"Фантастика 2024-106". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Фух, — вздохнул он глубоко. Потом поправил жилетку и камзол. Немного затянул черный галстук-бант, смотрясь в зеркало.
Таким образом, Линовский пытался выгнать из головы лишние мысли. Освежить мозг. В любом случае, ему хотелось, как можно быстрее, убраться из дворца. Но после случившегося он боялся, что охрана попросит его показать карманы.
При других условиях это можно было бы счесть оскорблением, но только не на территории дома-хранителя магии. Тут Фомины были в своем праве обеспечить безопасность так, как считали нужным.
Ну а Если Линовский уйдет сейчас, это воспринимается всеми вполне нормально. Многие отвергнутые уходят после ритуала.
— Отвергнутый, — проговорил он, и от этого слова стало неприятно во рту. Он и отвергнут, но как?
Когда зазвонил телефон, Линовский вздрогнул.
— Сука, — прошипел он, доставая смарт из кармана, — да, отец, что? Да. Ритуал кончился. Отвергла. Да, она дала мне утешительный подарок. Какой? Волос. Зачем он тебе?
Линовский замер, с каменным лицом слушая слова своего отца, Семена Малиновского, одного из деканов Магической Академии Екатеринодара.
— Ты же хочешь отомстить ей, да, сынок? — звучал в трубке голос Семена, — мы оба знаем что хочешь.
* * *
— Здравствуйте, — обратился я к слуге, когда вышел из зала.
— Здравствуйте, господин. Что вам угодно?
Я украдкой осмотрел пустой коридор, потом спросил:
— Не видели ли вы молодого дворянина, одетого по старой моде и с длинными темными волосами.
— Вы говорите о графе Линовском? — похлопал глазами слуга.
— Верно. О нем.
— Насколько я мог видеть, граф направился в гостевую уборную.
— А где она? У меня к нему важно дело.
Слуга обернулся и деловито проговорил:
— Вперед по коридору, — указал он рукой в белой перчатке, — и потом направо. Первая дверь.
— Благодарю, — кивнул я и энергично зашагал к уборной.
Когда я уже хотел завернуть за угол, услышал, как со скрипом приоткрылась дверь уборной. Среагировал я быстро: прижался к стене. Я не хотел, чтобы Линовский видел меня. Нужно было взять ублюдка с полчиным. А он точно что-то задумал.
Когда дверь, закрывшись, щелкнула, а шагов я не услышал, то быстро направился к ней. Замер за два шага до входа, потому что услышал бубнеж за дверью. Линовский с кем-то разговаривал.
Тогда я вошел внутрь.
— Да. Хочу, — успел проговорить Линовский, когда я оказался в уборной.
Потом граф вздрогнул, обернулся ко мне, спрятав руки за спину.
— Занято, — проговорил он неприятным тоном, — не видите, что ли?
— Хватит крутиться, как уж на сковородке, — холодно проговорил я, — что ты задумал?
  
Глава 20
 
— Вы очень внимательный человек, граф Орловский, — Линовский смотрел очень пристально, на его лице играла легкая усмешка, — внимательный и проницательный. Но увы, сегодня ваша проницательность вас подвела.
Он откинул правую полу своего камзола и вывернул внутренний карман. Потом проделал то же и с другой стороны. Я молча наблюдал за этим. Потом проговорил:
— Чтобы там ни было, ты успел от этого избавиться.
— А ты, — хмыкнул он, — докажи, что там вообще что-то было. Что госпоже Тильде угрожала хоть какая-то опасность. И вообще, — он блаженно улыбнулся, — почему же ты, новоиспеченный граф, решил лезть не в свое дело? Зачем тебе это? Что ты ко мне цепляешься?
— Хочу чтобы дама, — с ухмылкой проговорил я, — на чью руку я претендую, была в безопасности. И я, — хмыкнул я так мерзко, как только мог, — как настоящий дворянин могу ей это обеспечить.
Линовский переменился в лице. Буквально полминуты назад он торжествовал, думая, что неплохо поиздевался надо мной тем, что я не смог взять его с поличным, но теперь, когда услышал мои слова, отреагировал так ярок, что я понял — попал в точку. В самую рану.
Лицо его стало жестким. Он поджал губы и злобно уставился на меня. В итоге покраснел, как девочка.
— Если она отказала мне, — прошипел он, — то тебе и подавно не видать ее руки.
— Я пришлю тебе открытку с нашей свадьбы, — я самодовольно скрестил руки на груди.
 
Линовский аж вспотел, потом, с обиженным видом, направился к выходу. Я же, не стал его задерживать. Он торопливо покинул уборную.
Естественно, я не собирался претендовать ни на чью руку. А просто солгал ему. Не хотел, чтобы Линовский чувствовал себя победителем. Я знал, что он что-то задумал. Молодой человек, явно был самодовольным и полным спеси. Надо было ее охладить. Такой пацан может выкинуть что угодно, а я, уж так воспитан, что не могу спокойно стоять, когда заведомо слабый подвергается опасности. Не в моих правилах смотреть на такие вещи и ничего не делать.
Я уверен, Линовский собирался совершить какую-то импульсивную глупость. И думаю, сейчас я уберег Тильду от его дурацкого поступка. Однако, это не значит, что Линовский должен остаться безнаказанным.
Бегло пробежав глазами по помещению уборной, я сосредоточил внимание на приоткрытом окошке в сад. Выглянув, осмотрелся. Дорожки сада освещались фонарями, установленными на высоких железных столбах. Черное небо в очередной раз блеснуло молнией. Из окна подул теплый предгрозовой ветер.
Внезапно я услышал детский смех. Справа по дорожке бежали ребятишки: два мальчика и девочка. Девочка, явно из Фоминых. Это я понял по необычно белой коже и красивым черным волосам, заплетенным в задорные косички.
— Один из мальчишек приник к фонарному столбу и упер головку в сложенные на нем руки.
— Раз, два, три… — начал он считать.
Девочка и второй мальчик разбежались кто куда. Куда делся мальчонка, я не видел. Девочка же, забежала за большой, подстриженный квадратом куст, который рос как раз под окном в уборную.
Она присела за его листвой, забавно обняла ножки в белых колготках. Ее белокожее лицо словно бы светилось в темноте. А потом она подняла на меня большие голубые глаза.
Я улыбнулся девчушке и, приложив палец к губам, прошипел, мол “тихо”.
Девочка улыбнулась в ответ.
— … пять! Я иду искать! — прокричал мальчик и побежал куда-то в другую сторону.
Девочка же, что-то заметила и полезла белыми ручками куда-то под кустик.
Забавно, но мне было приятно наблюдать, как играют детишки. Они выглядели очень беззаботно, и их настроение немножко, словно бы передалось и мне. Наблюдая за ними, я тоже на миг почувствовал, что у меня нет проблем и забот. Сознательно остался в этом состоянии, прикинув, что это неплохая эмоциональная разрядка.
По небу покатился очередной раскат грома. Блеснуло. Ветер с силой зашумел в кронах садовых деревьев.
— Господин Август, господин Петр, леди Сапфира! — вошла в пустой сад полная женщина в черно-белом платьице и чепчике. Ее одежды напоминали униформу, и скорее всего, ей и являлись. Женщина была нянечкой, — где вы?! Погода портится! Заканчивайте игры! Леди Сапфира! Маменька хочет вас видеть!
Внезапно я услышал резкий щелчок. Опустил взгляд.
Девочка все также сидела за кустом. В руках она держала большой складной нож с внушительным лезвием. Девчушка удивленно разглядывала его, а когда няня крикнула снова, и мальчики выбежали откуда-то из зеленого лабиринта, то сорвалась с места.
— Стой! Сапфира! — крикнул я вполголоса, чтобы не напугать ее, но девчушка не услышала. Вместе, все вчетвером, они удалились из садика. Ножик она унесла.
Я нахмурился, всматриваясь им вслед. Так вот, значит отчего избавился Линовский. Он что, хотел ударить Тильду ножом? Но почему им? У него при себе был клинок-проводник. А отбирать у дворянина его магическое оружие считалось тяжким оскорблением. Вывод напрашивался сам собой — складной нож непрост. Вот ублюдок… Линовский хотел поступить в духе "не дотсавайся же ты никому!"
Вот только, чтобы получить нож, нужно теперь найти девчушку по имени Сапфира. Интересно, Линовский слиняет с вечера или нет?
Выйдя из уборной, я пошел обратно в зал.