Династия проклятых (СИ)

— Все вон! — закричал Хакон, когда вошел в покои, и музыка стихла, а прислужница склонилась в поклоне. Взглянула на меня исподлобья, и я кивнула ей в ответ, давая понять, что королю надо подчиниться.
Вскоре мы с мужем остались наедине в опустевшей комнате, и мое сердце пропустило удар, когда я посмотрела на его бледное лицо. Мантия скрывала его тело, но на шее я заметила след от заживающей глубокой раны.
— Выглядишь прискорбно, дорогой, — улыбнулась я, ожидая его ненавистной реакции на мои слова.
— Твой же любовник постарался, — иронично ухмыльнулся он в ответ и скинул мантию с плеч.
Я взглянула на его простой наряд, состоящий из свободной белой рубахи и широких брюк. Не удержалась от смешка! Сегодня не я одна решила окунуться в простоту бытия, но мое преображение было связано с состоянием души, а его — с состоянием тела.
Ничего не ответив на его реплику, я опустилась на шкуру и налила себе курнию. Выпила по всем правилам, закусив фруктом, а Хакон все это время стоял, наблюдая за мной со странной улыбкой.
— Водишься с прислугой, пьешь не понятно что, — заключил он задумчиво. — Никак приелись королевские лавры?
— Даже не представляешь насколько! Но ты не опускайся до моего уровня. Тебе не понравится, — опрокинула я залпом еще один сосуд, наслаждаясь необыкновенным привкусом самого простого и в тоже время необыкновенного хмеля.
— От чего же? — опустился он напротив, щурясь от боли. Я заметила, как на ткани его рубашки в области груди выступила капля крови. Казалось, его и без того бледное лицо вообще побелело, даже присущая его коже смуглость пропала. — Я отнюдь не брезглив, — наполнил он фужер и поднес его к губам, не отрывая от меня взгляда.
— Это уж точно! — рассмеялась я, вспоминая, как он развлекался в покоях Пармиса с прислужницами.
Хакон хотел рассмеяться в ответ, но дернулся от боли и застыл на месте, стараясь даже не дышать. Резко выпил курнию и скривился.
На белой рубашке просочилась еще одна рана на плече, и я заулыбалась. Каждый из рубцов на его теле радовал меня и тешил самолюбие. Пармис жестоко отомстил за мою поруганную честь! Отныне Хакон всегда будет помнить ту ночь, когда едва не погиб в лапах более сильного дракона! Я смотрела прямо в его глаза и не испытывала ни капли страха, хотя знала, что даже в таком состоянии он может мне навредить, если захочет.
— Почему ты не пришла меня навестить в палату? — наигранно сухо спросил он. Прищурился и налил еще курнии.
— В королевстве много дел. Некогда, — отмахнулась я.
— Это все пустые слова. Просто ты все это время переживала за любовника и мечтала, чтобы я умер, — выпалил неожиданно, как на духу и посмотрел мне в глаза. Но не успел ничего уловить в ответ! Слишком резко я опустила взгляд.
— У тебя есть доказательства моей связи с герцогом? Так вот если нет, не смей обвинять меня в измене голословно! — произнесла строгим тоном, чтобы поставить его на место. Хватит с меня оскорблений! И уже неважно правдивы они или нет! Я подняла уверенный взгляд и насколько могла, выровняла спину. Уже привыкла держать лицо перед этим зверем и невольно продолжала это делать даже сейчас.
— Значит, измены не было? — продолжил он допрос, силясь уличить меня в преступлении, которое карается казнью. Ох, дорогой! Ты и думать забудешь о моей неверности, когда прочтешь прощальную записку! Бренно это все теперь. Бессмысленно и глупо!
— Я ведь обещала тебя любить. Помнишь? — произнесла с придыханием, вспоминая о вечере в королевском саду. Тогда я действительно верила в нашу любовь и рьяно добивалась его расположения, и чем же мне ответил супруг? Втоптал в грязь в первую брачную ночь, а потом… Уж лучше не вспоминать!
— Помню, — шепнул он и накрыл мою руку ладонью, которая горела раскаленным огнем. Я хотела вырваться, но он сжал ее силой, не отпуская. Тогда я посмотрела в его усталые глаза и поджала нижнюю губу, чтобы не ответить грубо. Сегодня мне не хотелось распрей. Я от них устала! — Предлагаю сделку, — шепнул он.
Я рассмеялась в ответ.
— С меня хватит твоих сделок, Хакон! Их условия всегда меняются не в лучшую для меня сторону!
Опять захлестнули воспоминания. Корона, эликсир от зачатия и попытка вторжения в мой рот! Неужели он всерьез подумал, что я поверю ему вновь после такого?!
— Условия новой сделки я не нарушу. Просто выслушай. Твое право согласиться или нет, — он говорил серьезно, но его взгляд все больше затуманивался, а рука задрожала в ознобе, продолжая судорожно сжимать мою.
— Я слушаю, — вздохнула я. Надо ведь как-то скоротать вечер до того времени, когда он уснет.
— Ты откажешься от престола в мою пользу, а я подпишу соглашение, согласно которому не трону тебя против воли. Ты будешь жить в титуле королевы — моей жены, и пользоваться всеми благами своего статуса без последствий.
Жаль, что он до сих пор видел во мне наивную блуасанку, которая не способна мыслить здраво. Просто не понимал, что я не лишу себя власти до гробовой доски! Стоит мне отдать ему трон, как первым же приказом он уничтожит Пармиса! Да и что за жизнь рядом с мужем, который способен на насилие?! Я не верила его словам! Поступки всегда говорили об обратном! И не поверю больше никогда! Унизивший единожды, продолжит это делать снова и снова, а жертвой садиста я быть не хотела. Не для того была рождена! Я достойна искренней и ответной любви! Такой любви, о которой слагают легенды и пишут песни! Я ее уже нашла и ни за что в жизни не упущу! Предложи он мне целый мир взамен! Не согласилась бы!
— Знаешь, куда можешь засунуть себе эту сделку? — прошипела я, наклоняясь вперед, почти соприкоснувшись с ним лбами. Поймала на себе ошарашенный взгляд, ведь знатные особы так не выражаются! Но сегодня я была самой обычной женщиной, и мне хотелось выразить мысли так же резко, как они и крутились в голове. — В свою королевскую задницу, — прошептала я, получая несказанное удовольствие от каждого произнесенного слова.
Хакон не сразу сообразил, что ответить на подобную наглость и вскоре просто заулыбался. Попытался рассмеяться в голос, но боль не позволила. Зато выпустил мою руку и наполнил хмелем наши сосуды.
— Вот за что люблю тебя, Астрид, так это за непредсказуемость! — замотал он головой, а я опешила, впервые услышав от него слово «люблю» в мой адрес. Смутилась так, что не нашла на эту реплику ответа. Он и сам быстро понял, что сказал лишнее, но исправить уже не мог. — Ты все же подумай. Мы могли бы начать сначала, — с трудом поднялся он на ноги и прошел в спальню, а я зажмурилась и окунулась в мысли. Там, глубоко в подсознании, Хакон давно убил всякую надежду на счастливое будущее с ним. Сжег своей ненавистью все зачатки любви и тепла. Внутри себя я чувствовала потрескавшуюся от недостатка влаги пустынную землю. После себя он оставил в моем сердце пустоту! Если ненависть еще можно потушить, то пустоту не прогнать никогда! Это конец! Мое сердце уже принадлежало другому, и даже если бы муж ползал передо мной на коленях, умоляя простить, я не простила бы никогда! Просто не смогла бы каждый день ложиться в постель к насильнику и делать вид, что простила ему смерть ребенка! Это было выше всех моих моральных сил! Лучше умереть, чем стать его рабой!
Снова нахлынули горькие слезы потери, и в душе заболела рана, и месть проснулась, стараясь злостью спасти меня от боли, но я ее прогнала. Она слишком бесстрашна и беспощадна! Она уже погубила мою истинную сущность однажды, и я не хотела, чтобы это повторилось. ХВАТИТ! Пора остановиться! В новую жизнь надо уйти с чистой душой.
Я поднялась на ноги и медленно прошла в спальню. Легла на свою сторону кровати и повернулась на бок, свернувшись калачиком под одеялом. Услышала легкое посапывание Хакона и сделала вид, что уснула. Долго прислушивалась к его дыханию и только когда окончательно убедилась в его состоянии глубокого сна, запустила руку в карман платья.
— Астрид, — прошептал он, коснувшись моего плеча, и я едва не умерла от страха. Не пошевелилась, делая вид, что сплю. Он отпрянул и шумно вздохнул. — Ты прости. Я подумал и понял, что не зря Великий Дракон связал наши судьбы. Нам суждено прожить эту жизнь, и я чувствую, что ненависть прошла. Ты мне нужна сейчас, как никогда.