Измена. Ты меня никогда не любил (СИ)

— Спасибо за комплимент, — улыбаюсь. — Я их скоро солить начну.
— Могу напомнить тебе про твой авторский кофе… — хмыкает.
— Нет уж! — медленно расслабляюсь и улыбаюсь увереннее.
Выходим в основной зал, и Никита принимается здороваться с гостями, параллельно обсуждая рабочие вопросы. Мысленно делаю себе пометки, чтобы ничего не забыть.
Мне легко находиться в атмосфере такого рода торжеств. Я чувствую себя спокойно и уверенно. После короткой официальной части всех приглашают за стол. От шампанского я отказываюсь, ссылаясь на то, что хочу быть полностью трезвой.
Когда объявляют медленный танец, Никита спешит утянуть меня на танцпол. Соглашаюсь, хотя мысли далеко-далеко, я будто смотрю на происходящее со стороны.
Мой босс — отличный партнер. Ведет уверенно, но не настойчиво. Он попадает в такт музыки и не позволяет себе перейти границы дозволенного. Качает меня, словно на волнах.
— Где же ты? — спрашивает тихонько и прижимается щекой к моему виску.
— Где-то очень далеко…
— Вернись… побудь со мной. Подари мне эту минуту.
Поднимаю глаза и смотрю в глаза Никиты. Взгляд у него уставший, вымученный какой-то, но, несмотря на все это, не теряющий своего света.
— Боюсь, все, что я смогу тебе дать — это лишь минута.
— Тогда я заберу то, что мне полагается, — устало улыбается.
И я, сдержав слово, соединяю наши взгляды и теснее прижимаюсь к Никите. Смотрю в глубину лазурных глаз. Там так тепло, будто в августовском море. В них настоящий штиль, который не предвещает ничего плохого. Как жаль, что манит меня пучина…
Музыка заканчивается, и мы замираем.
Никита целует мне руку, и мы синхронно разворачиваемся, чтобы вернуться к столику. Замираем мы так же синхронно, не в силах сделать ни одного шага, потому что натыкаемся на Рому и женщину рядом с ним.
Волков в потрясающем смокинге. При виде бывшего мужа у меня подгибаются колени. Как же я скучала по нему, идиотка бесхребетная…
Волков и его спутница смотрят на нас, мы на них. Взгляд женщины прикован к лицу Никиты, а он не сводит глаз со спутницы Ромы. Ревниво подмечаю ее внешность: красивая, утонченная.
Напряжение витает в воздухе, кажется, его можно пощупать.
Рома, зачем ты делаешь все это? Тебе хочется причинить мне боль? Разве мало ты этого сделал?
Первым отмирает Никита. Протягивает руку Волкову.
— Роман, — приветствует моего бывшего мужа.
— Никита, — кивает тот в ответ и переводит взгляд на меня: — Аделия.
На моем имени его голос ломается, а взгляд жадно пробегает по телу, по декольте и вырезу на платье.
— Ты потрясающе выглядишь.
Вместо благодарности киваю. Замолкаем. Внутри полнейший раздрай. Хочется тупо сбежать отсюда, потому что сил держать гордую осанку больше нет.
И как только посмел притащиться сюда со своей любовницей! Если он хотел ударить меня этим, у него получилось.
Рома отмирает и представляет свою знакомую:
— Инга, познакомься — Никита. А это Аделия.
— Очень приятно, — севшим голосом отвечает девушка и только в этот момент переводит взгляд на меня.
Она бледна, глаза на мокром месте. Но, силясь, улыбается мне и натягивает маску. Да что тут происходит?!
— Извините, важный звонок, — Никита уходит, а я шокированно провожаю его взглядом.
Это так непохоже на него. И не было там никакого звонка!
— Простите, — говорит Инга и убегает за Никитой.
Вместе с Ромой провожаем их взглядом.
— Они знакомы? — спрашиваю бывшего.
— Понятия не имею, — Рома хмурится и оборачиваемся ко мне. — Деля…
— Даже не начинай, — торможу его и направляюсь к выходу.
Смысла оставаться тут нет. Все, что должны были сделать, мы сделали. Тусить я не хочу, да и появление Ромы сделало свое дело. Забираю из гардероба шубу, Волков помогает мне накинуть ее на плечи. Молчу, сцепив до боли зубы.
Выходим на улицу, и я открываю приложение такси.
— Я отвезу тебя, — говорит уверенно.
— Нет.
Короткий вздох, и вот он поднимает меня на руки и несет через всю парковку. Сажает в машину, везет по ночному городу. Он молчит, а я, глотая обиду, прячу нос в воротнике шубы. Когда машина паркуется возле моего дома, я спешу выйти, но не могу, потому что дверь заблокирована.
 
— Открой.
— Между нами ничего не было, — говорит твердо.
— Мне это неинтересно, — уперто качаю головой.
— Врешь.
Резко оборачиваюсь и со злостью смотрю на Рому.
— Какой смысл? Даже если между вами ничего не было — это не меняет ничего, ведь она далеко не единственная. Скажешь, вру?!
— Нет, — опускает голову как побитая собака. — Нет, но и оправдывать себя не буду. Это прошлое. В настоящем кроме тебя нет никого.
— Рассказывай, — фыркаю, чувствуя, как намокают щеки от слез. — Особенно Инги.
— Инга — просто пропуск на этот вечер. У нее были свои мотивы там появиться, разве ты не видела этого? — не сдерживаясь, переходит на крик.
— Немедленно открой дверь! — требую я, и Рома поддается.
Вываливаемся из машины одновременно. Я бегу к подъезду, Рома догоняет меня:
— Что мне сделать, чтобы ты поверила? Как доказать тебе, Деля?!
— Не надо мне ничего доказывать! — выплевываю ему в лицо. — У тебя было три года, чтобы доказать свою любовь! Сейчас слишком поздно для этого. Убирайся из моей жизни и прекрати присылать мне подарки! Мне ничего от тебя не нужно. Проваливай!
Вырываюсь и забегаю в квартиру. На адреналине, со слезами на глазах отправляюсь в туалет и делаю тест, заранее зная, что он покажет.
Это так по-глупому, но я, пока тест лежит экраном вниз на раковине, переплетаю два пальца и молюсь: «Хоть бы одна полоска, хоть бы одна полоска».
Переворачиваю.
Две.
Глава 24. Одно условие
Рома
— Дим, будь человеком! Ты же генеральный! Достань мне один билет на ваш гребаный вечер! — прижимаю телефон к лицу с такой силой, что того и гляди его расплющит.
— Зачем тебе?
— Соскучился по тусовкам, — хмыкаю.
— Ром, не обессудь, но нет. Ничем помочь не смогу, — отвечает брат после короткого вздоха.
— Почему? — злюсь.
— Причина не поменялась. Аделия только заново жить начала, а ты снова пытаешься попусту сотрясти ее мир. Если хочешь вернуть жену, делай это сам, без моей помощи.
— Слушай, вы там что, взъелись на меня всем семейством?!
Снова тяжелый вздох.
— Нет, Ром. Скажу за себя: я видел, что в вашей семье не все гладко. И про твои походы налево знал. Именно поэтому я был рад, когда узнал о вашем разводе. Аделия заслуживает лучшего мужа.
Блять, хоть голову пеплом посыпай и вой на луну. Да, знаю: я был херовым мужем. Ключевое слово: был. И пусть я не сильно изменился, но мои чувства к Аделии точно поменялись. Я больше не хочу и не могу без нее. При мысли о том, что она будет с другим, ярость застилает глаза. На прочих баб я тоже смотреть не могу, потому что в каждой ищу хоть что-то, отдаленно напоминающее Аделию, и каждый раз, не найдя, убеждаюсь: мне нужна моя жена.
— Дим, — я устал пиздец как, и мой голос соответствует моему состоянию, — все я знаю. И что вел себя с ней плохо и что не заслужил ее. Я был хреновым мужем — факт. Но я хочу измениться и доказать ей, что люблю. И что могу быть лучше.
— Ну вот как изменишься, тогда и поговорим, а пока прости, брат, но решай свои проблемы сам.
Вырубаю телефон и вылетаю из офиса. Кровь кипит, подкачанная злостью. И Димку понимаю, верю в его мотивы. Но кто поверит мне?
Захожу в кофейню, делаю заказ и сажусь за столик, бездумно разглядываю прохожих через большое окно. Мыслей, как попасть на вечер, ноль. А попасть очень надо.
— Здравствуй, Волков, — напротив садится Инга.
Когда-то мы с ней учились на одном факультете, но на разных курсах.
— Привет, Разина, — выдавливаю улыбку.
— Чего морда такая недовольная?
— Слушай! — в голову бьет идея. — Ты же у нас обитаешь в светских тусовках?