Ловушка для дьявола

Может, в «Логистике Сассекса» вообще никого не будет? Может, их склад безлюден в выходные? Крис уже знает о боссе Дома Холта, Митче Максвелле, который на днях нанес визит Клубу убийств по четвергам, но он проживает где-то в Хартфордшире и редко бывает в центре событий.
Может, где-нибудь останется открытым окно? Приоткрытая пожарная дверь? Наверняка там есть сигнализация, но Крису в свое время довелось немало их отключить. А если вдруг вызовут полицию, то Крис захватил с собой рацию, чтобы первым прибыть на место происшествия и заняться расследованием факта взлома.
После окончания дегустации вин поступило предложение воспользоваться туалетом, пока не началась экскурсия по винодельне. Крис почему-то думал, что они будут осматривать виноградник, но виноградники и винодельни — это совершенно разное. Сколько же нового он сегодня узнал!
Он смотрит на Патрис и указывает головой в сторону двери. Она кивает в ответ. Не передать словами, какой она испытала восторг, когда он изложил свой план. («Я буду стоять на настоящем «шухере»? Наконец-то свидание что надо!») Незаметно выскользнув на холодный воздух, они берутся за руки и целуются.
— Готовы нарушить парочку законов, миледи?
— Ради вас, сэр, всегда, — отвечает Патрис. — Донна бы нас убила, да?
— Она на художественной выставке в Гастингсе, — говорит Крис. — Она покончит с собой быстрее.
  
Глава 34
 
Богдану удалось сесть прямо возле Дома Холта. Для этого ему пришлось — совсем чуть-чуть — отпихнуть локтем какого-то ребенка, но он не хотел подводить Донну.
Он опускает свое мускулистое тело в кресло, едва подходящее для его размеров. Они кивают с Домом Холтом друг другу, как незнакомцы в поезде. Богдан достает из кармана куртки шарф «Эвертона» и набрасывает на свои огромные плечи. Шарф привлекает внимание Дома.
— Вы за «Эвертон»? — спрашивает он.
— Ага, за «Эвертон», — отвечает Богдан. — Наверное, я тут такой единственный.
— Точно так же думал и я, — произносит Дом и протягивает ладонь. — Итак, теперь нас двое. Меня зовут Дом.
Богдан пожимает Дому руку. Хорошая хватка, но это ни о чем не говорит. В жизни Богдану приходилось встречать худших людей, у которых были крепчайшие рукопожатия.
— Я Барри, но это не настоящее мое имя. Меня в основном зовут Поляк.
— Ничего не имею против, — отвечает Дом. — Как же так получилось, что польский бедолага стал фанатом «Эвертона»?
— Мой дедушка сидел в одной тюремной камере с убийцей из Англии. Тот был большим фанатом «Эвертона». Потом англичанин убил охранника, и его подстрелили, так что дедушка больше его не видел. С тех пор вся наша семья болеет за «Эвертон».
Дом кивает:
— Вполне логично, Базза. Не думаю, что у нас есть шансы на выигрыш. А вы?
— Не знаю, зачем я хожу сюда каждую неделю, — качает головой Богдан. — Эта игра меня когда-нибудь доконает.
Богдан чувствует Донну на сиденье прямо за Домом Холтом. Она подслушивает. Богдан сказал, что в этом нет необходимости и что он все запомнит, но Донна — женщина независимая.
— Откуда вы знаете Дэйви Масгрейва? — спрашивает Дом.
— Я знаю парня, который его знает, — говорит Богдан. — Я оказал ему услугу.
— И чем же вы занимаетесь?
— Да так… то да сё, — уклончиво отвечает Богдан.
— В этом мы схожи, — понимающе кивает Дом. — Это и моя сфера деятельности.
Начинается матч, и Богдан ограничивает беседу с Домом Холтом комментариями о происходящем на поле.
— Да вон же Ивоби! Он ждет пас. Где все?
— Ты прав, приятель, где все?
Богдан хочет, чтобы Донна им гордилась. Рождество прошло волшебно: они поздно просыпались, смотрели австралийские реалити-шоу, поигрывали в настольные игры. Богдан не испытывал потребности, чтобы им гордились, с тех пор как умерла мать. Теперь ему этого действительно хочется.
«Эвертон» пропускает гол на десятой минуте, и оба мужчины мрачнеют. На двадцать пятой минуте «Брайтон» забивает второй гол, и игра становится уже не такой интересной.
— Вы живете где-то здесь? — интересуется Дом.
 
— В Файрхэвене, — отвечает Богдан. — Но, знаете ли, разъезжаю. Повсюду. Где есть работа, там и Барри.
— А почему вам так захотелось сесть рядом со мной? — спрашивает Доминик Холт.
Он листает что-то в телефоне, не глядя на Богдана.
— А?
— Вы сразу направились ко мне, — поясняет Дом.
— Тут хорошее место, — отвечает Богдан. — И на вас красивое пальто.
Дом продолжает что-то читать в телефоне.
— Кажется, вас зовут Богдан Янковский.
— Не могу отрицать, — говорит Богдан. — Хотя очень бы хотелось. Но у вас хорошее польское произношение.
— А прямо за нами сидит констебль Донна де Фрейтас.
Доминик разворачивается назад и протягивает Донне ладонь.
— Дом Холт, — представляется он, как только Донна берет его за руку. — Впрочем, вы знаете и так.
Кажется, Богдан сел в лужу.
— Забавная ситуация, — говорит Дом. — Вы и ваш парень? Это вообще нормально для полиции Кента? Или вы тут неофициально?
— Мы просто смотрим футбол, — отвечает Донна. — Ни один закон этого не запрещает.
— Вы можете назвать хоть кого-нибудь из игроков «Эвертона»?
— Господи, нет, — говорит Донна. Богдан пытался заставить ее выучить вчера вечером. Просто на всякий случай. Но, ей-богу, кто станет тратить на это время? — А вы можете назвать кого-нибудь из группы «Шугабейбс»?
— Пожалуй, на этом и закончим, — говорит Дом Холт, вставая. — В этот раз спущу на тормозах, я же все понимаю. Но если я еще раз замечу, что кто-то из вас следит за мной, я обращусь в суд. Договорились?
— Где героин, Дом? — тихо спрашивает его Донна. — Вы его ищете? Или сами украли?
Дом отвечает не менее тихо:
— Неудивительно, что у вас забрали дело и передали его в Агентство. Дилетанты…
«Брайтон» забивает третий гол, и дальнейшие слова Дома заглушает вскочившая толпа. Богдан прикладывает ладонь к уху Дома.
— Просто Донна очень вежлива. Я лично знал Калдеша Шарму. Если его убил ты, то я убью тебя. Это понятно?
Дом Холт отступает и окидывает взглядом Богдана. Толпа рассаживается по местам. Дом переводит взгляд с Богдана на Донну:
— Наслаждайтесь игрой.
  
Глава 35
 
Энтони практически не работает на дому. Но некоторые правила созданы для того, чтобы их нарушать.
Элизабет приготовила для него чашку чая и сидит теперь на диване, наблюдая, как Энтони стрижет Стефану волосы. По-хорошему, ей стоило сделать это перед визитом к Виктору, но Виктор не из тех, кого волнуют такие мелочи.
— Как Элизабет удалось тебя захомутать? — спрашивает Энтони Стефана. — Уму непостижимо. Элизабет, ты в курсе, что у тебя в руках настоящий Клуни?
— Клуни? — переспрашивает Стефан.
— Ну и как тебе живется с ней, Стефан?
Тот смотрит на Энтони через зеркало:
— Простите, вы ставите меня в тупик…
— Я Энтони, — говорит Энтони, убирая волосы вокруг ушей Стефана. — Каково это — жить с Элизабет?
— С Элизабет?
— Я о том, что мы все любим сильных женщин, верно? — продолжает Энтони. — Но ведь наверняка существует предел. Я хочу сказать, нам всем нравится Шер, но стал бы ты жить с ней? Может, пару недель и получилось бы вытанцовывать на кухне, но в конце концов обязательно понадобился бы выходной.
Стефан улыбается и кивает:
— Да, примерно так и есть.
— Энтони всегда тебя подстригает, Стефан, — поясняет Элизабет.
Возвращение в четверг от Виктора прошло спокойно. Стефан все время спал, а Элизабет с Богданом вдруг поняли, что обсуждать больше нечего.
— Правда? — удивляется Стефан. — То-то я чувствую что-то знакомое. Не могу вас вспомнить, но все возможно. В последнее время я не всегда на высоте.
— Просто у меня незапоминающееся лицо, — говорит Энтони, расчесывая волосы Стефана спереди и подыскивая идеальный угол для пробора. — Помогает смешиваться с толпой. Полезное свойство, когда требуется избегать полиции.