Предатель. Цена обмана (СИ)

Или Булат просто перепутал, это не та детская площадка. Их ведь в парке несколько может быть. Правда?
Мне нужно цепляться за эти мелочи, чтобы не сойти с ума.
Я замечаю охрану мужа, Булат направляется к ним. А я ухожу в другую сторону. Лицо его видеть не могу. Ненавижу!
Как он может та спокойно реагировать?
Что же делать?
Пальцы сами набирают заученный номер Ильяса. Я уже привыкла полагаться на него, доверять.
— Ильяс пропал, — выпаливаю на одном дыхании. — Его нет.
— Ты ещё в парке? — мужчина уточняет спокойно.
— Да! Я здесь, а Или нет. Я не знаю, что сделать. Звонить в полицию? Или… Думаешь, это Булат затеял? Решил запугать меня.
Эта идея даже не приходила мне в голову. Но теперь кажется реальной возможностью.
Булат изо всех сил старается сломать меня. И ничем не гнушается. Что ему запугать меня до смерти?
А после «найти» Илю.
Искусственно усилить опасность, чтобы я боялась что-то сделать.
— Поезжай домой, — советует мужчина. — Прямо сейчас. Уверен, что люди Усманова обыщут каждый уголок. Тебе лучше уехать. Я подожду у подъезда.
— Аль…
— Я не могу.
Сбрасываю вызов. У Ильяса нет детей, он не понимает этого. Даже если я ничем не помогу, я не могу быть в другом месте.
Пить чай и ждать звонка у мужа?
Пока мой сын в опасности?
Вариантов у меня тысяча. Усманов связался с какими-то бандитами, отсюда похищение. Или так его любовница отомстила за что-то.
Или…
Няня чокнутая и захотела себе ребёнка.
Я не могу уйти, не получается заставить себя. Я прохожу дорожку за дорожкой, ищу.
Едва не срываюсь с места, когда замечаю тёмную макушку. Лезу через забор и останавливаюсь, замечая мальчика постарше. Это не Иля, другой ребёнок с братом.
Раздражённо сжимаю забор, едва не поскальзываюсь на влажной земле.
— Аккуратнее, — Булат сжимает моё плечо. — Я вызвал полицию, они скоро будут. Тебе лучше уйти.
— Боишься, что я скажу что-то лишнее? — хмыкаю, выдёргивая руку. — Расскажу, как ты забрал у меня сына?
— В прошлый раз полиция тебе сильно помогла? Не глупи. Просто уезжай.
Я понимаю, что не просто так мужчина пытается от меня избавиться. Явно есть что-то ещё, что он пытается спрятать.
Мне чисто из принципа хочется остаться. Но создавать Булату проблемы сейчас…
Нет, сначала нужно вернуть Илю. Как же сложно.
— Хорошо, — сдаюсь. — Я поехала. Но будь человеком — сообщай мне все новости, пожалуйста.
— Сообщу, — произносит сухо. — Лично. Когда приеду домой.
— Тебе это важно?! Иля не пойми где, а тебя волнует, чтобы я к тебе вернулась? Серьёзно?! Ты хоть на секунду можешь стать нормальным?!
— Вот именно, Аля. Меня это волнует. Мой сын пропал! — повышает голос, надрывно произносит. — А теперь хочешь, чтобы я тебя отпустил? Чтобы ещё жена исчезла? Нет, моя хорошая, сейчас ты без возражений поедешь домой.
— Или?
— Или я увезу тебя силой. Выбора у тебя больше нет.
Всё, на что у меня хватает сил — покачать головой. Когда происходит столько всего, а Булат дальше пытается продавливать свою линию.
У меня словно голова взрывается. Каждая мысль — напичкана взрывчаткой, вспыхивает, оглушая, ослепляя.
Я дезориентирована. Не знаю, как поступить.
Всё, что мне нужно, чтобы сын нашёлся и был в порядке.
— Я не поеду, — меняю своё решение. — Я ничего не скажу полиции, но… Я не могу, Булат! Ты бы смог стоять в стороне?
— Нет, — цедит. — Но ты здесь не останешься. Я найду Ильдара и привезу его домой.
Я всё гадаю. Это подстава или сын правда пропал? Ну не может муж быть настолько мерзавцем. В нём же есть хоть что-то человеческое?
Да и Булат не выглядит так, словно играет. Действительно зол, взволнованный.
— Домой, — рявкает, подталкивая меня в сторону охраны. — Ничего из этого не случилось бы, если бы ты изначально меня слушалась. Не создавай новых проблем.
— Я их создаю?
— Если бы ты сидела дома и не рыпалась, всё было бы нормально. И наш сын не пропал бы. Это твоя вина.
— Моя вина.
Повторяю ошарашенно. Это… Боже, я всё пытаюсь найти, где дно у Булата. А его нет. Каждую грань муж пробивает, оказывается ещё хуже.
 
К нам подходит кто-то из охраны, отвлекает Булата. Я стою как приклеена.
Я ничем не помогу в поисках.
Но и уехать не могу.
— В парке их нет, — доносится шёпот мужчины. — Мы всё прочесали. Его куда-то увезли.
Увезли.
Нет.
Всё доходит с опозданием, тормозит. Внутри всё скручивает, меня начинает тошнить от страха.
Ещё и телефон разрывается, Ильяс продолжает писать.
— Я пойду, — шепчу, понимаю, что ничего не сделаю. Не могу здесь быть. — Мне надо… Я пойду.
— И куда ты пойдёшь? — с каждой фразой Булат злится всё сильнее. — Ты меня не услышала?
— Я… Если я не вернусь к себе, то адвокат сообщит, что ты удерживаешь меня силой. Я подтвержу. Будет скандал. Пожалуйста, Булат, займись поисками нашего сына! А потом… Всё потом.
Ильяс подготовил меня, заранее продумал план, если муж захочет забрать меня. Я не думала, что придётся воспользоваться.
Сейчас всё вспоминаю с трудом. Как сквозь плотный туман пробиваюсь. Эмоции резко исчезают, я состою из пустоты.
— Позвони, — прошу напоследок.
Медленно двигаюсь к выходу, Булат меня не останавливает. Я чувствую себя призраком.
Когда узнаю, кто так поступил…
Убью. Сначала их, потом мужа.
Всех.
— Я уже в такси! — рявкаю. Злость и страх направляю на Ильяса, на чей звонок я ответила. — Я тебе сказала, что мой сын пропал! А ты…
— Ты уже едешь? — уточняет мужчина. Стукнуть его хочется. — Одна?
— Да, одна!
— Хорошо. Назови таксисту другой адрес. И выдыхай, Аля, всё хорошо.
— Как всё может быть хорошо?!
— Мама!
Я слышу вскрик Или. Мой Иля! Мой хороший! Его голос я ни с чьим не спутаю.
Меня холодом обдаёт, всё внутри замерзает. Покрывается корочкой льда. Так страшно поверить, такая большая надежда.
— Мама? — переспрашивает малыш. — Я хочу маму!
— Мама-мама, — доносится приглушённый ответ Ильяса. — Она скоро будет.
— Иля!
Я растерянно называю новый пункт назначения, а после слушаю рассказ сына. Иля глотает слова, радостно смеётся.
Он в безопасности!
Он с моим адвокатом!
Я хочу придушить и обнять Ильяса, одновременно.
В принципе, можно обнять за шею.
Минуты в дороге тянутся вечностью, я едва осознаю, как так получилось. Ильяс украл моего сына?
Забрал, получается.
Я вылетаю из такси, бросив крупную купюру. Мне что-то кричат про сдачу, но я качаю головой. Лечу по ступенькам вверх, забыв про лифт.
Четвёртый этаж, нужная квартира.
Стучу.
С ума схожу.
— Где он? — врываюсь в квартиру, как только Ильяс открывает дверь. — Иля!
— Мамочка.
Сын спокойно сидит на ковре, играет машинками. Даже чуть морщится от того, как часто я его целую.
Всё хорошо.
В порядке.
— Иди ко мне, — прижимаю к себе сына, он обустраивается на моих коленях. — Всё хорошо? Ты не испугался?
— Нет!
— Голодный? Чего-то хочешь?
— Нет-нет-нет!
Иля крутится, продолжает играть машинками как ни в чём не бывало. А я смотрю на Ильяса, который обустраивается напротив.
Спиной облокачивается на ножку кресла, внимательно следит за нами. Мне страшно выпускать сына из рук, но с адвокатом поговорить нужно.
— Как ты это устроил? — пытаюсь не кричать, нельзя пугать сына. — Почему не предупредил? Ты хоть представляешь, что я пережила?
— Я предупреждал, Аль, — мужчина вздыхает. — Я не всё могу рассказать. Иначе ты бы не отреагировала так, как должна. Слишком рискованное дело было. Я просил тебя приехать сразу.
— Ты не сказал…
— Чтобы Булат всё сразу понял? Мне нужно было вытянуть и малого, и тебя. Только потом рассказывать.
— Ты… Я понимаю. Но как же сильно хочется тебя стукнуть.
— Стукнешь потом.