Мой безумный Новый год (СИ)

Вторая рука Кости аккуратно придерживает меня за поясницу, обжигая своими прикосновениями оголённый участок кожи. Едва не запинаюсь на одной из ступенек, но Захаров на чеку и не даёт мне потерять равновесие, хотя своими взглядами упорно продолжает выбивать почву у меня из-под ног. Стараюсь сосредоточиться на восхождении по лестнице и спустя пару минут замечаю, что мы подходим к огромной старинной двери.
- Кость, ну может, хватит, а? – непонимающе уставилась я на этого самодовольного товарища, который с хитрой улыбкой достал из кармана ключ и принялся открывать дверь. – Мы ведь оба знаем, что это просто квартира. И никакого «Адгокина» там нет.
- Уверена? – усмехается Захаров, распахивая передо мной дверь.
Закатываю глаза в ответ на такое безграничное упрямство, но случайно бросаю взгляд внутрь помещения и обмираю, не в силах произнести и слова.
Потому что через всю прихожую был повешен баннер-растяжка, на котором огромными буквами красовалась надпись:
«Ресторанъ «Андгокин»
- Никогда не говори, никогда, Лер, - прошептал мне на ухо Костя, опаляя кожу своим горячим дыханием.
[1] Данное место, в котором оказались Лера и Костя, было вдохновлено реальным домом в Санкт-Петербурге. Это довольно известное место, но по определенным причинам, чтобы ни в коем случае не оскорбить жителей культурной столицы, точное название этого дома я указывать не буду. Возможно, когда-нибудь потом я поделюсь информацией о нем в своих соцсетях, если вам конечно будет интересно))
 Глава 38 
Скользит ладонями по моим оголённым плечам, рукам. Губами, практически не касаясь кожи, ведет от мочки уха, вниз до основания шеи, запуская у меня внутри маленькую агонию, но по-прежнему не целует.
Хочет, чтобы я сама его об этом попросила? Или даже умоляла?!
Выскальзываю из его объятий, гордо тряхнув головой. Очень надеюсь, что получится сбросить с себя и этот морок под названием «Константин Захаров», который так мастерски дурманил моё сознание. Я стремительно пересекаю широкую и практически пустую прихожую и вижу впереди распахнутые двери, который ведут в огромный зал с эркером. Первое, что замечаю – очень много света и воздуха. И даже привычное, питерское серое небо здесь выглядело чуть ярче и будто бы подсвеченным. Я практически не задерживаю свой взгляд на красивом мраморном камине и отлично сохранившимся колоннам, как и на многих других предметах старины. Сейчас всё мое внимание сосредоточенно на круглом столе, сервировке которого позавидовали бы лучшие заведения Петербурга. И нескольких цветочных композиций из белых роз, с очень тонким, нежным ароматом, который заполнял комнату. И множестве белых лепестков – то хаотично рассыпанных по полу, то сбивавшихся в одну цветочную дорожку, которая вела к столу. Замечаю, что на неё уже как раз наступила одна из моих босоножек.
Если честно, осознав, что Захаров привёл меня в квартиру, пускай и в таком необычном месте, я ожидала увидеть банальную кровать. Ну может с красивыми простынями и усыпанную теми же лепестками роз. Но это… Всё, что я видела сейчас перед собой, совершенно сбивало меня с толку.
- Как хорошо, что я не выбрал красные розы, - раздается сзади низкий, бархатистый голос Кости.
- Избито и пошло? – спрашиваю я, не оборачиваясь к нему и пытаясь унять волнение в своём голосе.
- Нет. Просто они бы потерялись на твоём фоне, - подходит практически вплотную, но по-прежнему не касается меня. Просто ощущаю затылком его дыхание, а по телу будто бы проносится электрический ток. – Ты и твоё красное платье затмили бы всё вокруг. И просто не оставили им шанса.
Говорит медленно, будто бы лаская мой слух и каждый участок кожи своим низким голосом. А вибрация, которая сквозит в его интонации, запускает по моей коже тысячу мурашек.
Чёрт, почему я так на него реагирую?! Почему именно на него?!!
- Ты догадался, - не выдерживаю я и резко оборачиваюсь к нему.
- Лер, твою шараду разгадал бы даже пятиклассник, - усмехается Костя. – Неужели ты правда думала, что я сдамся? Или приглашу тебя в обычный ресторан?
 
Молчу, потому что любые мои слова кажутся сейчас какими-то глупыми, бессмысленными.
- На самом деле, ты своими загадками только мне развязала руки. Знаешь, какой полет фантазии открывается, когда слышишь «место, для избранных, куда очень сложно попасть»? – чуть слышно смеётся Костя, по-прежнему не сводя с меня своего пылающего взгляда на дне которого плещется откровенное лукавство и чуточку чертовщинки. Подходит ко мне ещё ближе, практически не оставляя никакого просвета между нами.
Делаю судорожный вздох, пытаясь отыскать у себя в голове хотя бы одну приличную мысль или вопрос, чтобы продолжить наш диалог.
- И поэтому ты решил организовать свой ресторан?
- Ну а что? Под твоё ТЗ[1] очень даже подходит? Место для избранных, ну то есть только для нас с тобой. Попасть сюда больше никто не сможет. И кстати, кухня тоже будет на высоте – это я гарантирую.
Захаров называет фамилию известного питерского шеф-повара, попасть в ресторан к которому практически также нереально, как и в мой выдуманный «Андгокин». Ну а точнее реально, но для этого нужно было за полгода-год предварительно оформить бронь и то, если вам очень повезёт и на выбранную дату будут свободные столики. Мы с девочками так до сих пор и не смогли там побывать.
И этот повар готовил для нас с Захаровым?!
- Правда разогревать и подавать блюда, уж извини, но сегодня я буду сам, - безапелляционным тоном заявляет Костик. – Не хочу делить ни с кем твоё внимание, Лер. Ни секунды.
Его взгляд прикован к моим губам, которые тут же, точно по волшебству, начинают дико гореть, невольно приоткрывшись для поцелуя.
- Да, я помню ты говорил, что этот вечер только наш. Как, собственно, и эта квартира…
Это исторический дом, пускай и жилой. Как ему удалось договориться с владельцами? Ведь здесь же кто-то жил или живёт в текущий момент? Квартира почему-то совершенно не выглядела как музей или место, куда водят экскурсии.
- Эта квартира наша не только на вечер, - Захаров будто бы читает мои мысли, - Я арендовал её на год.
- На год?! – от такого заявления я настолько опешила, что даже качнулась на своих каблуках, точно земля вдруг резко решила сменить градус вращения вокруг солнца. На кой чёрт ему на год эти хоромы?!
- Да, на год. У меня очень большие планы на этот год, и на этот город…, - ухмыляется Костя, вновь отвечая на мой немой вопрос, который, наверное, отчётливо читался по моим глазам. – И не только. Большим планам нужна большая квартира. Говорят, тут при царской власти даже жил какой-то важный министр. В общем, мне идеально подходит.
Большим планам нужна большая квартира… Ага, для человека с очень большим самомнением. Я бы даже сказала – самомнением министерского масштаба. Боже, сколько же здесь общая квадратура? Если в один только зал можно запросто уместить половину моей в целом немаленькой квартиры… И вот зачем ему столько одному для своих командировок? Очень хотелось съязвить, что кто-то пытается замаскировать арендой огромной квартиры свои комплексы по поводу размера, но чёрт возьми – всё там у Кости было в порядке. И вот вообще не прокопаешься, по всем мать его министерским стандартам и ГОСТам! По крайней мере, я уже успела оценить всё, что касалось визуала, но вот в действии мне пока не довелось опробовать… Так, Лера! Думай лучше о предстоящем ужине! Ты, между прочим, после работы и уже успела прилично проголодаться.
Но в голове почему-то не возникло ни одной мысли касаемо еды. А вот что касалось другого голода…
- Я тоже числюсь среди этих «больших планов»? – саркастически вскидываю я брови, скрещивая руки на груди. Жалкая попытка сохранить за собой хоть немного спасительного личного пространства. – Или моя капитуляция?
- Капитуляция? Лер, у меня нет ничего подобного в планах, - усмехается Костя, приобнимая меня за предплечья. Медленно ведёт вниз подушечками пальцев вниз, от чего мои сцепленные руки как-то сами собой, безвольно падают вниз, точно под действием каких-то чар. Смотрим глаза в глаза. Точно так можно понять гораздо больше, прочитав в отражении то, что мы не решаемся произнести вслух. – Откровенно говоря…