Династия проклятых (СИ)

— Ты как всегда прав, Пармис! — ехидно заулыбался принц и бросил прищуренный взгляд на колокольчик рядом с дверью. — Но мне не нужны фрейлины! — от напряжения в ожидании его прихоти я настолько сильно сжал кулак под столом, что до боли врезался ногтями в ладонь. — Скажи своему прислужнику пусть приведет двух… Нет! Трех служанок! Причем тех, кто трудится на королевской конюшне!
Тут же отлегло от сердца. Я громко рассмеялся.
— Хочешь отомстить?
— Нет! Она сама себе отомстила! — хохотнул он. — Хочу испытать, как это иметь безродных женщин. И пусть их помоют, а лекарь проверит! И снадобье от зачатия пусть выпьют! Сегодня я не буду себя ограничивать!
Я не мог не выполнить приказ. Раздал указания и вернулся в покои. Настроение Хакона заметно поднялось, а вместо печали в глазах бесновались похоть, агония от предстоящего действа и месть. Он открыто предвкушал утехи и отвешивал шуточки по этому поводу. Вот и мою персону не оставил без внимания.
— Давно я не видел тебя с женщинами, — нахмурился он, пытаясь что-то вспомнить. — Помолвку отменил, а замену не нашел. Придворные дамы постоянно говорят о тебе, но мало кто осуждает, как ни странно! — пожал он плечами и потянулся за кубком. — Признавайся, прячешь новую пассию от всех?
Я едва не поперхнулся вином. Пассия как раз на виду!
— Ты бы узнал о ней первым. Нет у меня никого, Хакон, — я врал очень умело и нагло. Наткнулся на его одобрительный взгляд, и страх быть разоблаченным исчез.
— Вот и правильно! Все они предательницы! Женщинами надо пользоваться в свое удовольствие! А любви нет! Давай и тебе приведем? Кого хочешь? Выбирай любую! Нет той, которая не согласится провести с тобой ночь! А будет выделываться, подарю поместье, и тут же прибежит! Сколько хочешь? Одну? Две? Три? Герцогиню? Прислугу? — эмоционально махал он руками направо и налево. Я от души посмеялся над его щедростью, вспоминая свою Астрид. Да хоть лучших девиц всего мира приведут, ни одна мне не нужна! Все остальные женщины слились для меня в один расплывчатый образ, который не вызывал никакого желания. Но Хакону увы этого не понять и не объяснить.
— Благодарю за щедрое предложение, мой друг, но я воздержусь. Сегодня у меня нет желания придаваться утехам.
— Странно, — нахмурился принц. — Значит, присоединишься по ходу, — безапелляционно парировал он.
Я не стал с ним спорить. Это было бессмысленно. Одержимый похотью он сидел в кресле как на иголках, с нетерпением ожидая прислужниц. Мне же хотелось уйти, чтобы не наблюдать за развратом, но веской причины придумать пока не мог. Увлекся трапезой и молчал в то время, когда принц сокрушался и поносил весь женский род самыми скверными словами. Я лишь кивал ему в ответ. Нет смысла убеждать в обратном захмелевшего и озлобленного друга, да и что я мог сказать в защиту Тори? Она действительно поступила подло, а главное — мерзко как раз потому, что впустила в свою постель обычного конюха. Для женщины, занимающей такое высокое положение при дворе, позор. Но я бы понял ее порыв, если бы она полюбила несчастного конюха и на такой поступок ее толкнули сильные чувства. Здесь же дело было совсем в другом. Я почти уверен, что таким низким способом она пыталась как можно скорее забеременеть. Просчиталась Тори жестоко! И на что только рассчитывала?! Перечеркнула свою жизнь в попытке закрепиться в королевских покоях.
После тихого стука дверь в мою комнату распахнулась. Слуга завел трех девушек и удалился. Растерянные, испуганные, совсем еще юные, но безродные прелестницы жались друг к другу, с приоткрытыми ртами, разглядывая богатое убранство помещения. Вряд ли хотя бы одной из них доводилось бывать в королевской части дворца. Прислужник постарался на славу! От девушек пахнуло цветочным мылом. Их стройные тела были облачены в одинаковые прозрачные белые сорочки, через ткань которых можно разглядеть любую часть обнаженных тел. Я недовольно качнул головой и отвернулся. Посмотрел на принца, который исходил слюной, прожигая девиц похотливым взглядом, и снова вернулся к трапезе, хотя есть уже не хотелось.
— Идите сюда! — приказал Хакон, и девушки подчинились. Выстроились перед ним в ровную шеренгу и застыли в поклоне. Он поднялся на ноги и медленно обошел прислужниц по кругу. Одну схватил за ягодицу, и та пискнула, а потом заулыбалась. — Снимите это! — дернул он вторую за край сорочки и девушки мигом обнажились перед ним. — Вам выпала великая честь сегодня ублажать своего принца! Если мне все понравится, озолочу! Так что старайтесь, красавицы, — рассмеялся он.
Я откинулся на спинку кресла, дожевывая кусочек мяса, испил из кубка и приготовился к развратному представлению. Хакона вовсе не смущало мое присутствие, даже наоборот! Казалось, что он еще больше заводился под моим пристальным взглядом. До чего же быстро Тори смогла из неуверенного в себе, стеснительного кармазина сделать похотливое животное! В Драконьем Пределе часто он даже не решался заговорить с понравившейся девушкой, а тут такое!
Принц вернулся в кресло и начал через штаны трогать свое достоинство. Жестом приказал девушкам начать его ублажать, и те подошли к нему, опустились на колени и склонились над его пахом. Черноволосые головы поочередно двигались вверх вниз, пока Хакон пил вино и внимательно наблюдал за процессом. Причмокивания губ заглушали треск камина и свечей, а принц посмотрел мне в глаза затуманенным взглядом с победоносной и хитрой улыбкой. Я поддержал его настрой поднятием кубка, и друг пригубил из своего. В блаженстве закатил глаза и расслабился.
Девушки старалась изо всех сил! Так старалась, что их обнаженные спины вспотели. Они чуть ли не выхватывали друг у друга заветный орган, чтобы ублажить принца до финального завершения. А я сидел и думал, похоже, в нашем королевстве все можно купить! И слова Хакона о том, что он может привести мне любую женщину, не были шуткой. Любую, да не любую! Ту единственную, которая нужна мне, он явно не отдаст! Жаль, что я не мог покинуть комнату и вновь увидеть бирюзовые глаза Астрид. Хотя бы украдкой перекинуться с ней парой бессмысленных фраз, услышать голос, притронуться…
— Сильнее! — из мечтаний меня вырвал хриплый крик принца. — Глубже! Вот так… Быстрее!
Признаться, я никогда в своей жизни такого не видел. Разврат в чистом виде, о котором уже завтра прочитает в отчете мать Хакона. Мне стало не по себе от этой мысли. Может, зря она установила пристальную слежку за отпрыском? Себе дороже знать о том, как, где и с кем будто животное совокупляется родной сынок!
— Да… — выдохнул принц и оросил лица прислужниц белым семенем. Они ловили каждую каплю и заглядывали ему в глаза, ища одобрения.
Хакон растянулся в блаженной улыбке и погладил одну по голове.
— Замечательные ротики, — похвалил и силой стиснул волосы девушки, заставляя ее закинуть голову назад. — Иди, ублажи моего друга.
Девушка подползла ко мне на коленях и потянула руки к моим штанам. Я взглянул на ее залитое семенем лицо, и мне стало настолько мерзко, что я тут же хлестким жестом запретил ей приближаться.
— Расслабься, Пармис, — не унимался принц, заставляя девушек встать перед ним на четвереньки.
— Хакон, давай я оставлю тебя наедине с дамами? Не буду мешать…
— А с кем же я тогда буду пить? Сиди, Пармис. Давай отдохнем? Присоединяйся! — последнее было сказано в приказном тоне, но я не собирался подчиняться! Заставить меня спать с кем-то против воли он не мог! Но остаться пришлось. Ради безопасности Астрид стоило стерпеть даже такое.
— Так давай выпьем?! Участвовать я не собираюсь, но кубком поддержу.
Хакон снял мешающие нормально двигаться брюки, заставил всех трех девушек стоять на четвереньках вплотную друг к другу пока сам вкушал закуски и упивался вином.
— Не могу тебя понять, Пармис. Разве не хочется отведать женского тела? Смотри, какие хорошие, — облизнул он губу, наклонился в бок, скользнул сальным взглядом по соблазнительным изгибам и шлепнул крайнюю по ягодицам. Девушка вскрикнула от боли, и на ее коже остался красный отпечаток мужской руки. Я понимал, что просто так Хакон от меня не отстанет. Будет склонять к связи. Я взглянул на третий по счету графин вина и ухмыльнулся.