Полтора дракона для травницы, или Таверна «С любовью» (СИ)

Я кивнула, хотя меньше всего была уверена в благополучном исходе мероприятия. Теперь оставалось лишь надеяться на волю Господа. И, наверное, сожалеть, что я все-таки не ведьма.
- Всем стоять! – прогремело в зале суда.
Такой знакомый голос, неужели?..
  
Глава 66 Дома
 
- Прекратить немедленно! Приказываю вам как епископ Лаверна!
Люди расступились, и я убедилась, что мне не кажется – к нам шел Григорио!
- Епископ я! – завизжал Альгат, брызжа слюной. – А вы… А вам…
- Заткнись, выродок! – Палау двинул ему в рожу кулаком и, перекрестившись, пробормотал, глядя на мешком упавшее тело, - прости, Господи!
- Вы живы! – я бросилась ему на шею. – Бог вернул вас нам! Сжалился и вернул!
- На все его воля, - наш епископ – настоящий – кивнул и передал меня в руки супруга.
- Ты не имеешь права! – прошипел Альгат, встав с пола. – Я тут власть! Ты даже не представляешь, против кого прешь, Палау! Ты глупец, тут такие силы…
- Превыше всех Господь! – повысил голос Григорио.
Они встали напротив друг друга, словно воплощенные зло и добро.
- Он-то на небе, далеко, - с ухмылочкой протянул мерзавец. – А тут и на тебя управа найдется!
- Чем угрожаешь? – наш епископ улыбнулся.
- Королева тебе объяснит! – выплюнул Альгат.
Я вздрогнула. И опять она всплыла. Ваше Величество явно при чем. Всегда – в том, что касается бед моей семьи.
- Королевской властью пугать вздумал? – Палау усмехнулся. – Тогда вот, - он подошел к постаменту, за которым попрятались судьи, покашлял для приличия, привлекая их внимание, и шмякнул на стол рулончик с сургучной огромной печатью. – Указ короля о закрытии данного судебного заседания в связи с установлением невиновности обвиняемой – королевской властью!
- Как хорошо, что вы вернулись! - пробормотал главный судья и, поправив сползший набок парик, дрожащими руками цапнул свиток.
- Она ведьма! – истошно завопил Альгат, напоминая обиженного до соплей ребенка.
- Король повелел иное, - Григорио улыбнулся. – Ты оправдана, дитя мое. Приношу свои извинения за неподобающие действия церкви. Виновные будут жестко, без снисхождения наказаны.
- Я это так не оставлю! – вновь завопил мой враг.
- Уймись уже! – рыкнул Палау, подойдя к нему. - Хочешь и дальше ломать этот спектакль? - спросил он и намекнул, - прежде, чем продолжать, подумай хорошенько, Церон. Во второй раз я тебя не прощу, так и знай!
- Ты пожалеешь! – прошипел тот и, резко развернувшись, вылетел прочь из зала.
Его молодчики последовали за ним.
- Благословите, епископ! – народ гурьбой повалил к Григорио. – Благословите нас!
- А нам пора домой, - Рэйчэр подхватил меня на руки. – Отдыхать!
Именно этим я и занималась следующие несколько дней – отдыхала. Хотя, скорее блаженствовала в объятиях любимого супруга. Просыпалась, когда солнце уже вовсю припекало, разбуженная его поцелуями, жаркими, нетерпеливыми, страстными. Потом мне приносили завтрак в постель. Мы кушали, болтали, потом отправлялись гулять…
Кстати, где мой завтрак? Приподнялась на локтях, глядя на дверь. Ушел мой благоверный и пропал без вести. Пойду на разведку, а то уже карапузик некормленый бузит в животе.
Оделась и, едва вышла из комнаты, тут же остолбенела, увидев, как из спальни брата выскальзывает Розетта, поправляющая расшнурованный корсаж. Похоже, пока меня не было, в доме многое изменилось!
- Доброе утро, - улыбнулась, с любопытством глядя на девушку, застигнутую «на месте преступления».
- Д-доброе, - смутившись, она опустила глаза и залилась краской стыда. – Тут такое дело…
- Уже поняла, - я рассмеялась.
- Коли вы против, так тут же все прекращу! – вскинула на меня глаза. – И не подойду более к вашему брату, клянусь! Сама не знаю, как так вышло. Приболел он, пока вы в темнице были, натура-то творческая, ранимая, стало быть. Завтрак я ему, болезному, принесла. И вот как-то все само. Как в тумане, честное слово! Очнулась, а уже и… - развела руками. – И все.
 
- Рози, ты с кем тут? – весело спросил Ральф, распахнув дверь. – Ой, Алина. – Изменился в лице. – Ты прости, - повинился. – Не сердись, хорошо? Я полюбил Рози, понимаешь? Вернее, всегда любил, но пока был жив Руфус, я и мечтать не мог, чтобы… - он покраснел. – А теперь ни о чем не жалею, я ее люблю и женюсь на ней! – выпалил вдруг и сжал руку девушки, не смеющей поднять глаза.
- Ну и молодец! – одобрила я.
Наконец-то у него характер прорезался, давно пора.
- Правда? – брат опешил.
- Только сначала предложение сделай Розетте, чтобы все правильно было, честь по чести. И пусть она решает, согласна ли стать твоей супругой. Понял?
- Понял! – выпалил радостно.
- И не забудьте, что сначала твоей зазнобе надобно оформить развод с прежним супругом. А также тебе необходимо наладить отношения с Томми. Хотя с последним, полагаю, проблем не возникнет, он отличный малый и желает матери только счастья.
- Барышня! – Рози залилась слезами и бросилась мне на шею.
- Может, тебе пора звать свою будущую золовку по имени? – предложила ей, обняв.
- Хорошо, - она помедлила и, решившись, выпалила, - Алина!
- Вот и отлично, милая, а теперь пойду искать мужа, - я нахмурилась. - Он ушел за завтраком, да так и пропал без вести.
- Может, решил букетик вам нарвать? – предположила Рози. -Я в саду его видала.
- Спасибо, там и поищу.
Я вышла в сад, подошла к благоухающим клумбам и услышала раздраженный голос моего дракона, который что-то выговаривал тому, кого от моего взгляда прятала яблонька. Кто же там у нас? Подошла ближе. О, неожиданно!
- Сказала бы, что рада вас видеть, леди Магдалена, но не хочу врать, - сухо обронила, глядя на тетку Рэйчэра.
- Я просто хотела поговорить, - ответила она – уже без привычной этой даме спеси.
- Ты уже достаточно наговорила! – рыкнул мой муж.
- Это все Аделина! – тоже повысила голос тетка.
- Это еще кто? – я непонимающе уставилась на супруга.
  
Глава 67 Неужели сбылось?
 
- Аделина – это его первая жена, - пояснила Магдалена. - Она нашла меня и сообщила, что Рэйчэра окрутила вертихвостка, его надо спасать. А еще сказала, что если помогу избавить его от второй жены, она уговорит племянника королевы попросить королеву поспособствовать возвращению Тагерт-Хойтам конфискованного имущества и титулов.
- И вы с радостью меня оклеветали, чтобы отправить на костер, - не веря, прошептала я.
- Я же не знала, что ты носишь наследника нашего великого рода!
- А если бы не носила, то можно было бы жарить?
- Как ты не понимаешь, наше имя запятнано! – Магдалена побагровела, сжав кулаки. – Его надо очистить, любой ценой!
- Душу тебе надо чистить! – грохнул Рэйчэр. – Убирайся! И Аделине передай, чтобы держалась подальше от нашей с Алиной семьи!
- Ну и живите, как знаете! – фыркнула тетка. – В бедности сидите, держите таверну, позорьтесь дальше перед приличным обществом!
Резко развернувшись, каравелла поплыла прочь, гордо выпятив грудь.
Некоторые люди чудесно устроились – ни совести, ни раскаяния, всегда под рукой оправдание имеется! Я покачала головой, глядя вслед тетке. Ладно, пусть живет, как знает. В богатстве, да без счастья. А нам и в бедности неплохо, мы-то счастливы!
- Плыл корабль, торчааалии пуууушкииии! – загорланил вслед удаляющейся гостье Герберт. – Флаги реяли, но сдулись паааруууусааааа!
- Ты тут откуда? – удивилась я, увидев горшок с каланхоэ на столике неподалеку.
- Так я попросил Томми меня на солнышко вынести, - пояснил певец. – Денек-то какой погожий!
И то верно. Улыбнулась, прикрыла глаза и подставила лицо солнышку, которое мягко погладило щеки. М-м-м, приятно! Почти также, как поцелуи моего мужа.