Изменить судьбу 2 (СИ)
- Ясно… - блин! Интересное знакомство, нельзя упускать. Но и трахать её постоянно я не хочу. Не то, чтобы она страшная, но… - Слушай, Эдик, а почему Михална каждого мужика через себя пропускает?
- Старая и грустная история. Она с Украины, жила в Кременчуге, работала директором ресторана. Представь, ей было-то чуть за тридцать, а уже директор. Замужем была, муж тоже какую-то должность занимал. Детей не было, но собирались. И поехали они как-то в Крым, отдохнуть, позагорать, ребёнка сделать. Ну, лежали на пляже, солнце, жара. Муж пошёл в море освежиться. А из моря уже не вышел. Михална говорит, он и выпил-то немного, но вот, судьба… Она с горя запила, лишилась работы, ну, известная история. Через какое-то время в себя пришла. Работы нет, мужа нет, смысла в жизни нет. Помыкалась, да и завербовалась на север в столовку на буровую. Она – баба умная, хваткая, быстро авторитет заработала. И уже здесь сошлась с одним начальником буровой. Переехала сюда, к нему насовсем. Он старше неё был, лет на пять-семь, в разводе, и у него сын был, уже большой, с матерью жил, и к отцу периодически приезжал. И как-то приехал, и уговорил отца взять его на буровую. Он вроде поступать в нефтяной хотел. Отец долго не соглашался, но сын всё-таки уговорил. Поехали, в вертолёт загрузились, вертолёт взлетел, а на буровую не прилетел. Их искали, нашли. Вертолёт упал в болото, никто не выжил. Причины аварии непонятны. Вот она с тех пор такая. Замуж выходить боится, а трахаться периодически хочется. Но, насколько я знаю, она второй раз никого в постель не тащит. Так что не ссы, старик, это испытание ты выдержал, и возврата к нему не будет.
- Вон оно как… - понятно, бортовые самописцы на воздушных судах есть, но конструкция ещё сырая, и ставятся они только на самолёты. На вертолётах ничего такого не предусмотрено, и ещё долго не будет, - да, и впрямь грустно. Ну, в принципе, я не против, пошли…
В голове вертелся чуть переделанный рэп от Децла:
«Вечеринка у Михалны дома
С Эдиком зашли, на каждого три тёлки».
«Тёлок» было в действительности на каждого чуть меньше, но тем-же составом, за исключением Ольги. Я плюхнулся на своё-же место и сказал:
- Как и не уходил никуда. И не было этой недели. Всё те-же, всё там-же. Ну что-ж, продолжим? – и разлил водку по стопкам.
В середине веселья, когда стол уже стоял в углу, а танцы были в разгаре, я, улучив момент, позвал Михалну на выход.
- Что, Славка, понравилось всё-же? – с улыбкой спросила Михална, выйдя из комнаты, и прикрыв дверь.
- Ты, Михална – просто королева. Вне конкуренции. Ты не можешь не нравиться. Но почему у женщин все мысли через трусы проходят? Что, более короткого пути нету?
- Ладно, говори, льстец, что тебе нужно от королевы? - Михална зарумянилась, хоть комплимент и был такой себе. Вот не зря говорят, что женщины любят ушами.
- Михална, мне тебя Эдик сдал с потрохами. Сказал, что ты в ОРСе работаешь.
- Ну, работаю. Надо чего-то?
- А ваш ОРС только продовольствием занимается?
- В основном. Могу ещё кое-какие промтовары найти.
- Не, мне надо стройматериалы. Типа цемент, кирпич, краска и всё такое.
- Нет, мы не занимаемся ни кирпичом, ни цементом, и вообще этим не ОРСы занимаются, а базы материально-технического снабжения.
- Ясно. Что-ж, тогда мимо. Слушай, Михална, а нет у тебя случайно таких знакомых, которые могут мне пару жилых вагончиков продать? Не новых, списанных. Можно убитых, и даже сгоревших, главное, чтобы сама коробка была. И не обязательно на колёсах. Даже лучше, чтоб без колёс были.
Михална задумалась.
- Я не тороплю, не к спеху, в понедельник всё равно на лётку. Через две недели сможешь придумать?
- Ну, давай через две недели и приходи. А сейчас выпьем пошли…
Я медленно крутился, покачиваясь в такт музыке и обнимая Иринку, девчонку с Башкирии, с медного цвета волосами, заплетёнными в толстую косу, и с веснушчатым лицом. Я крепко прижимал её к себе левой рукой за талию, а правую опустив на попу, и просунув своё бедро ей между ног. Иринка была совершенно не против, и самозабвенно тёрлась своим лобком о моё бедро. Время катилось к одиннадцати вечера, и я уже подумывал, что надо-бы заворачивать лыжи в сторону общаги, не забыв и её прихватить с собой.
- Пойдём ко мне, - предложил я ей на ухо, на что она согласно кивнула.
Внезапно зажёгся свет, и Михална вошла, ведя с собой ещё двоих парней, возраста примерно двадцать пять лет, плюс-минус:
- Это Коля и Саша, мы вместе работаем. Мальчики, знакомьтесь.
«Мальчики», увидев, что у них есть конкуренты, слегка скривились, но руки для знакомства подали.
- А мы с Иринкой уже уходить собрались, - сказал я Михалне, пожимая руки парням.
- Ты иди, а Иринка пусть останется, - подал голос тот, который Коля.
- Ну, наверное, это не тебе решать, Коля, правда, Ир?
- А я у тебя ничего не спрашивал. Сказал «останется», значит – останется.
- Ну-ка тихо! – рявкнула Михална, - вы мне ещё подеритесь тут! Кто хочет идти – пусть идёт. Никто никого неволить не будет. Я здесь решаю. Всем понятно?!
- Михална, я тобой восхищён! – сказал я, - ты не женщина, а полыхающий костёр!
- В костёр надо палки подбрасывать иногда, - ответила Михална с намёком, - без палки любой костёр потухнет.
- Михална, да вон сколько бравых парней остаётся, они-же не оставят костёр без палки.
- Мы тоже, пожалуй, пойдём, - сказал Эдик, вставая, и помогая Гале подняться с дивана. Он явно опасался оставаться один с двумя парнями, ищущими приключений.
- Э! А мы с кем останемся! – снова подал голос Коля.
- Парни, ну вы-же к Михалне пришли. Она остаётся, и ещё две прекрасных девушки, - ответил я, показывая на двух «девочек» старшего поколения, сидящих в креслах. Мы с Эдиком старались не оставлять их совсем без внимания, и иногда вытаскивали потанцевать. Они с удовольствием с нами обнимались, но всякие поползновения пресекали, поэтому мы решили, что им и так в кайф.
- А чо вы всех молодых забрали, а нам кого оставили?! – вскинулся Коля.
- Ну-ка пошли на%уй отсюда оба! – рявкнула опять Михална, - При%уели совсем! Давай-давай! Чего вытаращился?! Старые мы им! Старух нашли, блять!
Парни оторопели, и перу секунд молчали, осмысливая свой косяк.
- Ладно, пошли, - сказал тот, который Саша, и они, бросив на нас злобные взгляды, поплелись к выходу.
- Вот же засранцы! – сказала Михална раздражённо, когда вернулась, проводив «мальчиков», - старухи мы им. Ну я им на работе устрою…
- Михална, не злись, морщины будут. Давай лучше дерябнем!
- Да, Михална, не трепли себе нервы…
- Правда, Нин, не зацикливайся, ты-же знаешь, какие они…
Мы задержались, пока Михална возвращалась в позитивное настроение, а потом, всё-же, пошли на выход.
- Старик, я тебе кликуху придумал, - сказал Эдик, когда мы вышли на улицу, и повернули в сторону общаги, - как тебе «дохлый»?
- Да зови хоть горшком, - ответил я, - но хотя-бы объясни, почему.
- Ну, видел я тебя пару раз в одних трусах…
- О! Интересненько, - девчонки заволновались, - и при каких это обстоятельствах?
- Ну что вы сразу о плохом? Это было совсем случайно, и к тому-же один раз – не…
- А вот и вы! – раздался голос Коли, - а мы всё ждём – ждём, а вас всё нет и нет, - он сделал глумливо обрадованное лицо.
- Парни, мы вас не трогали. Давайте миром разойдёмся… - Эдик сделал попытку уладить.
- Так мы вас и не трогаем, можете идти, девочек оставьте…
- Коля, ну почему ты так спешишь показать себя скотиной? – спросил я, - Ну хочется тебе морду мне набить – встреть меня, когда я один буду, без девчонки, и прояви свои лучшие качества…
- Как ты меня назвал?.. – прогундосил Коля, надвигаясь на меня. Саша пока отмалчивался.
- Коль, ну нахрена вот эти предварительные ласки, давай отойдём в сторонку, и выясним, у кого длиннее...
- Мне и отходить не надо, - сказал Коля, кидая мне правый крюк. Он, видимо, когда-то чем-то занимался, в ударе виднелись остатки техники. Я присел, пропуская кулак над головой, попытался достать открывшуюся печень, но у меня на левой руке висела Ира, вцепившись в меня от испуга, стесняя и смазывая движения. Следом полетел левый крюк, я отшагнул назад, пытаясь сбросить руки Иринки с плеча. Ира держала цепко, тоненько ойкая вполголоса. Коля, увидев, что я отступаю, ринулся в атаку, и сразу наткнулся на пинок в надкостницу, и следом удар в солнышко. Удар вышел смазанным, Ира не вовремя дёрнула меня за плечо. Я с усилием стряхнул, всё-же, руку Иры. Уже уделал-бы его, если-б не она. Уклонился от его правого прямого, уходя влево-вперёд, и сразу-же воткнул левой под рёбра и следом правой в скулу. Довершил всю композицию пинком под коленный сгиб. Коля рухнул.