Его право, или Замуж за ледяного командора (СИ)

Ощущая его доминирующее присутствие, я терялась в водовороте безумных эмоций. Дети были счастливы. Они всегда счастливы, когда мама и папа находятся вместе. Я же смотрела на невозмутимого дракона и, осознавая его власть над собой, боялась сделать лишнее движение.
Вдруг взгляд командора приобрёл остроту, заметив мои пухлые губы. Уверенным жестом Арктур переместил свою руку мне на затылок, фиксируя голову, а второй обхватил за талию, вжимая в себя и склоняясь ближе. Лицо обожгло теплое мужское дыхание.
Ни сбежать от него, ни укрыться. А он все смотрит, изучая каждую черточку, каждый штрих, вдыхая мой аромат и позволяя к себе привыкнуть.
— Не отпущу, Снежана.
Хриплый рык откликается в солнечном сплетении бурной дрожью. Пламенные глаза ослепительно разгораются:
— Я тебя не отпущу.
Дракон склоняется и запечатывает мои губы страстным поцелуем. Безумным, голодным, полным неистового огня.
Напор изголодавшегося мужчины ошеломил.
Замерев от неожиданности, я вдруг поняла, что положила ладони на обнаженные рельефные плечи и сама начинаю наслаждаться прикосновением к горячей, разрисованной фантастическими узорами коже.
Арктур пробовал меня на вкус, нетерпеливо сминая губы, вбирая дыхание и демонстрируя полное превосходство. Сильные пальцы гладили спину. Мягко скользили вдоль позвоночника. Впивались в мою макушку, обжигая прикосновением.
Иллида — патриархальный мир с иными устоями и традициями. В родной звёздной системе мужчина-иллидан — защитник, добытчик и всегда оберегает свою пару. От него зависит жизнь и благополучие будущих детей. От того эволюция довела этот вид до совершенства, одарив второй боевой ипостасью и даром телепатии. Сильные, бескомпромиссные, опасные хищники, не ведающие страха, сомнений и угрызений совести. И один из них сейчас сжимает меня в объятиях.
Слияние губ становилось еще более нетерпеливым, жадным, стирающим грани реальности. От мужских прикосновений пылала кровь.
Я хоть и смущалась такому повороту событий, но откровенно наслаждалась теплом обнаженного мужского тела и крепкими объятиями собственника. С бывшим мужем ничего подобного никогда не испытывала, даже в постели. А тут всего одно прикосновение, один поцелуй и от нахлынувшего шквала эмоций грудь разрывает изнутри.
Утолив жажду поцелуя, дракон прижался горячими губами к моей щеке и пополз к изгибу шеи, слегка оттягивая голову за волосы, чтобы теперь припасть к открытому горлу. И целовать — жадно, пылко, возбуждающе.
Я не оттолкнула командора Бриэйна только потому, что была уверена — всё это сон.
Пользуясь моим интересом, удовлетворяясь покорностью, он скользнул рукой в вырез ночной сорочки и принялся ласкать твердую вершинку пальцами. Я резко выгнулась. С губ сорвался жалобный стон. Это было так невероятно восхитительно и неправильно одновременно. Но, кажется, у дракона на этот счёт было иное мнение.
— Ты — моя, — рокот мужского баритона смешивался с нашим хриплым дыханием, шелестом ткани и свистом морозного ветра.
Разделяя со мной тепло, Арктур подхватил меня под бедра, вынуждая обвить его за талию. В вечернем сумраке чужой планеты глаза иллидана сияли сказочным светом, околдовывая и привлекая.
В реальности я бы давно прекратила это сумасшествие. Но во сне не хватало ни духу, ни сил. Я просто смотрела на мужчину и удивлялась своей отзывчивости. Наслаждалась каждой черточкой, ощущением кожи под пальцами, вкусом его губ и запахом. Может, командор меня околдовал?
В ответ на эту мысль, Арктур загадочно дернул уголком губ в намеке на улыбку и опять соединил наши губы. Его сильные, властные ладони, забравшись под ночную сорочку, блуждали по моему телу, обрисовывали контуры лопаток, ласкали кожу спины, бедер и ног.
— Снежана… — хриплый шепот отзывается внутри сладкой дрожью.
Я чувствовала, как Арктуру необходимо прижимать меня к себе, установить этот контакт, ощутить наше полное энергетическое единение, и дело не только в здоровье детей, которые в эти мгновения купались в блаженной эйфории. Дракон нуждался именно во мне.
 
Я удивилась. А потом опять напомнила себе, что это сон.
В царстве собственных эротических фантазий я просто выдаю желаемое за действительное, в реальности Арктуру важны только дети. Землянка, пусть и случайно забеременевшая близнецами, его не интересует.
Тревожно закусив горящие губы, поймала на себе неодобрительный взгляд командора. Пламенная окантовка радужек пульсировала в такт сердцебиению. Арктур внимательно смотрел в упор, подмечая каждую эмоцию, а потом склонился ко рту и прорычал:
— Я тебя выбираю.
Меня опять снесло умопомрачительным поцелуем, сводящим земное сознание с ума.
… Я даже проснулась с громким стоном.
Вздрогнув, прислонила руку к лицу и поняла, что отчаянно выгибаюсь на смятых простынях и ищу мужские губы, которых нет. Грудь болезненно ноет. Все тело пылает, а кожа пульсирует как после ласк жарких пальцев.
Вспомнив, где я — обмякла на кровати в жутком смущении. До чего я дошла без привычной мужской ласки? С Марком в последний раз мы были вместе больше двух месяцев назад, искать партнёров на стороне я не хотела, да и времени особо не было.
Что со мной?
Ищу ответные чувства там, где их нет. И от того, кто в принципе не способен на взаимную симпатию к землянке.
Потерев пылающее лицо, бросила злой взор на место рядом. Простыни были смяты, но ночевал ли командор сегодня рядом или нет, понять было невозможно. Мысленно отругав себя за наивность, выкарабкалась из постели и с желанием скорее смыть ночной пожар, сбросила сорочку, схватила полотенце и отправилась в санитарную зону.
Лихо раздвинула стеклянные дверцы и ахнула.
— Вы?
Из душевой кабинки, в одном полотенце, обмотанном на крепких бедрах, решительно выступил мокрый Арктур. Я столкнулась с ним неожиданно, влетела в твердую грудь, ощутив гладкость мужской кожи наяву, и, вскрикнув, отпрыгнула на шаг.
Командор, надо отдать ему должное, не шелохнулся.
Черты красивого сурового лица неподвижны. На голых плечах и рельефном прессе сверкают капельки воды. Черные волосы расплетены и тяжелой влажной волной спускаются по спине до щиколоток.
Пораженно оценив длину роскошных волос, я опять рискнула поднять глаза. И крайне опрометчиво поступила.
В ярком освещении мелькнул острый как бритва мужской взгляд. Я ощутила его почти физически — как стремительное, обжигающее прикосновение к коже… лица, шее, обнаженной груди, животу. Небесные пути, я же полностью раздета! Инстинктивно попятилась, пряча тело под полотенцем, а в следующую секунду поскользнулась на гладком подобии кафеля и с криком рухнула на пол.
Вернее, я думала, что рухнула.
Арктур, стоя напротив — еще до того, как я сообразила, что нога поскользнулась — словно бы раздвоился. И тот второй — фантомный, размытой огненной тенью метнулся ко мне, подхватывая на руки и предотвращая болезненный удар.
Взвизгнув, на инстинктах вцепилась мужчине в шею, а лицом зарылась в твердую грудь. Всё произошло за доли секунды. Перед глазами кружились белые пятна, кровь шумела в висках. В себя пришла в момент, когда дракон усаживал меня в широкую ванную, бесконтактно активируя серебристые краны. О мучительно пылающую кожу ударили струи теплой воды. Ванна набралась настолько быстро, что я и глазом моргнуть не успела — уже сидела по шею в воде, плотно укутанная шапкой пены.
Арктур опустился возле бортика, смахнул с моего лица волосы и, осторожно обхватив за подбородок, повернул голову в своем направлении.
— Ты на грани эмоционального срыва, — голос мягкий, обманчивый, но даже в этих интонациях кроется колоссальная мужская мощь, — что не даёт тебе покоя?
Захотелось крикнуть — ТЫ!
Ты ворвался в мою жизнь без предупреждения, сокрушив все защитные барьеры. Вторгся в личное пространство и, даже не произнося это вслух, каждую секунду рядом — заявляешь на меня права!
Даже твой взгляд… пронизывающий, пугающий, нервирует и смущает.