Коннетабль (СИ)
[3] Куверт - термин, обозначающий полный набор предметов для одной персоны на накрытом столе.
[4] Яйца-пашот — традиционное французское блюдо на завтрак из разбитых яиц, помещенных в горячую воду, иными словами, сваренных без скорлупы. При таком способе приготовления получается мягкий кремообразный желток, окутанный лепестками белка.
[5] Байоннская ветчина, или Байоннский жамбон - сыровяленый свиной окорок, производимый в окрестностях Байонны на юго-западе Франции.
[6] Флан - открытый пирог, часто с основой из песочного теста или бисквита. Начинка может быть как сладкая, так и не сладкая (из овощей, мяса, рыбы, сыра).
[7] Бонтон (фр. bon ton - хороший тон) - хорошие манеры, светская учтивость в словах и в обращении.
[8] Bià (Бья) – фриульское уменьшительное от Бланка (Бланш). Фриульский язык (также восточный ретороманский) - язык фриулов, один из романских языков. Распространён на территории северо-восточной Италии в историческом регионе Фриули - на большей части современной области Фриули - Венеция-Джулия и в восточных районах области Венето. В АИ империи Франков – восточный регион.
[9] В Древнем Риме криптой называли любое сводчатое подземное или полуподземное помещение.
[10] Инсайт (англ. insight - понимание) — это внезапное озарение, которое помогает человеку найти решение какой-либо задачи. Синонимы слова инсайт - прозрение, откровение, постижение.
[11] Эффект Ирвина - психологический эффект, заключающийся в завышении (переоценивании) значимости и/или вероятности наступления желательного результата и занижении (недооценивании) вероятности нежелательного исхода. Назван в честь американского учёного-психолога Фрэнсиса У. Ирвина (1905—1985).
[12] Нюкта (от др.-греч. — «ночь») — божество в греческой мифологии, персонификация ночной темноты.
[13] НМН - Неприметное место номер девять.
[14] Юпитер Виктор (Iuppiter Victor) даровал победу.
Глава 6
Глава 6. Май-июнь 1940
1. Габи
Следующие три дня слились в непрерывную череду срочных и неотложных дел. Важных дел, секретных и, разумеется, опасных. Был даже соблазн «сходить» домой и привести подмогу, но Габи искушению не поддалась, здраво рассудив, что делать этого нельзя. Одних нельзя было позвать, потому что непосвящённые должны оставаться в неведении, что она способна ходить между мирами. Слишком серьезный секрет, чтобы делиться им «со всеми подряд». Другие, - те же Анатолий и Борис, - к такому экстриму были просто не готовы. И себя угробят, и других подведут. Оставался один лишь Трис, но рисковать правящим герцогом и главой клана было бы с ее стороны абсолютно безответственным поступком. Она и собой-то рисковала вопреки собственному пониманию воинской дисциплины. Но не «вписаться» оказалось выше ее сил, и возможность оставить все, как есть, - предоставив несчастных своей судьбе, - даже не рассматривалась. А раз так, рассчитывать оставалось лишь на себя и двух своих спутниц. Они, разумеется, тоже, как здесь говорят, не лыком шиты, но три сильно ослабленных этим Миром волшебницы против трех десятков вооруженных огнестрелом бойцов, это крайне рискованный расклад. А ведь у противника не только обычные стволы. У них, по данным разведки, есть так же пулеметы и подствольники, и много других весьма опасных инструментов войны. Однако боишься или нет, а делать все равно придется. Поэтому первым делом они подготовили «транзитный» лагерь.
Габи не хотела тащить всю толпу беженцев в замок Сковьи. Нечего им там делать, потому что о чем не знаешь, о том никому и не расскажешь. Однако переправить их сразу в подвалы палаццо Коро, тоже не получалось. Слишком много лишних движений, как сказал в подобной ситуации Иммануил Кант[1]. И тогда она взяла за основу довольно-таки рискованный план пошаговой реализации. Опасен ее план был тем, что случись с ней какая-нибудь настоящая неприятность, и тем, кто окажется в это время на берегу горного озера, придется выживать, как получится, поскольку ни вернуться в свой Мир, ни перейти в Мир Габриэллы Мишельер самостоятельно они не смогут. Но война на то и война, чтобы рисковать и брать на себя ответственность. А она, вообще, не просто так погулять вышла, а полноценный военный вождь. Риск для нее — это часть общественного договора. Поэтому сначала они заготовили на берегу озера дрова и продукты, а потом, оставив в Мире Сковьи баронессу де Бриенн, которая должна была принимать беглецов, отправились с Беро в Россию, чтобы провести первый этап спасательной операции. И в этом смысле, им очень повезло, что они имели дело с профессионалом. Максим Суворин никого не подвел, ни себя, ни спасателей. Он смог собрать и доставить к месту встречи людей и имущество, не притащив за собой хвост и не обнаружив себя каким-либо другим способом. И когда Габи и Надя переместились в точку встречи, на поляне в лесу стояли уже несколько больших внедорожников, - Range Rover, два Land Rover Discovery и еще, кажется, Nissan Patrol, - и три укрытых брезентом двухколесных прицепа. А рядом с ними толпился порядком напуганный народ, включая женщин и детей. Совсем мелких, впрочем, среди них не было, но тем не менее, дети есть дети, и в такого рода делах, как эвакуация в условиях войны и террора, они обычно создают массу проблем.
- Так, народ! – Пора было переходить к делу, и, проверив округу поисковым заклинанием, Габи подняла голос, чтобы ее могли слышать все собравшиеся.
– Слушайте меня. – сказала она, обращаясь ко всем сразу. - Первое! Очень прошу не психовать. Мы всех вытащим. Никто не пропадет! Просто не мешайте! Второе. Женщины и дети собираются в группы по трое или четверо. С них и начнем эвакуацию. Мужчины пока отцепляют прицепы и выстраивают их линией вон там! – указала она рукой. – Начали! Акиньшина, ты остаешься за старшую!
Следующие полчаса Габи строила порталы и переводила группы людей в Мир Сковьи. Там их принимала Надежда, а Габи возвращалась за следующей группой. И так раз за разом. Довольно утомительно, если честно, и ведь это был всего лишь первый этап спасательной операции, потому что самым тяжелым оказалось перетаскивать на Ту Сторону автоприцепы, загруженные до такой степени, что даже с «Рукой Геракла» сдвинуть их с места было немалым подвигом. И тем не менее, не зря говорится, что глаза боятся, а руки делают. Солнце едва перевалило за полдень, а люди и груз уже находились около костров промежуточного лагеря.
Теперь у Габи было два варианта действий: или перевезти всех в подвалы палаццо Коро и только после этого начинать атаку на особняк, в котором держат пленников, или сначала освободить людей из плена, и лишь затем начать планомерный переход в Мир Франконии. И решающим в этом вопросе стал фактор времени. Атаку можно было проводить только ночью, а до тех пор оставалось еще, как минимум, семь-восемь часов.
«Успеем!» - решила она и присела на валун, чтобы выпить чашечку кофе и выкурить сигарету.
С того места, где она сидела, открывался отличный вид на бивак. Люди сидели на поваленных деревьях, заменявших им скамейки, пили что-то горячее и тревожно переговаривались тихими голосами. Большинство из них даже не были волшебниками и влипли в историю по чистой случайности: из-за своего неуемного научного любопытства или из-за близкородственных связей с теми, за кем была устроена охота. И теперь они должны были покинуть не просто родину, они уходили в иной Мир, в чужую культуру и в «не свое» время. Габи было их жалко, но ей нечего было им предложить, кроме помощи в побеге. А все остальное они уже попробовали.
«Ладно, - решила она, отбрасывая окурок, - слезами горю не поможешь! И дело само себя не сделает, сколько о нем ни думай».
- Подъем, дамы и господа! - Скомандовала она, поднимаясь с камня. – Идем теми же группами. Сразу хочу предупредить. На той стороне замковые казематы, откуда вас станут выводить доверенные люди моего брата. В замке вам оставаться нельзя, так что вас всех посадят в автобус и отвезут в один из наших загородных домов. Постарайтесь ни с кем без нужды не разговаривать, лишнего не говорить даже между собой и не привлекать к себе внимание. Чем более скрытными мы будем сейчас, тем легче вам будет позже вписаться в наш мир. Надеюсь, это понятно. И еще одно. Нам с моими помощницами надо будет вернуться в ваш мир, чтобы освободить захваченных вашими недоброжелателями людей. Поэтому все, что не сможете поднять сами, пока останется здесь. Мы это позже обязательно перебросим, но не сейчас…