Алые небеса Сеула

Неужто такое возможно? Авария была подставной? Родителей Соджина похитили, спрятали?
– Признаюсь, я с самого детства не мог понять, почему не нужен ни отцу, ни матери. Почему моим воспитанием занималась прислуга, а родным до меня не было дела… Зачем, когда я был подростком, отец притащил в дом чужого ребенка, оскорбив жену настолько, что она собрала вещи и улетела в Штаты, даже не попрощавшись со мной? Но в итоге меня поразило кое-что иное: мелкому щенку доставалось все и сразу, в то время как я был вынужден доказывать, что достоин носить фамилию Пак, каждый день своей жизни… – Голос Минхо преломляется, взгляд становится сердитым. Пальцы сжимают тлеющую сигарету, сгибающуюся под напором.
Неужели его не обжигает?
– Достижения в школе, институте, работе воспринимались как должное, непреложное. У меня не было ни минуты на увлечения или хобби, поскольку, по мнению отца, я трудился недостаточно. Зато спортивные мероприятия, в которых принимал участие подкидыш, он с удовольствием посещал. Бесполезнейшая трата времени. Странно, не находишь?
Черные глаза фокусируются на мне, и я неосознанно киваю. Да уж… как-то нелогично.
– Однако я в принципе мог жить спокойно. В конце концов, размазать щенка несложно, он не родной. Когда отец отойдет от дел, убрать паршивца труда не составит. Но вдруг появляется некий Ли Соджин, вполне рядовой сотрудник, перед котором почему-то расстилают красную дорожку, ведущую в высшую лигу. Отец вмешивается в кадровые перестановки. Проводит с ним личную встречу, хотя давно не принимает активных действий в жизни компании. Интересно, не так ли? – Генеральный горько усмехается, челюсть плотно сжимается, а на руках проступают вены.
В груди зарождается неприятное ощущение, словно вот-вот узнаю то, что полностью перевернет мое представление о Соджине. Но откуда оно взялось? Я слышала правду, почему сомневаюсь в ее достоверности?
– Резюме Ли – идеальное, как и личность. Не подкопаться. А мне досконально известно: чем чище обертка, тем страшнее содержимое. Поиск не дал информации. Но есть одна штука, подделать которую невозможно, – ДНК. Я решил пробить парня по базе, и каково же было мое изумление, когда сегодня я получил результаты. Выяснилось, что в наших в жилах течет одна кровь.
ЧЕГО?! Соджин – сын председателя? Он – Пак? Нет!
– Не может быть… – невнятно бормочу, ошарашенно глядя в пол. Мозг пытается переварить полученную информацию, но выдает ошибку за ошибкой.
Значит, Бёнхо заделал Кима еще в молодости? Стоп! Минхо двадцать семь, а Соджину…
– То есть он… – последние слова превращаются в потрясенное «ох».
– Ага, дошло, – со зловещей ухмылкой подытоживает Пак, слегка вздергивая подбородок. Взор сияет решимостью. Пак готов действовать радикально, чтобы защитить СВОЕ.
Теперь мне ясно, почему генеральный хочет убить Соджина, к своему несчастью, понимая: он не сможет отступиться. Минхо – младший сын, ему ничего не достанется.
Слезы подкатывают к горлу. Если прежде ситуация казалось бредом сумасшедшего, то сейчас она приобретает логичный и четкий окрас безысходности.
– Нет, пожалуйста, не надо! Соджину не нужна компания! Мы просто уедем! Не трогай его, умоляю! – Истерика обрушивается проливным дождем, однако мне не достучаться, генеральный директор «Пак-Индастриал» перешел черту, назад пути нет.
– Тсс! – прикладывая палец к моим губам, шепчет он.
Не могу молчать, продолжаю мямлить неразборчивые мольбы, но когда бессвязный поток на секунду прерывается, слышу звук подъезжающего автомобиля…
Боже, нет! Не ходи сюда, Соджин! Здесь ловушка!
– А вот и виновник торжества, – скалится Пак, доставая пистолет из-за пояса.
«Нет! Беги!» – хочу закричать, но все напрасно! Звук разбивается о ладонь, закрывающую рот.
  
Глава 37
 
Ким Соджин
 
Отследить Соколову оказывается не так-то просто. Не могу понять причину, почему «ищейка» не срабатывает. Софт новый, я проверял его раньше. Может, Маша установила на телефон защиту, а при выключенном гаджете мне не пробиться?
 
– Ащщ! – шиплю на всю гостиную, вскакивая на ноги.
Хочется смести ноутбук со стола, перевернуть в проклятой квартире мебель, разбить собственную дурную голову о стену, но вовремя останавливаюсь. Лэптоп – единственное, что может привести меня к Маше. Я должен попробовать снова.
За бесконечными поисками проходит не меньше часа. Запястья начинает сводить, но пальцы, не сбавляя темпа, резво порхают по клавиатуре. И вот, хвала Будде, я вижу результат своих трудов, ну или не совсем своих, ведь одновременно с появившимся маячком в проге на телефон приходит сообщение: «Абонент снова в сети».
Маша сумела включить телефон!!! Моя ты умница!
Шумно выдыхаю, смахивая со лба проступившую испарину, вижу всплывающее окно с вопросом: «Цель обнаружена. Отправить данные на смартфон?» Подтверждаю операцию, попутно сбрасывая влажную одежду.
Облачившись в любимый прикид невидимки – черное худи с капюшоном, кожаная куртка, бейсболка, – хватаю все, что может пригодиться, включая пистолет, припасенный на всякий случай. Покидаю квартиру с четким ощущением, что уже сюда не вернусь.
На парковке по привычке иду к мотоциклу, но в последний момент замедляюсь, глядя на железного коня.
– Прости, чингу, конечно, ты надежнее и быстрее, но вдруг Марию придется везти в больницу… – Даже думать о последнем не хочу, однако стоит быть готовым к любому повороту событий.
Машина практичнее. Поэтому, скрипя сердцем, направляюсь к «любезно» предоставленному «Пак-Индастриал» седану. Его и разбить не жалко!
В салоне подключаю мобильный к бортовому компьютеру, чтобы не отвлекаться по дороге на мелкий дисплей гаджета. Жду. Сопряжение происходит медленно, у меня даже начинается нервный тик. Сегодня в принципе время течет по странной кривой: то стремительно несется, не давая возможности как следует все осмыслить, то стопорится до неприличия, когда надо поспешить.
Наконец цифровой женский голос оповещает, что маршрут построен. Удовлетворенно клацаю языком, завожу двигатель и вдруг понимаю, куда навигатор меня ведет…
В горле застревает воздух. Смотрю на проложенный путь, свайпаю пальцем по табло вверх, вплоть до точки, отмеченной красным флажком, до предполагаемого местонахождения Соколовой.
Ынпхён – район, где я вырос, был полон надежд, планов на будущее, но там с легкой руки Пак Бёнхо моя жизнь в одночасье рухнула, обратившись беспросветным одиноким кошмаром… Но и это еще не все! Разумеется, я могу ошибаться, ведь не был дома пятнадцать лет, но здание, обозначенное «ищейкой», располагается примерно там же, где находился когда-то офис «Ким-Компани».
Похоже, Бёнхо собирается закончить нашу историю там, где она началась…
Хм, а у старика, оказывается, весьма своеобразное чувство юмора: черное, как и его сердце…
Ладно, упиваться шоком времени нет. Ехать – около часа. На улице дождь поливает, значит, будут пробки, а Маша совсем одна в окружении крыс, норовящих отхватить кусок посочнее. И под крысами я имею в виду вовсе не грызунов.
Как и в случае с отслеживающей программой, добраться до точки назначения сразу же не получается. Во-первых, упомянутые ранее заторы на дорогах и скверные погодные условия значительно затрудняют поездку. Во-вторых, Ынпхён очень изменился за период моего отсутствия. Несмотря на постоянно чирикающий в динамиках навигатор, под давлением эмоций, хоть и ведомый старой мышечной памятью, я пару раз сворачиваю не туда.
До здания отцовской компании добираюсь в легких сумерках. Территория огорожена высоким забором, но ворота, будто нарочно, открыты.
Когда-то офис «Ким-Компани» представлял собой двухэтажное каменное строение, выкрашенное в теплый молочный цвет, с белыми жалюзи на вымытых до блеска окнах и мягко светящейся вывеской. Перед главным входом омма собственноручно высаживала цветы, белила бамбуковые палочки, воткнутые в землю в качестве обозначения клумб, вязала красивые ленты на кустарниках.