Гримуар темного лорда IV (СИ)

— Она просыпается. Ставь укол! Скорее! — потом боль в шее. И в следующий раз она открыла глаза в какой-то камере. И она сразу ощутила кольцо-блокиратор магических способностей на шее. Магия была с ней, но она не могла её активировать. Все конструкты, при попытке напитать их энергией, просто рушились.
Её кормили, поили. Причём очень хорошо. В камере был душ, и ей даже выдали чистую одежду и средства гигиены. Наталья не могла понять, почему к ней так хорошо относится вражеский род. Но через сутки она подслушала разговор солдат, которые стояли у неё под дверью. От них-то она узнала, что такая забота связана с тем, что её тело должно стать сосудом для Алены Бессмертной.
Как бы фантастично это не звучало, но Наталья сразу поверила, что такое возможно. Слишком много слухов ходило о роде Бессмертных, а они не могли браться на пустом месте.
— «Боже за что мне это? Сколько я ещё должна впадать в передряги на пустом месте?» — задавалась она вопросом.
Ей было страшно. Гнетущая обстановка, четыре стены и постоянные мысли о неминуемом конце.
Ночью ей приснился потрясающий сон. Она вместе с Костей на Элронии. Они гуляют по песчаному берегу. Он смотрит на неё и признаётся в любви. А после… после была бурная ночь любви.
Когда Наталья проснулась, она буквально зарычала. Но рык быстро сменился рыданием. Ей было морально тяжело от того, что это был всего лишь сон.
Ведь в самых потаённых мечтах она надеялась, что спасать её придёт тот, кому она вначале отдала тело, а потом и сердце.
Несколько часов назад за дверью раздался сигнал тревоги. Наталья вздрогнула, потому что больше всего боялась, что эта сирена означала её конец. Но потом она услышала механический голос и прислонив ухо к стальной двери, смогла разобрать слова:
«Внимание! На базу проникли посторонние. Код красный. Командному составу надлежит явиться в штаб. Боевым расчётам занять свои места».
И так повторялось пока не раздался взрыв. Стены её камеры заходили ходуном, а с потолка полетела бетонная пыль. Примерно через полчаса к ней в камеру зашли пятеро мужчин.
— Вставай! — навис над ней мужчина, выше её как минимум на полторы головы.
— Я никуда не пойду! — успела ответить она, как ей прилетела сильная пощёчина. Удар был такой силы, что она упала на пол. А во рту ощущался привкус крови. В ту же секунду её подхватили двое бойцов и волоком потащили из камеры.
Через пять минут она сидела в самом центре помещения, в котором находилось по меньшей мере человек тридцать. Она была связана настолько плотно, что не могла пошевелить и кончиком пальца.
Однако ей удалось немного повернуть голову, и боковым зрением она разглядела огромный экран.
— Ему конец! — оскалившись произнёс мужчина. — Теперь-то ему точно конец!
— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, — произнёс второй.
— Это идеальная засада. Он наверняка думает, что…
— Что мы там? — перебил его собеседник.
— Да!
— Возможно, ты прав. Учитывая, что он может преобразовать сталь в камень, можно подумать, что у него есть сканирующие артефакты. Надеюсь, что наши пленники послужат хорошей приманкой. А сорок три бомбы смогут решить эту проблему!
В этот момент к ним подошёл старый мужчина. Наталья знала, что это глава рода. Те двое подали ему микрофон…
— Селезнёв, заходи один! Или Нарышкина умрёт!
 Глава 19 
Глава 18.
Глава рода Бессмертных с жутким холодом в глазах посмотрел на Наталью.
— Ведите её в ритуальную! Я сообщил наследнику, что у нас всё готово. Думаю, как только мы закончим, он прибудет.
— Дядя…
— Дед…
Произнесли одновременно два члена рода. Бросив друг на друга взгляд, продолжил тот, кто назвал главу дядей.
— Если Михаил прибудет сюда, не подвергнет ли он себя опасности?
 
— А Вам что, уже сложно нажать на кнопку? Уммм? — изогнул он вопросительно бровь. — Другого пути сюда нет! Селезнёв сдохнет! — И совсем тихо добавил. — Хороший враг… Эхх, был бы Кощей жив…
Наталья услышала, как кто-то позади неё произнёс слово-активатор и веревки, которыми привязали её к стулу, спали.
Дальше всё произошло очень быстро. На экране она увидела, как Костя в своём устрашающем доспехе проходит в проём, в котором находились её служанки и телохранители. Но главное, что там находились огромные шарообразные бомбы!
Глава рода уже потянулся нажать кнопку, которая приведёт бомбы в действие, как Наталья резко двинулась к нему. Она сбила с ног главу рода и, пока все ошарашено взирали на эту картину, успела дотянуться к микрофону и закричать.
— Костя! Это засада! Там бомбы!
* * *
Я сразу узнал голос Натальи. Потом последовал вскрик, а следом звуки, будто её пинают. Слышать это было невыносимо, но я постарался взять эмоции под контроль. Ведь они сейчас не лучший советчик.
Не знаю, что произошло у Бессмертных, но подозреваю, что именно Наталья помешала им. И шанс подорвать меня был упущен. Мне хватило мгновения, чтобы увидеть связанных людей и бомбы. Последних было очень много. И при всей моей магической силе я просто не знал, как помочь людям, поэтому я… я просто отступил…
— Значит, проделаем себе пути сами! — сказал я, после чего вырвал чарами левитации стальные плиты.
Я не знал, какими заклинаниями можно прорыть туннель. Но с этим, как показала практика, превосходно справлялись чары очищения. Уже через несколько минут мы уткнулись в стальные плиты. И диагностирующие чары показывали больше полусотни человеческих сигнатур.
И только я подумал, что у нас будет возможность спасти заложников, как раздался сильнейший взрыв. Вся взрывная сила, прошла вперёд и почти не задела нас. С потолка посыпались земля и камни. Из коридора, из которого мы шли, на несколько секунд ощутили сильный жар.
— Воздушный таран, — ударил я по шву между плит, и они отлетели на несколько метров. Наше появление стало неожиданностью для противника. Я достал пистолет и открыл огонь по врагу. Единицы успели создать щиты, но сильно им это не помогло. Как показала практика, даже мой щит не выдерживает большого количества попаданий артефактных пуль.
— Прекратить огонь! — приказал я. — Сканер, — в соседнем помещении находилось ещё пятнадцать сигнатур и, когда я подошёл ближе, через небольшое стекло увидел разных возрастов детей. Они плакали…
— Бл@ть! Твою мать! — на их глазах мы только что убивали их родных и близких.Однако в помещении, в котором мы находились, ещё были живые. Я повернулся к гвардейцам Нарышкиных. — Запрещаю вам их добивать. — И повернулся к Гудку. — Вить, проследи.
— Хорошо, командир, — ответил Гудок. — Ты услышал? — задал он вопрос гвардейцу. Тот с большой неохотой кивнул.
Я огляделся и увидел неподалёку прислонившегося к стене мужчину. Он прижимал руку к окровавленной груди и серьёзным взглядом смотрел на меня.
— Куда они повели Нарышкину?
— Ты правда оставишь детей в живых?
— Обещаю, — ответил я, смотря ему в глаза.
Получив сведения, я пришёл к мнению, что сегодня пролилось слишком много крови. И я не видел чести в поступках людей, добивающих раненых. Хотя признаюсь, самому не раз приходилось таким заниматься.
Война не любезность, а самое гадкое дело в жизни. (А. Н. Толстой)
— Гносис, — прошептал я, чтобы узнать состояние мужчины. Из хороших новостей: пуля прошла на вылет. Из плохих: задета артерия. — Велнура целитус, — прошептал я. — Гудок, оставь с собой пятерых и окажи помощь раненым.
По мимике лица товарища, я заметил, что ему не понравился мой приказ. Но чем отличался Виктор Гудков от остальных, так своей исполнительностью.