Монстры в Академии (СИ)

— Вы что ее, с земли есть будете? — поморщилась Марина.
— Дык она в земле и растет, какая разница-то? — пожал он плечами. — А то че нам теперь, голодом сидеть из-за этого придурка?
Все снова уставились на Криса с ненавистью и обещанием прибить ночью по-тихому. Марина поняла, что это не тот случай, когда за оплошность одного следует напоказ наказывать весь коллектив. Собственно, коллектива здесь и не наблюдалось. Даже для шайки это сборище уголовников было слишком недружным.
— Ладно, сначала закончим с завтраком, — согласилась она. — Флокси, собери картофель. Крис, закати обратно в костровище угли. Будем дожаривать.
— А поленьев подбросить? — поинтересовался он.
— Нет, не надо, — покачала головой Марина. — Я же сказала: картофель запекают в углях.
— Жаль, — ответил демон. — А то тут крыльцо зашлось.
Все обернулись, не выказывая особого волнения. Им, похоже, было больше любопытно посмотреть на пожар, чем страшно.
— Что?! — Марина метнулась сквозь шеренгу. — Так тушите скорее!
Она оглянулась в поисках воды, но рядом ничего подходящего не было, а мозг в панике соображал плохо.
— Поморник, потушишь? — спокойно окликнул кто-то великана.
Тот пожал плечами и принялся спускать штаны. Ребята метнулись в разные стороны.
— Эй! — возмутилась Марина, торопливо отворачиваясь: зрелище было хоть и внушительное, но крайне непотребное. Додумать мысль она не успела. Раздалось шипение, и пожар закончился, так и не начавшись. Пионерский метод сработал на «ура», струя была — как из брандспойта.
— Ну, фу, — только и смогла сказать Марина, когда великан иссяк.
И вот что с ними делать? Ругать? За что? Пожар они потушили быстро, эффективно и без лишней паники. Хвалить? Тоже за что? За непотребство и хулиганские методы? Так с другими они, похоже, еще не знакомы.
Подумав, Марина решила никак не реагировать на этот эпизод.
— Так, Крис, меняем планы. Ты сначала за водой — сполосни крыльцо, — велела она. — Флокси, картофель не только собрать, но и помыть, как сможешь. Костром займется…
Она оглядела шеренгу.
— Я! — с алчным огнем в глазах вызвался Ёж.
Это было подозрительно: не пироман ли он часом? Но других желающих не оказалось, и Марине пришлось вознаградить инициативу, назначив его костровым. Чтобы другие тоже не бродили без дела, Марина загрузила их организацией обеденной зоны.
Под ее руководством ребята нашли в здании длинный стол и вытащили его наружу. Восемнадцать стульев к нему не набралось. Но Поморник и Дубок в них и не нуждались, а Шессер заявил, что ему удобнее сидеть на собственном хвосте, и стол был более или менее укомплектован сидячими местами. Только один отсутствующий стул пришлось заменить колодой для колки дров.
Пока Марина координировала действия, Еж собрал на место раскатившиеся угли и даже деловито обложил костровище камнями.
— Ну вот, другое дело, — одобрительно сказала девушка, оглядывая очаг. — Только дрова хорошо бы в следующий раз перед закладкой в огонь все-таки колоть — такие крупные бревна слишком долго горят.
— Дык у нас дров и нету, — пожал плечами изгвазданный в золе Еж и вытер нос, оставив под ним черную полосу.
— Как нет? — изумилась Марина. — Из чего ж вы тогда костер жгли?!
— Дык, колодец разобрали, — пожал плечами Еж.
— Чего? — Марина схватилась за голову.
— Мы чуть-чуть совсем, — заверил ее орк. — Чисто верхние бревнышки сняли — все одно они уже трухлявые были. Одно вообще внутри пустое оказалось, и в нем змея жила. Вкусная такая.
Он довольно погладил свой живот.
— Кончайте жрать всякую дрянь! — возмутилась Марина. — И ломать государственную собственность — тоже. Высота бортов колодца определяется безопасностью его пользователей. Вдруг теперь кто-нибудь в него упадет? А ну, быстро нашел какой-нибудь щит или люк и прикрыл опасный объект!
— Есть! — вытянулся по струнке орк и метнулся выполнять указание.
— Ой, придурки, — тихо вздохнула Марина, глядя ему вслед. — И что мне с вами делать?
— Ничего, — негромко посоветовал подошедший Ксавьер. — Меньше нервов потратите.
 
— Ты почему не сказал, что дров нет? — повернулась к нему Марина. — Ходил же в главный корпус за солью, мог и дров попросить.
— Сам не знал, — пожал плечами мужчина. — А когда вернулся, Крис уже колодец разворотил.
— Ну, хоть сейчас сходи, — попросила его Марина.
— Один? — поднял бровь Ксавьер. — Дрова вообще-то тяжелые. А лошадь с телегой мне вряд ли дадут: нас тут… кхм… не очень любят.
— Поморника возьми с собой, — подумав, сказала девушка. — Он и дрова утащит и внушительности прибавит. Все равно он во дворе только мешается. А мы пока посуду поищем. И отмоемся.
Она снова тяжело вздохнула, оглядев свое чумазое и пыльное после беготни по заброшенному зданию войско.
— Понял, — кивнул Ксавьер и махнул рукой Поморнику. Тот подхватил мужчину, будто куклу, и посадил себе на плечо, а спустя полминуты объяснений двинулся к главному корпусу, одним шагом миновав прилично так обглоданные кусты. Земля под его шагами ощутимо подрагивала.
А Марина запоздало спохватилась, что этого великана, наверное, тоже надо как-то кормить. Или это нормально, что он питается деревьями?
«Надо будет сказать ему, чтобы ходил в лес, а то сожрет тут всю зелень», — подумала она. А кусты эти, как уже поняла Марина, работали теперь неплохой изгородью, загораживая от нормальных людей выходки ее класса.
  
Глава 5
 
Второй завтрак вышел почти приличным. Под присмотром сурово глядящей с высоты крыльца учительницы молодежь чинно позавтракала, орудуя разномастными вилками-ложками. Тарелок на всех не хватило, и некоторым достались фарфоровые плошки для алхимических опытов, а сам картофель сложили в котел для зелий. Как заверил ее ушастый Леам, эти предметы слишком давно валялись без хозяина, чтобы на них могли сохраниться какие-то магические эманации.
Эльфенок вообще много знал об истории этого места. Пока он помогал учителю с разбором алхимического хлама, Марина осторожно порасспросила его и выяснила много интересного.
Например, что сам юноша вовсе не уголовник и даже не сирота. Он вместе с родителями успел эмигрировать из родной страны в самом начале травли магиков — задолго до того, как разразилась гражданская война. Поэтому его семья успела прижиться на новом месте и не так сильно ощутила на себе недовольство местных жителей. Тем более, что скромное семейство ушастых вело себя вежливо, работало хорошо, привилегий не требовало, да и выглядело более или менее по-человечески. Не считая острых ушей.
В новый класс Леама запихнули как раз-таки родители, поняв, что это единственная возможность для сына получить диплом за счет государства: с такими ушами во времена, когда беженцы всех раздражают, получить грант на обучение для мальчика было бы нереально. Леам признался, что собирается через пару месяцев перевестись в класс зельеварения и продолжить семейное дело. План звучал хорошо, и Марина даже вслух его одобрила.
А еще парень поведал ей историю их корпуса. Оказалось, ровно двести лет назад здесь жил в землянке один схимник, в мирской жизни — бывший лекарь. Место было удобным — и от деревни на расстоянии, и к церкви близко, и лес с рекой в зоне доступа. Деревенские быстро прознали, что он хорош во врачевании и повадились к нему ходить, а святой человек никому не отказывал.
Ходили сначала только из одной деревни, но слухи расползлись быстро, и начали подтягиваться страждущие со всего герцогства. Схимник понял, что без помощников ему с таким потоком не справиться. Тогда он набрал смышленых парней и стал обучать их травничеству, анатомии и алхимии — всему, что для врачевания требуется. И чтоб ребятам каждый день не мотаться туда-сюда, деревенские поставили схимнику и его ученикам избушку, почерневший остов которой Леам Марине даже показал.
Когда же к схимнику потянулись и прочие желающие изучать дело врачевания, тогдашний герцог понял, что из этого можно извлечь выгоду, и построил для отшельника этот вот корпус. Нанял ему в помощь простенький штат воспитателей, прачку, дворника, кухарку, купил нужные для обучения предметы и стал брать с желающих учиться плату. Большая часть шла на содержание самой школы — а иначе бы народ возмутился тем, что на святом человеке наживаются. Но и герцогу перепадало: немного, зато стабильно.