Истинная для Оборотня. Право на ошибку (СИ)

– Позвольте откланяться, господа! У меня появились неотложные дела, – сообщает он, когда мы втроём выходим из машины.
Куда это он собрался? Ведь мы хотели дождаться Тони и составить план наших дальнейших действий.
– А как же собрание? – удивляюсь я.
– Хосе, вы вполне сможете провести его в семейном кругу. Тем более что я отправляюсь на допрос, чтобы выбить из повстанцев как можно больше информации.
– Спасибо, Маркус! – отец пожимает ему руку.
– Дженарро, ты всегда можешь на меня положиться, – отвечает ему советник.
Дружеское похлопывание по плечу уже вошло у них в привычку. Они переняли её у людей.
– Мой водитель отвезёт тебя, – говорит отец.
– В этом нет необходимости, Дженарро. Я уже вызвал машину.
Маркус уходит, а мы поднимаемся в квартиру отца на двадцатый этаж. Когда-то он строил этот дом в надежде, что у нас будет большая семья и у каждого сына и внука будут отдельные апартаменты. Жаль, что я так и не нашёл свою истинную и не смог порадовать его внуками.
Воспользовавшись моментом, когда мы остались одни в гостиной, я заговорил первым.
– Отец, рад, что ты в порядке.
– Повстанцы перешли все границы, – задумчиво произносит отец, – Надеюсь, Маркус с ними разберётся.
– И я надеюсь, – отвечаю ему.
– Камилла любила людей, – он предаётся воспоминаниям, – Мы должны положить конец этой вражде, в память о ней.
– Я понимаю, отец.
Наша мать умерла, когда родился брат. Нас растили служанки и няни. В детстве Тони злился, что я видел маму, а он нет. Я же, в свою очередь, злился, думая, что боги забрали её из-за него. Когда отец узнал об этом, был вне себя от ярости, досталось обоим. С тех пор мы с братом «сдружились».
– Отец, я понимаю, что сейчас не самое лучшее время, но я хотел поговорить. Это касается Катрин.
– А что Катрин? – он настороженно смотрит на меня.
– Я люблю её, – признаюсь скорее себе, чем ему.
Мне очень важно мнение отца. Но если судить, как изменилось его лицо после моих слов, он будет против.
– Глупец! Катрин невеста твоего брата, забудь о ней! – говорит отец тоном, не терпящим возражений.
Забыть точно не получится, ведь меня так тянет к ней.
– Я уже всё решил. Если Тони не откажется от свадьбы добровольно, я заявлю на неё свои права, – ставлю его перед фактом.
Надеюсь, до этого не дойдёт и вопрос с братом получится решить.
– И ты смеешь мне перечить, мальчишка? Не ты ли мне говорил, что Тони наша единственная надежда, а теперь идёшь на попятную? – рычит отец, – Займись лучше поисками Джули!
– Но...
Едва я собирался добавить, что не отступлюсь от девушки, нас прерывает слуга, который быстрым шагом пересекает гостиную и останавливается возле отца, протягивая ему трубку.
– Тихо! Не хочу больше ничего слышать, – бросает мне отец и спрашивает, – Кто звонит?
– Вас вызывают из столицы, господин.
Неужели вести о сегодняшнем происшествии уже дошли до столицы? Иначе, зачем было звонить так срочно, ведь рабочий день уже окончен.
Отец морщится, но всё-таки берёт трубку.
– Добрый вечер, Диего, – приветствует он столичного мэра.
Из трубки слышится оживлённый голос Диего Монтего, который предлагает свою помощь в борьбе с повстанцами.
– Не стоит беспокоиться, уже всё в порядке. Мятежники взяты под стражу. Никто из моих приближённых не погиб, – говорит отец.
Его брови нахмурены, а выражение лица становится всё мрачнее. Фразу «не стоит беспокоиться», я слышу уже несколько раз. Затем отец взглядом останавливается на мне.
– Хорошо. Я пришлю от нас человека, чтобы убедить вас в обратном. Всего хорошего!
Он кладёт трубку и печально вздыхает, задумчиво глядя в мою сторону. Нервно постукивает пальцами по мягкому подлокотнику кресла. Затем, наконец, решается заговорить.
– Ох, сынок, весть о восстании дошла до столицы. Они предлагают нам помощь, которая совершенно не устраивает меня.
Всё это я уже слышал из телефонного разговора, но не уловил, что Диего имеет в виду под словом помощь.
– О какой помощи речь? – уточняю я.
– Они хотят обратить всех несогласных, – отвечает отец.
 
– Этого ни в коем случае нельзя допустить! – возмущаюсь я и добавляю, – Что за дикие методы? Ведь мы живём в цивилизованном мире.
Новообращённые не могут контролировать зверя. Если их будет слишком много, в городе начнётся хаос. Они попросту загрызут всех оставшихся людей.
– Знаю, сынок. Нужно поскорее убедить Диего, что у нас всё в порядке. Ты поедешь в столицу, заодно и развеешься. Вдруг и твоя Джули найдётся там, что скажешь?
– Ты отсылаешь меня в такой момент? – удивляюсь я, – Знаешь ведь, что её там нет!
– Мы застряли в этом городе. Чёрт! Я пытался исправить всё, что мы здесь наворотили, но сделал только хуже. Построил дома, предложил их людям, но они отвергали мою помощь. Конфликт рос с каждым годом и теперь, что мы имеем? Группа вооружённых людей пытается свергнуть меня, но мои же принципы не дают их прикончить! А Мелинда Морено смотрит на меня с небес и смеётся!
– Но мы поступили слишком жестоко с её семьёй, и ты это знаешь, отец!
– По волчьему закону выживает сильнейший. Марселло Морено знал об этом, когда ополчился против нас, – вздыхает отец, – Все мои попытки доказать, что его сын погиб в результате несчастного случая, потерпели полный крах.
– Он был раздавлен горем, – отвечаю ему.
– Да, как и Мелинда, когда бросилась на меня. Я не собирался убивать её, но Маркус решил, что моя жизнь в опасности. Прости, что тебе пришлось это пережить. Если бы волчица была жива, мы бы уже давно нашли твою истинную.
Хорошо помню этот день. Мы шли по следу Джули, когда нам навстречу выбежала обезумевшая от горя Мелинда Морено. Волчица рычала, что я недостоин её дочери, что мы никогда не найдём её, что проклинает весь наш род. С последними словами она собиралась вцепиться в шею отцу, но не успела. Маркус набросился на неё.
Сердце больно сжимается от воспоминаний. Однако волчица была не единственной погибшей.
– Отец, я всё прекрасно помню и никого не виню в случившемся, – успокаиваю его, – Но ты должен знать, в тот день случилось ещё кое-что. Из рассказов Катрин я узнал, что волки загрызли её мать, когда она отправилась в лес за ягодами. Кто-то нарушил твой приказ ненападения.
– Возможно, это были дикие волки, сынок, ведь я ничего не слышал о женщине. Прошло столько лет, и правду мы уже не узнаем.
Пожалуй, он прав. Правду мы уже не узнаем. Нужно думать о будущем, а не о прошлом. Что будет, если столичные оборотни заявятся в Читта-ди-Маннари и начнут устанавливать здесь свои порядки? Вероятнее всего, кровопролитная война, в результате которой больше всего пострадают люди.
Отца такой вариант не устраивает и я с ним полностью согласен. Не хочу, чтобы пострадала Катрин. Я должен позаботиться о её безопасности в первую очередь. Оставлять её с Тони плохой вариант, но сейчас это меньшее из зол. Ведь взять с собой девушку я тоже не могу.
– Отец, я поеду в столицу. Ты прав, нужно убедить их, что нам не нужна помощь. Люди не должны пострадать.
– Я рад, что ты это понимаешь, сынок. Развейся, отдохни несколько дней, а когда всё уляжется, приедешь обратно.
Ну уж нет, я постараюсь вернуться пораньше. Почему-то отец одержим идеей отослать меня, хотя я прекрасно его понимаю. Если я заявлю права на Катрин, а после найдётся Джули, я буду вынужден уйти к ней. Ведь она истинная по волчьим законам. Что тогда начнётся? Люди объявят, что мы обманули их. Восстания вспыхнут с новой силой. Боюсь, что столица снова вмешается в наши дела.
Мои мысли прерывает звук открывающейся двери.
– Отец, ты в порядке?! – в комнату входит Тони.
– Да, сынок, уже всё хорошо, – говорит ему отец.
Братец проходит и садится в кресло напротив нас. Впервые вижу Тони таким обеспокоенным.
– Почему никто не позвонил мне, когда всё произошло? – спрашивает он.
– И что бы ты сделал? – не выдерживаю я.