После развода. Новая семья предателя (СИ)

Однако чудовище, и могу создать для себя еще одну иллюзию, в которой я создам копию жены.
Она будет помоложе и с голосом повыше, а походке и повадкам я ее смогу обучить. Заставлю.
— И утащит во лесок… Под ракитовый кусток…
Липкая дремота тянет меня на дно десятками рук.
Я и Лера развелись, и она имеет право не желать видеть меня и избегать со мной встречи, которая может окончится тем, что она окажется пленницей.
Имеет право
А я имею право создать ее копию, которая будет петь колыбельные Иве, пока я из последних сил борюсь со сонливостью, что переплетается с бредом.
— Папа заснул…
Но я открываю глаза.
Зоя с Ивой на руках замирает под моим взглядом, и я сжимаю подлокотники напряженными пальцам.
— Я могу остаться, Роман, — шепчет Зоя, — побыть с малышкой, а вам надо поспать… 
Слабо улыбается. 
И улыбка не та.
— Роман, и для вас важен сон и отдых, — тихо отзывается Зоя, а Ива на ее руках затихает.
Кто-то скажет, что жить в иллюзии — неправильно, но сейчас я согласен на ложь и притворство, потому что устал.
И, возможно, иллюзия спасет меня от вспышки безумия, в котором я могу перейти дозволенные границы с Лерой.
Если он добровольно отказывается быть со мной, то я могу заставить.
Могу, но опять будет много гнева, боли и ненависти.
Поэтому…
Медленно моргаю.
Заботливые руки накрывают меня пледом, и раздается шепот:
— Тише, поспите… — чудятся знакомые нотки и теплая ладонь на щеке, — отдохни, Рома.
— Лера…
— Все хорошо. Я рядом.
Я отпускаю себя лишь на секунду, и с судорожным выдохом открываю глаза. Комната утопает в полумраке, и я смотрю на наручные часы, одернув рукав свитера. Я отрубился на три часа? 
Три часа?
Кидаю взгляд на кроватку. Пустая. Приглаживаю волосы и зажмуриваюсь, прогоняя сонливость.
— Папа, — в комнату заглядывает Алинка, — Вася привез нас из школы. Мы вернулись.
Туго соображаю и вновь смотрю в сторону кроватки, но Ива так и не появилась.
— Она с медсестрой, пап, — Алина заходит в комнату. — Зоя ее сейчас кормит в гостиной.
Киваю. 
— Она сказала, что ты заснул и она решила тебя не будить, — продолжает Алина. 
— Да, вырубился, — откидываю плед. — Не переживай… 
Молчит, привалившись спиной к двери, и смотрит на меня. В ней опять проснулась ревность, когда она увидела в гостиной Зою с Ивой на руках, но боится высказать мне ее?
— Я сейчас спущусь и отпущу Зою, — встаю. — У Ивы температура опять поднялась и животик… Короче, нужна была помощь. Теперь я знаю, что есть специальная трубочка, чтобы пропукаться. С тобой у меня такого не было. Ты сама справлялась.
— Она чем-то похожа на маму, — Алина не спускает с меня взгляда. — Ты заметил?
  
Глава 45. Я не ваш мужчина
 
Я скучаю.
Харитон передо мной пытается сыграть обольстительного джентльмена. Подливает с кривой улыбкой белого вина, а я думаю о его имени.
Я за всю свою жизнь не знала ни одного Харитона, но, как оказалось, Харитоны существуют.
Ничего особенного.
Не урод и не красавец.
Среднестатистический мужик сорока лет. По фигуре сразу понятно, что в спортзал он не захаживает. Не толстяк, но чувствуется, что Харитон какой-то несобранный и не в тонусе.
Обычный.
Мне ведь такой и нужен, верно?
Я, наверное, если сейчас встану из-за стола и выйду и ресторана, то не вспомню лица Харитона.
Полная противоположность Романа.
И дело даже не во внешности, а ауре. У Харитона она блеклая и скучная.
Но ведь мне такой мужчина и нужен?
Чтобы без сюрпризов.
Чтобы я была в нем уверена, а уверенной женщина может быть только в скучном мужчине.
— У вас, Валерия, колдовские глаза.
И комплименты скучные. Да каждой из нас мужики говорят, что у нас колдовские глаза, ведь каждая хочет думать, что она ведьма.
А первый комплимент Ромы был такой:
— У тебя ноздри красивые.
Я помню, как на минуту выпала из реальности, потому что он после странного комплимента пробежался пальцем по правому крылу носа и вновь посмотрел в мои шокированные и недоуменные глаза:
 
— Мне определенно нравится твой нос.
И он был тогда честен.
А вот эти колдовские глаза — скучная ерунда, которую мужики повторяют и повторяют друг за другом.
— Мама у меня та еще старая ведьма, — хмыкаю я и подхватываю бокал с вином, — может быть, и я тоже немного ведьма.
Харитон не улавливает сарказма в моем голосе и заявляет:
— Определенно
Накрывает мою ладонь своей.
Сердцебиение не учащается, и ни одна бабочка не дергается в животе. Может, бабочки сдохли?
А, может, они дергаются только на бандитов под маской заботливого мужа?
— Выпьем за встречу, — Харитон улыбается, и мы чокаемся. Звон тонкого стекла под гул разговоров и ненавязчивую музыку.
Во мне нет желания ни сбежать, ни остаться.
Если Харитон сейчас волшебным образом испарится, то мне будет все равно и я продолжу ужинать с белым вином, будто ничего не произошло.
— Валерия… — тянет мое имя, — загадочная красавица, которая много молчит, а я бы хотел о вас узнать побольше.
— У меня две дочери ,и я в разводе с бандитом, — делаю глоток вина.
А потом залпом выпиваю остатки. Ставлю бокал на стол и жду, когда Харитоша челюсть поднимет и вернется к роли услужливого джентльмена.
— Бандитом? — Харитон изгибает бровь, смеется, но я слышу в его голосе тревогу, — вы еще и шутница.
— Нет. Мой бывший муж — бандит, — пожимаю плечами, — самый настоящий бандит. Я бы хотела, чтобы это было шуткой, но нет.
Молчание, и Харитон издает нервный смешок в последней попытке перевести все в плохую шутку:
— Значит, мне стоит бояться за свою жизнь?
Криво улыбается в ожидании того, что я сейчас начну его разубеждать и извиняться за свое плохое чувство юмора, но я молчу.
Я что-то не подумала о рисках для моего потенциального мужчины.
Позволит ли Роман мне быть с кем-то?
Или я опять хочу повысить себе цену в глазах бывшего мужа, а на самом деле ему все равно, найду ли я себе кого-нибудь или нет?
— Это не шутка?
— Нет, — качаю головой и тихо продолжаю.
Харитон несколько раз и быстро моргает.
В томном вечере стало слишком много напряжения и даже страха. И я Харитона понимаю.
Какой обычный мужик, который работает в офисе на небольшом окладе, захочет рисковать жопой и бубенцами?
— А какие у вас с бывшим мужем… отношения?
Теперь короткий и нервный смешок издаю я.
— Сложные.
Я больна Романом.
Сейчас я это четко осознаю и чтобы о нем забыть я должна буду завести интрижку, наверное, с самим дьяволом, и то, вероятно, буду разочарована.
Потому что вот у моего Ромочки не было никаких рогов, хвостов и копыт!
— Налей вина, — медленно проговариваю я, глядя на бледного Харитона.
Подчиняется.
И этот Харитон не будет в силах довести меня до оргазма.
Поднимаю бокал:
— Что тебе еще рассказать о себе? — с угрозой щурюсь. — Я ни дня не работала. Я, — делаю глоток и улыбаюсь, — привыкла быть принцессой. Понимаешь? Всегда все решает мужчина, и никакие проблемы меня не касаются, — хмыкаю. — И решает мужчина проблемы молча, без нытья, а я… я ничего не знаю и знать не хочу, — новый глоток, который расцветает на языке фруктовой кислинкой, — а в постели я…
Тут я замолкаю на несколько секунд, потому что до этого момента я не позволяла себе думать о близости с Романом, который сказал, что я для него в сексе умирающая старуха.
Обидно же.
Хмыкаю, а Харитон сидит передо мной белый-белый.
— Думаю, что секс со мной для мужчин не то, о чем они мечтают, — пожимаю плечами. — Мне не нравятся многие позы. Вопрос не в том, что я их стесняюсь. Нет. Мне они не нравятся. И у меня то ногу судорогой схватит, то рука затечет, то поясницу тянет, то слишком глубоко… И об этом я скажу вслух, потому что с мужем у нас была договоренность, что я сразу говорю о своем дискомфорте. Ведь я не должна терпеть.