Династия проклятых (СИ)

— Хочу, но ты ведь и сам понимаешь, что наши отношения ни к чему не приведут. Я замужем за принцем Звинси. По законам королевства расторгнуть наш брак невозможно. Он будет моим мужем до самой смерти! Ничего не изменить! — говорила я со слезами на глазах, и душа обливалась кровью от безысходности. На этот счет в законах Звинси лазеек не было. Хакон тоже не вправе отказаться от меня, ведь Великий Земной Дракон благословил наш брак и скрепил в чаше Храма.
— Астрид, если ты готова отказаться от короны, я сделаю все, чтобы увезти тебя отсюда. У меня в Стагмаре поместье, полное слуг. Есть возможность занять хорошую должность при дворе огненных. Ты ни в чем не будешь нуждаться, — с надеждой смотрел он в мои глаза, а я обомлела от такого предложения, и мне в ту же секунду захотелось ответить: «да»! Иметь семью, о которой всегда мечтала, любящего мужа, дом и детей. Это ли не счастье?! Взамен потерять лишь титул? Конечно, я была готова распрощаться с короной, которая явно не сулила мне ничего хорошего. Но дело ведь не только в ней. Я подведу родных, опозорю их, если сбегу от мужа вместе с герцогом. Да и кто позволит такое сотворить?! Меня найдут и казнят! А Пармиса изгонят из королевства навсегда! На весь его род падет ярмо позора! Наверное, слишком большая цена за любовь и нужно попытаться задушить в себе чувства, забыть о нашей связи, отстраниться, пока не поздно!
Но если разумом я рассуждала здраво, то сердце отказывалось верить в то, что я смирюсь с участью прожить всю жизнь с нелюбимым мужчиной.
— Предлагаешь сбежать? Сам-то в это веришь?
— Я не предлагал бежать, — хитро улыбнулся Пармис и встал с колен. Взял мое лицо за подбородок, приподнимая его, и склонился в миллиметре от губ, обдавая кожу жарким дыханием. Сердце пропустило удар, а губы пересохли в ожидании пылкого поцелуя. Но он смотрел в мои глаза и не двигался. — Веришь мне, Астрид? — шепнул он.
— Только тебе и верю, — прошептала в ответ.
Он резко смахнул со стола посуду, и она с грохотом упала на пол. Подхватил меня на руки и усадил на край стола. Встал между моих ног и страстно схватил меня за шею, притягивая к себе. Я задыхалась от его оков, выгибаясь ему навстречу. Увидела в его глазах дикое желание овладеть мной здесь и сейчас. От этого огненного взгляда я содрогнулась и едва не сошла с ума от тяги прижаться к его крепкому телу. Внизу живота заныло от томной боли, от вожделения, которое он пробуждал во мне страстными прикосновениями.
Его рука соскользнула с шеи на ключицу, а затем на грудь, которую он силой сжал через ткань. Второй рукой он проник под юбку сорочки, судорожно ощупывая внутреннюю часть бедра. Я забыла обо всем, окунаясь в запретную близость с головой. Мне безумно хотелось его ласк, тело ныло от желания отдаться этому мужчине без остатка. С диким остервенением я рванула ворот его камзола и пуговицы посыпались на пол, а плотная ткань разошлась и оголила рельефный торс. Я припала к нему губами, стягивая остатки ненужной вещи. Пармис задышал так часто и громко, что заглушил треск камина. А я пропустила стон, когда его пальцы умело сорвали с меня трусики, а затем и сорочку.
Он припал к моей груди жаркими и хлесткими поцелуями, выписывая языком на коже горячие и влажные круги. Я заходилась от страсти, зарываясь пальцами в его волосы. Он спускался все ниже, томной дорожкой до пупка, заставляя мой живот сокращаться и дрожать при каждом прикосновении. Грубо и резко развел мои ноги шире и с трепетом коснулся пульсирующего бугорка оголенной плоти. Я откинула голову назад и закрыла глаза от удовольствия. Оперлась руками о стол, прогнувшись в спине, наслаждаясь неповторимыми ощущениями, что дарили его нежные губы. Все мое тело было в его власти, реагировало на каждое его движение, подавалось вперед ближе к наслаждению. Он сжимал мои бедра до боли, врываясь упругим языком в мое нутро, доводя меня до безумия. Я безвольно стонала и жаждала еще. Больше и глубже. Его пальцы осторожно проникли в лоно, причиняя острую, но сладкую боль, которая лишь усиливала удовольствие. Я вскрикнула, не в силах сдержаться и ощутила невыносимую пустоту. Открыла глаза и увидела, что Пармис отстранился. Наклонился ко мне и шепнул на ухо:
— Тебе больно? Нежнее?
— Нет, — ответила я, изнемогая от страсти. Мне хотелось этой боли! Хотелось его горячих ласк!
Он освободился от брюк и впился в мои губы жарким поцелуем. Я отчаянно целовала его в ответ, впитывая его вкус, его манящую влагу и утопала в неге наслаждения. Чувствовала его горячую твердую плоть кожей бедра и льнула к нему естеством, стараясь соприкоснуться и как можно скорее вобрать его в себя. Хотела, чтобы он грубо и до упора вошел в меня, заполнил без остатка.
Впилась пальцами в его спину и коснулась торса животом. Казалось, что кровь в венах закипала, а кожа плавилась от огня, что горел между нами, внутри нас и вокруг нас. Как только он вошел в меня так резко и грубо, как и хотела, то закричала от тянущей и приятной боли. Прикусила его губу до крови, ощущая ее привкус во рту, и застонала от удовольствия, что дарили его мощные толчки внутри меня.
Он припал к моей шее жгучими поцелуями такими тесными, что воздуха не хватало. Я овила его ногами, чтобы быть еще ближе, чувствовать его еще глубже, но он резко отпрянул, откинул мои ноги и вновь припал губами к моему естеству, распаляя и заставляя хрипло стонать от блаженства. Каждая мышца тела натянулась струной. Казалось, что вскоре меня разорвет на части, и когда я почувствовала, что взрыв совсем близок, он перестал меня ласкать губами, поднял на руки, поставил на пол и развернул к себе спиной. Медленно провел ладонью по позвоночнику, а потом одним резким движением руки прижал меня грудью к столу и вошел сзади. Новое фееричное ощущение накрыло меня с головой и помутило разум. Я впивалась ногтями в дерево, приподнимаясь на цыпочках. Ноги задрожали от напряжения, но Пармис удерживал меня за бедра крепко, не позволяя слишком сильно податься вперед. Остервенело, до упора, он входил в меня и рычал, будто дикий зверь. Я стонала под звуки его страсти и окуналась в эйфорию ни с чем несравнимых ощущений. Чувствовала себя настоящей женщиной в его власти и мне хотелось отдать ему всю себя до последней капли!
Как только он схватил меня за волосы и потянул на себя, продолжая входить в меня в бешеном ритме, я ощутила, как блаженство скопилось внизу живота плотным пульсирующим шаром, который вот-вот взорвется.
Один сильный толчок и он разлетелся на миллионы осколков удовольствия. Я закричала так громко, что едва не оглохла от собственного голоса. Почувствовала, как Пармис излился в меня горячим семенем. Его губы осыпали мою спину поцелуями с трепетом до волны мурашек, горячее дыхание обдало кожу жаром. Я попыталась прийти в себя после неземного чувства блаженства и едва не рухнула на пол. Ноги перестали слушаться, но герцог подхватил меня на руки и понес в уборную, с улыбкой заглядывая в мои глаза. Я заключила его лицо в ладони, любуясь мужественными чертами, и припала к губам нежным поцелуем. Как глоток воды для иссушенного пустынной дорогой путника. Пармис окрылял меня, прогонял все страхи, делал меня по-настоящему счастливой, желанной и любимой. Мне было не стыдно оголять душу перед ним, плакать, сомневаться, показывать слабость. О таком муже я всегда мечтала. Такого видела во снах и грезила именно о нем. Он МОЙ! Весь! До кончиков волос!
— Как ты себя чувствуешь? — с нежностью спросил, аккуратно укладывая меня в прохладную купель.
— Хорошо, — улыбнулась я, пожирая его привлекательное тело взглядом.
Теплая вода из чаши полилась к ногам, быстро заполняя собой купель. Пармис лег напротив и посмотрел на меня с такой любовью, что в груди стало горячо, а в душе спокойно. Я не удержалась от желания быть ближе к нему и поджала ноги, чтобы развернуться. А потом легла на него сверху, плотно прижимаясь к вздымающейся груди. Он обнял меня и прильнул щекой к моей голове, начал поглаживать пряди волос.
— У меня есть мысль, как нам покинуть королевство, — вкрадчиво проговорил он, и я затаила дыхание. — Если согласишься идти за мной, я скажу, что надо делать.