы наткнулись на препятствие. Нам надо собраться с силами.
 
 
— Это тебе надо собраться! — рявкнул Рубен. — А мне остается подбирать обломки. Твоего дружка Дайсона разнесло в клочья, Аарон. И надо же было тебе всех давить, затеять шпионские игры. Дерьмо все это, сынок! Надо было заниматься делом и делать деньги. А не влезать в эту идиотскую вендетту, Господи Боже, я кручусь и верчусь уже шестьдесят лет, но никогда в такое не играл.
 
 
Дыхание Аарона облачком пара витало у его рта.
 
 
— Играешь так, как фишка ляжет. Ты ведь не запрещал того, что мы сделали с Петти Ройтер или с Люком Эвери и с остальными? Тебе нравилась идея иметь хорошо подготовленных собственных солдат. Ты прямо расцвел от счастья, когда мне улыбнулась удача в деле с Али Бараком. Пока все было спокойно, папаша, тебе это нравилось. А теперь, когда мы споткнулись, ты хочешь отдать меня на съедение волкам!
  
 
— Нет уж, уволь, я не собираюсь разделить с тобой твой успех по части убийств, сынок. Можешь оставить его себе. — Рубен широко усмехнулся. — Думаю, что с учетом того, насколько ты увяз, я просто добрый малый, коли не сообщаю в суд, что ты собираешься покинуть страну. Если они тебя сцапают, то уж точно засадят на полную катушку. Чертовски глупо ехать сейчас на встречу с Али Бараком. Тебе бы лучше податься на какие-нибудь чертовы Багамы, или на Таити, или еще куда-нибудь и лечь на дно.
 
 
Аарон устало вздохнул. Его глаза засверкали.
 
 
— Не могу, папаша. Потому что не собираюсь посылать все к черту. Я еду в Катар, чтобы уладить дела с Бараком и закончить то, что я начал. Покуда я не попал в зал суда, я буду заниматься делом, и наше имя никому не удастся заляпать дерьмом!
 
 
Вздрагивая, Аарон открыл дверцу и выбрался из машины под дождь. На мгновение глаза Рубена погрустнели, но он заставил себя собраться и тоже вышел из машины. Горячий металлический запах авиационного топлива и влажного воздуха ворвался в его ноздри. Он увидел, что Аарон стоит возле самолета и смотрит на него снизу вверх.
 
 
Рубен опустил голову, скрывая лицо от ветра, и подошел к Аарону.
 
 
— Сынок, тебе не удастся ничего уладить! — прокричал он. — Как ты этого не понимаешь? У тебя была возможность, но ты ее упустил. Теперь у руля опять будем я и Си. Он не стал умнее, чем был, но я не хочу, чтобы он сговорился с этим подонком Биннсом.
 
 
— Конечно, — усмехнулся Аарон. — Но ты же сам приказал убить Джолин, если она уедет с ранчо. Так что не изображай из себя моралиста, отец. Если ты хочешь, чтобы дела опять пошли, тебе буду нужен я, потому что у меня мозги варят.
 
 
Неожиданно Рубен изо всех сил ударил Аарона в живот так, что тот согнулся. Он сам помог Аарону разогнуться и опять ударил его кулаком, на этот раз в челюсть. Из носа Аарона брызнула кровь и потекла ручейками в рот. В его глазах зажегся огонек.
 
 
— Давай! — прошипел Рубен. — Чета Биннса ты уложил за десять секунд. Я старый козел, сынок. Меня ты уложишь еще быстрее. Давай, бей! — Он поманил Аарона к себе согнутым пальцем. Рубен тяжело дышал. Огни взлетной полосы отбрасывали мертвенно-бледный свет на эту сцену.
 
 
— Я не стану давать тебе сдачи, отец, — сказал Аарон. Он отер кровь с губ, но она продолжала стекать ему в рот.
 
 
— Спасибо хоть за это, — прошипел Рубен. Его глаза блестели от ярости. — Ты — дерьмо! Не смог даже справиться с занюханной репортершей. С первой же встречи ты был на крючке у Сэнди Меррит.
 
 
Он выдохнул, подумав о своем больном сердце.
 
 
— Ладно, с этим все. Дайсона нет в живых. Двое из его лучших ребят убиты, и мы знаем, кто их убил. Наши дела крепко застопорило. Джефф Коннери произносит зажигательные речи на больничной койке и собирается привлечь нас к ответственности. Дьявол, у него уже достаточно доказательств, чтобы засадить нас в тюрьму! Двенадцать наших адвокатов уже готовят нашу защиту. Чертовски обидно, Аарон. Мы были так близки к тому, чтобы заработать пятьдесят миллиардов долларов. Даже сотню миллиардов, черт возьми! Вот было бы здорово, Господи! А теперь мне этого никогда не видать. Я уже слишком стар, а на то, чтобы все восстановить, уйдет уйма времени.
 
 
Его интонации стали жесткими.
 
 
— Но я добьюсь своего. Потому что хапать и держать — это все, что я умею делать. Так что садись в самолет и лети в Катар, поговори с Али Бараком. И если он не пристрелит тебя как собаку прямо в аэропорту за то, что из-за тебя ему прищемили хвост, то, возможно, тебя бросят в их тюрьму и познакомят с тамошними ребятами. Если же ты выживешь, то, может быть, тебе удастся заключить с Али еще одну сделку. Ему всегда будет нужно оружие, чтобы вести войну. Если ты сможешь уладить с ним дела, то, может быть, я тебе помогу. Я еще подумаю об этом.