Черный Маг Императора 9 (СИ)

Вот оно что… Интересная мысль родилась у Голицына… Мне вот любопытно, какой-нибудь наемный отряд хоть раз помогал полиции, или это только для нас сделали такое исключение?
— А мне хотелось бы узнать еще кое-что, — присоединился к моим размышлениям Дориан. — Ты уверен, что это идея главы тайной канцелярии?
— Ясен пень, кого еще? Не сам же Воробьев это все придумал и обратился с просьбой к Василию Юрьевичу.
— Кого еще? Ну вот, например, Романова Александра Николаевича… — задумчиво предположил Мор. — Ты не думал об этом? Лично мне не очень верится в то, что Голицын не смог найти кого-нибудь в помощь полиции.
— Да ладно, брось. Императору делать больше нечего, как следить за всякими делами в Белозерске, — ответил я.
— Ему нет особой неоходимости за этим следить, — не сдавался Дориан. — У него для этих целей тайная канцелярия есть, которая держит его в курсе происходящих событий. Так что очень может быть, что это он дал Голицыну команду.
Не знаю… Как-то в эту версию мне не очень верилось… Хотя с другой стороны — почему бы и нет? Романов же говорил, что будет мне задания подбрасывать. Не обязательно же от Черткова они должны исходить? Вот только в прошлый раз меня предупредили, что это был экзамен…
— Пфф… С чего ты взял, что тебя каждый раз предупреждать должны? — фыркнул Мор. — Тогда сказали, сейчас нет, ну и что из этого?
Ладно, как бы там ни было, к делу это не относится. Я ведь в любом случае не собирался отказывать Воробьеву. Помогу, если это будет в моих силах. Все-таки шесть мертвых Одаренных в небольшом городе — это крайне неприятно. А если еще учесть, что я в нем живу и запросто могу стать седьмым, то и вовсе хреновина получается.
— О чем задумался, Максим? — спросил у меня барон.
— Ни о чем, — соврал я. — Просто жду пока майор мне расскажет чем я могу помочь.
— У нас возникла блестящая мысль! — заерзал от нетерпения полицейский. — Почему бы вам не поговорить с одной из голов и все выяснить? С той, которая сохранилась лучше всех. Пока идет следствие мы их не отдаем родственникам, так что все они здесь хранятся. Одна к одной. Василий Юрьевич сказал, что это в ваших силах…
После его слов мы дружно посмотрели на мрачное серое здание. Не знаю кто о чем думал, но лично мне представился рядок голов, которые дожидаются беседы со мной.
— Ну или можете сами выбрать любую, какая вам больше понравится, — сказал Воробьев. — Я ведь не знаю ваших профессиональных секретов. Может быть, вам наоборот, самая древняя нужна. Так что скажете, сможете такую штуку провернуть?
— Можно попробовать, но не уверен, что получится, — честно ответил я.
Разговаривать с отрубленными головами я еще не пробовал, поэтому не знал что из этого выйдет. В теории особой разницы не было, но как будет на практике — большой вопрос.
— Сто процентов все будет нормально, — заверил меня Мор. — Голове остальное тело ни к чему, она и без него поговорить сможет. Вот если бы они наоборот, только безголовых находили, тогда да, сложное дело.
— Значит пойдемте, чего же мы сидим? — вскочил с лавки майор. — Я вам их все покажу, а вы выберете какая вам больше понравится.
— Нет, давайте без этого, — сказал я, представив себе эту картину. — Выделите для меня отдельную комнату и несите любую. Мне особой разницы нет.
— Как это, комнату? — расстроился полицейский. — Я тоже хотел посмотреть и в допросе поучаствовать. Когда такой случай в следующий раз представится?
— Не получится, — покачал я головой. — Мне одному сосредотачиваться легче. Да и опасно это, господин майор. Вы же не Одаренный… Шибанет вас каким-нибудь энергетическим потоком и что мне потом делать? Зачем нам эти несчастные случаи?
Жемчужников усмехнулся и отвернулся в сторону, чтобы не смущать своей улыбкой Воробьева, который смотрел на меня с раскрытым ртом.
— Так, а как же я тогда вопросы буду задавать? — спросил он.
— Вы и не будете. Накидайте мне на телефон сообщений с вопросами, а я на них ответы вам на бумаге запишу.
— Лучше на диктофон… — грустно сказал майор.
 
— Можно и на диктофон, — согласился я. — Мне особой разницы нет. Так что, идем?
— Я надеюсь никто не против, если я вас здесь подожду? — спросил Жемчужников, когда я поднялся с неудобной лавки. — В такое солнечное утро не хочется даже заходить в это мрачное здание.
— Как вам будет угодно, барон, — ответил ему Воробьев.
Перед тем как войти внутрь, полицейский кого-то набрал и вскоре за нами вышел здоровый хмурый тип в медицинском халате не первой свежести. Первым делом он осмотрел меня с головы до ног и безразлично посмотрел на полицейского.
— Вы уверены, Роман Иванович? Вообще-то, детям не рекомендуется… Во избежание…
— Все нормально, — ответил Воробьев и положил мне руку на плечо. — Я беру ответственность на себя.
— Как знаете. Мое дело вас предупредить, — пожал плечами хмурый тип и распахнул перед нами дверь.
Надо ли удивляться, что коридоры здесь тоже были темными? Света явно не хватало, отчего создавалось впечатление, будто мы вдруг оказались в подземелье.
— Будете выбирать? — спросил тип.
— Нет, не нужно. Предоставьте нам пустую комнату и принесите любую, какую хотите, — распорядился полицейский.
— Угу, — кивнул тип и потопал по мрачному коридору, а мы следом за ним.
Пройдя мимо нескольких дверей, он остановился напротив той, на которой висела табличка «Траурный зал».
— Сюда проходите, — он открыл дверь в комнату, в центре которой стоял высокий пьедестал, а вдоль одной из стен — рядок стульев. — Сегодня никого не будет, так что здесь вас никто не побеспокоит. На втором этаже потише, но там негде. Лаборатории всякие, архив, кабинеты…
— Годится, — сказал я и вошел внутрь, закрыв за собой дверь.
По правде говоря, несколько лет назад я хотел попасть в подобное место. Даже просил отца, чтобы он свозил меня на экскурсию. Мы как раз только недавно познакомились с Дорианом и он давал мне первые уроки. Вот только отец меня никуда не повез, ясное дело. Да что там… Он чуть в обморок не упал, когда услышал мою просьбу.
В итоге, для занятий уроками мы облюбовали кладбище в соседнем районе, а про морг я совсем забыл. Со временем это желание и вовсе выветрилось из моей головы. И очень правильно, я скажу… Пока ничего интересного я здесь не вижу. Даже освещение нормальное не смогли сделать.
Когда мне стало совсем скучно, широкая дверь распахнулась и уже знакомый мне хмурый тип вкатил металлическую тележку, на которой лежал черный пакет.
— То, что вам нужно, внутри пакета… — сказал он, затем еще раз окинул меня взглядом с ног до головы, пробормотал что-то неразборчивое и вышел из комнаты.
Мы остались вдвоем. Я и голова в пакете.
Чего время терять? Недолго думая, я раскрыл молнию и увидел голову с закрытыми глазами и перекошенным ртом. Все лицо ее было покрыто черными рунами. Вживую все это выглядело гораздо хуже, чем на фотографиях. Воробьев был прав, вряд ли было возможно установить хоть что-то с помощью этих расплывшихся линий.
Ну что же, начнем потихоньку… Я сконцентрировался и мгновенно почувствовал темную энергию, которой в этом месте было хоть отбавляй. Немного времени, чтобы настроиться на нужный мне источник… Еще чуть-чуть…
Одновременно с тем, как я почувствовал отклик, голова медленно раскрыла глаза и удивленно уставилась на меня.
— Ты не ведьма… — сказала она грубым мужским голосом. — Ты похож на подростка…
— И то, и другое мне известно, — согласился я, затем взял стул и поставил его рядом с пьедесталом.
Судя по количеству сообщений, который накидал мне майор разговор у нас с ней предполагался долгий, поэтому сидеть мне будет удобнее. Я вытащил из кармана телефон и включил на нем диктофон.
— Меня зовут Максим Темников, — представился я. — У меня есть к тебе несколько вопросов.
— Ты некромант? — спросила голова.
— Скорее темный маг, — ответил я. — Некромантия, это лишь часть того, что я умею.