Сердце Сокола (СИ)
Шпионить за собственной подругой было ужасно. Конечно, нельзя сказать, что Алу раньше не приходило в голову в образе птицы подсматривать за переодевающейся девушкой — и приходило, и подсматривал, хоть и краснел после со стыда. Но с Милой он никогда так не поступал. Поэтому сейчас, сидя на ветке ясеня, Ал смотрел в окно, раскрыв клюв, и убеждал себя, что делает это исключительно ради дела.
Мила расплетала косу. Неспешно, прядь за прядью, она вычесывала волосы, неторопливо и с каким-то особым изяществом, словно проводила одной ей известный ритуал. И длинные черные волосы были сейчас её единственной одеждой. Сидя на ветке, Ал испытывал огромное желание пробраться в дом, обнять Милу и целовать её до одури, до громких бесстыдных стонов, совершая всё то, о чем так мечтал ночи напролет уже который год.
Но надо было лететь прочь. Во взрывах точно была виновата не Мила — Ал уже третий день присматривал за ней и не заметил ничего странного. Он развернулся, взмахнул крыльями… и ощутил едва заметный аромат магии.
Но зачем Миле было колдовать перед сном?
Лунь подлетел к окну, заглядывая в комнату. Мила, так и оставшись нагой, стояла на деревянном полу в окружении свечей и вслух читала какое-то заклинание. Страницы книги, которую она держала в руках, отливали странным блеском, а узоры на теле девушки шевелились, приходя в движение. Менялись слова на её коже, менялся узор, но Ал чувствовал, с каким трудом это колдовство давалось Миле.
А затем её силы закончились — и мига хватило, чтобы незавершенное колдовство обернулось против девушки.
Осознав, что Миле грозит нешуточная опасность, Ал влетел в окно, на ходу превращаясь в человека. Но было поздно. Магия уже окутала девушку, заставив ту кричать от боли, выгибаться так, что казалось, сломается позвоночник. Магии было много — слишком много для Милы, и Ал, бросившись к ней, крепко прижал неудачницу-колдунью к себе и стал вливать излишек магии в себя, понимая, что он-то, как шептун, может поглотить эту силу без вреда. Или почти без вреда — ведь вмешательство в древний ритуал не могло оказаться безнаказанным.
Ал услышал голос, который исходил из книги — и отовсюду.
— Любишь её? — вопрошала магия.
— Люблю, — отвечал Ал всем сердцем.
— Клянешься защищать?
— Клянусь.
— Пока смерть не разлучит вас?
— И даже после.
Плечо зажгло так, что Ал закричал от боли, а на коже стал проступать кровавый узор. Он уже видел такой… Только не сразу вспомнил, где. А когда понял, его как холодной водой окатило — и крик застрял в горле. Такой же узор был на брачных браслетах его родителей. И теперь он сиял на их руках с Милой, означая одно — их с девушкой повенчала сама магия. Больше некуда было деться, и ничего нельзя было изменить.
Сияние исчезло, книга снова стала обычной, а Мила застонала и открыла глаза.
— Ты в порядке?.. — прошептала она первым делом, дотронувшись до его лица. — Ты не поранился?
Она плакала, и ей было больно, но она всё равно думала в первую очередь о нем. Ал, не сдержавшись, притянул её к себе, а Мила заговорила торопливо, оправдываясь и не замечая собственной наготы.
— Этот ритуал был ошибкой. Я хотела избавиться от шрамов — они блокируют мою магию. Столько читала, готовилась — и всё зря. Ничего не получилось. Только стала на шаг ближе к смерти, — она поёжилась, то ли от холодного ветерка, залетевшего в комнату, то ли от воспоминаний об испытанной боли.
— Я бы не дал тебе умереть, — твердо произнес Ал. — Но ты должна знать. Мы теперь… — он попробовал сказать, что они теперь женаты, но не смог.
Впрочем, девушка уже увидела узор на его руке и догадалась обо всём сама.
Обняла его, прижимаясь лбом к плечу.
— Прости, — выдохнула она и отстранилась от него. Встала, пошатываясь. — Я понимаю, что ты никогда не связался бы с такой, как я. Но не волнуйся, скоро всё закончится.
— О чем ты?
— Я проклята, — Мила горько рассмеялась. — Тот колдун что-то сделал со мной, как будто продырявил, и магия с тех пор утекает из меня вместе с жизнью. Мне хватало магии, пока я была маленькой, но я взрослею, и сил требуется всё больше. Даже цветов и растений уже недостаточно, чтобы поддерживать меня: я стала убивать их, как чуть не убила ясень. Думаю, я скоро умру, и избавлю тебя от этого, — она указала на кровавый узор.
— Ты не умрешь, — Ал подошел к ней и схватил Милу за руки. — Я не позволю! А если тебе нужна магия, то бери, сколько хочешь! У меня её хоть отбавляй.
— Я не хочу делать тебя слабым, — покачала головой Мила.
— И не сделаешь, — Ал улыбнулся и отвел ей за ухо прядь волос, признаваясь в том, о чем хотел рассказать уже очень давно: — Я шептун. Ты будешь колодцем, а я водой. И обещаю, этот колодец никогда не высохнет.
Ал он обнял Милу, прижимая к груди и чувствуя, как по щекам девушки катятся слёзы облегчения и радости.
— Как мы скажем твоим родителям? — Мила немного успокоилась, и к ней вернулась прежняя рассудительность. Девушка оделась, со смущением осознав, что была перед Алом совершенно обнажена. Пусть он и стал её мужем, но они даже ни разу по — настоящему не целовались!
— Думаю, они будут рады встретиться с тобой, — Ал хитро улыбнулся, не став упоминать, что давно спросил у родителей благословения на этот брак. С Бореем было сложнее — он всё ещё недолюбливал магов. Зато к следователям относился с симпатией — отчасти это послужило причиной того, что Ал пошел на службу.
— Сомневаюсь. Наверняка, они уже нашли тебе подходящую партию, — не знавшая о его планах Мила только вздохнула.
— Даже не начинали. Мама говорит, что жениться надо по любви, — Ал покраснел.
Мила грустно добавила:
— Вот видишь, тем более…
— Но ведь я давно люблю тебя, — договорил Ал, и девушка удивленно распахнула глаза. — Разве ты не знала? Мои приглашения на свидания? На танцы? Встречи под звездным небом? Разве этого было недостаточно?
— Я думала, ты просто шутишь, — непритворно смутилась Мила. — Боялась поверить…
— Да какие тут шутки, — Ал присел рядом с ней, помогая заплести косу.
Свою сестренку он часто заплетал, так что научился. А у Милы после заклинания дрожали руки, и привести волосы в порядок у неё никак не получалось.
— А как ты вообще оказался у моего дома? — вдруг поинтересовалась девушка. — Опять случайно?
— Прости, но в этот раз я следил за тобой, — не стал скрывать Ал. Начинать совместную жизнь с обмана — что могло быть хуже? — Книга, по которой ты пыталась провести ритуал, относится к темной магии. Я подумал, что ты можешь навредить себе.
— И другим? — напряглась Мила.
— И другим, — со вздохом кивнул Ал и прижался к ней, обжигая дыханием шею. Оставил легкий, извиняющий поцелуй на её щеке — он впервые поцеловал девушку сам — и она вздрогнула, но не отстранилась, а напротив, улыбнулась.
А парень добавил:
— Это моя работа, Мила. И я не буду тебе врать.
— Я понимаю, спасибо за это, — Мила поймала его руку, переплела их пальцы и, развернувшись, посмотрела Алу в глаза. — Ты искал что-то конкретное?
— Магические всплески. В последнее время участились взрывы, и я боюсь, что это дело рук одного мага.
— Но кому такое под силу?
— Не знаю, но обязательно…
Договорить он не успел. Через дом от них, в старенькой ночлежке, громыхнуло так, что уши заложило. На улице раздались крики, засуетились люди.
— Жди здесь! — Ал выскочил на улицу и бросился к соседнему дому.
Без сомнений, это была та самая магия, которую он искал. Ал ворвался в горящий дом, намереваясь обезвредить преступника… И увидел скорчившихся на полу детей. Тех самых, которых уже встречал в доках.
— Она не хотела, — пробормотал мальчик, жалобно глядя на него и обнимая сестру, руки которой были объяты огнем. — Просто у неё не получается контролировать силу.
Силу, которой было столько, что можно уничтожить весь город.
Ал опустился рядом с детьми и положил ладонь девочке на голову.