Белые погоны (СИ)

Мужик нахмурился.
— Пока никаких обвинений вам не выдвигают. Я просто хочу разобраться в происходящем. Но мне кажется, лэн, вы пока еще плохо понимаете, в какой ситуации оказались…
Ой, да ладно.
Какой-то идиот нанял трех других идиотов, чтобы те или запугали меня хорошенько, или же заставили так или иначе затеять драку. А что? Нападение на несовершеннолетнего, существенный перевес в живой силе, прямая угроза жизни и здоровью… по закону, я как маг имел полное право защищаться всеми мне доступными средствами. И даже если бы я сегодня случайно кого-нибудь убил, мне бы, кроме формального штрафа за непредумышленное убийство и строгого предупреждения, ничего серьезного бы не грозило.
Любой суд меня бы оправдал.
А вот спортивный комитет, увы, нет. Поэтому я и не притрагивался к мужикам. Поэтому на них и нет отпечатков моей ауры. Ну а самым дотошным я готов напомнить еще и про магический фон, который в комнате не был завышен.
— Значит, вы не хотите мне помочь, — заключил тхаэр, когда убедился, что я намерен стоять на своем.
— Я к ним не прикасался, лаир, — в сотый раз повторил я. — Допросите нападавших. Проверьте ключ, который у них был при себе. Проверьте показания датчиков на дверном замке… они вошли, имея при себе гостиничный ключ. Они знали, куда шли. Планировали кражу.
— Разве у вас есть что-то, что можно украсть? — отчего-то усмехнулся тхаэр.
— Им так казалось.
— А почему им так казалось, лэн?
— Откуда ж мне знать? Я их, что ли, нанял?
— А что же тогда, по-вашему, с ними случилось в номере? — опять пристал ко мне этот зануда. — Вы утверждаете, что нападавшие вели себя агрессивно и в то же время заявляете, что не оказывали сопротивления.
— Это не запрещено, лаир. Да у меня и времени-то особо не было вмешаться.
— Да ну? — прищурился он. — То есть они прямо с порога начали терять равновесие и без видимых причин биться друг об друга, о пол и прочие предметы мебели?
Я вздохнул.
— Вы все правильно поняли, лаир. Все это вышло ужасно глупо, но совершенно не по моей вине. Я просто стоял в стороне.
— То есть вы просто стояли и смотрели, как они падают?
— А что мне оставалось? — почти искренне удивился я. — Они зашли, начали говорить про какие-то деньги, потом увидели меня и решили, что я знаю, где эти самые деньги лежат. Двое из нападавших попытались меня схватить, но споткнулись и упали… возможно, они были пьяны…
— Предварительная экспертиза не показала в крови нападавших присутствие алкоголя.
— Ну, может, они употребляли какие-то наркотические вещества…
— Тесты также не выявили в крови этих людей присутствия запрещенных веществ, — совсем нехорошо уставился на меня тхаэр. — Лэн Гурто, не надо держать меня за дурака. Отвечайте: вы на них напали?
— Никак нет, лэн! Пальцем их не трогал! Готов в этом поклясться хоть на определителе ауры, хоть на суде! Карниз сам на них упал — я лишь случайно зацепился за штору. И люстра рухнула тоже сама — эти громилы так громко падали, что там вся гостиница до основания содрогнулась. Мебель в номере старая, крепления хлипкие… кто ж знал, что одно из них развалится в самый неподходящий момент⁈ Да и за то, куда разлетятся осколки, я при всем желании не могу отвечать!
— Ладно… лэн, — скривился мужчина, когда я уставился на него кристально-чистым взглядом. — Раз вы отказываетесь сотрудничать и прояснить картину произошедшего, мне придется задержать вас на двое суток.
Вот мудак. Завтра утром у меня соревнования.
— При всем уважении, лаир, но по закону вы можете задержать меня только на двенадцать рэйнов.
— На двадцать, лэн.
— На двенадцать, — уперся я. — Пункт четвертый «Положения о наказании». Раз я не являюсь подозреваемым, то у вас есть право оставить меня в участке не более чем на полдня. Даже при отсутствии правового защитника.
— Разве у вас есть такой защитник, лэн Гурто? — с новой усмешкой посмотрел на меня тхаэр.
Я мысленно хмыкнул.
— Нет, лаир. Но я знаю, как работает ваша система.
— Ах знаете, значит… что ж, прекрасно, — поднялся из-за стола он. — В таком случае прошу проследовать за мной. Полагаю, раз вы все так хорошо знаете, то больше не нуждаетесь в подсказках и пояснениях того, что с вами будет дальше.
 
— Права мне сначала зачитайте, — с невозмутимым видом сложил я руки на груди, даже не подумав подняться со стула.
Тхаэр только фыркнул.
— Сейчас напарника пришлю. Он вам все и зачитает. До последнего слова. А после вы отправитесь в камеру временного заключения в компанию таких же умников, с которыми вам наверняка найдется что обсудить.
Я демонстративно заложил ногу за ногу и нетерпеливо ей качнул, всем видом показывая, что готов внимать чужой мудрости и льющейся на меня информации со страниц учебника по уголовному праву.
Думал, правда, что еще хотя бы половину рэйна меня в допросной все-таки промурыжат, но нет — помощник тхаэра… тот самый Лари… действительно вскоре пришел и, усевшись на место напарника, принялся нудно бубнить выдержки из местного права.
Чтобы ему жизнь медом не казалась, я решил из принципа его подоставать, поэтому принялся переспрашивать обо всем, что мне было непонятно. Ну и что, что мы каждом пункте останавливались? Я еще маленький. В тринадцать лет подростки имеют полное право не понимать сухой язык местных законов. А маги вообще обладают массой привилегий, о которых простым тхаэрам лучше не забывать.
Поэтому Лари, конечно, злился, пыхтел, сопел. Понимал, что я над ним издеваюсь, но, как и положено, детально разъяснял, потому что по закону обязан был это делать.
И нечего так на меня смотреть. Сами захотели меня почморить. Решили, что раз я мелкий, то можно на меня нападение с причинением умышленного вреда повесить, на двое суток в обезьянник посадить… угу. Щас. Вы сначала докажите, что я к этим недобиткам вообще прикасался. Данные по магфону, конечно, и подделать можно. Бандиты, если что, вообще что угодно под запись наплетут, и тогда разбирательство сильно затянется, а мне придется доказывать, что это не я напал на троих громил по каким-то там своим соображениям, а это они пытались схватить бедного и разнесчастного меня.
Но все ваши доказательства будут косвенными. За теми бугаями небось такой криминальный шлейф тянется, что никто в здравом уме к их словам даже прислушиваться не будет. Тогда как я — законопослушный гражданин, несовершеннолетний маг, который на детекторе лжи охотно подтвердит каждое свое слово. Кому поверят быстрее, им или мне?
Впрочем, сейчас это особого значения не имело.
Все, чего я хотел, это по максимуму потянуть время, дождаться наставника, который уж точно смог бы меня отсюда вызволить. Поэтому я усиленно придирался, спрашивал, демонстративно морщил лоб, уточнял по сто раз одно и то же… Пока раскрасневшийся от злости Лари наконец не дошел до последнего абзаца и не поднялся рывком из-за стола.
— Все! Хватит этого фарса! Живо за мной… лэн! Специально для вас мы выделили особое место жительства! Гарантирую, вам понравится.
Я пожал плечами и, поднявшись на ноги, преспокойно вышел в коридор.
В камеру так в камеру. Что я, карцера раньше не видел?
— Добро пожаловать, лэн, — процедил Лари, спустившись вместе со мной в подвал и отперев дверь, за которой находилась камера временного заключения. — Устраивайтесь поудобнее.
Я зашел внутрь. Дождался, пока тхаэр покажет мне место для пребывания на ближайшие двенадцать рэйнов и хмыкнул.
А камера-то пользуется спросом…
При виде меня сидящие внутри уголовники оживились и предвкушающе заухмылялись. Все время, пока Лари отпирал решетку, они обменивались смешками и демонстративно изучали мою спортивную форму. Мол, чистенькая, беленькая, прямо-таки цветочек в гости пожаловал…
— Наслаждайтесь приятным обществом, — с нехорошей усмешкой сказал напоследок Лари, когда я шагнул внутрь. После чего захлопнул решетку, запер ее на замок и, посвистывая, ушел, грохнув напоследок дверью.