Монстры в Академии (СИ)
— И что они в нем нашли? — пробормотала Марина себе под нос, ошарашенно качая головой. — Урод же.
— Им в Академии скучно, — пояснил Леам. — Ни одного достойного противника. Я так понял, они с детства настолько привыкли к ежедневным боям, что теперь просто не понимают, как можно без этого жить.
— А-а, так они с ним подраться хотят? — сообразила Марина и устыдилась своего первого предположения. — Он же их покалечит. Такая гора мышц…
— Не факт, — протянул Леам. — Я слышал, они не лезут в схватки, в которых хотя бы теоретически не могут выиграть. Раз хотят, значит, надеются победить.
— Я так понимаю, за деньги? — уточнила Марина. — Ксавьер, можешь их отозвать? Магики и так в городе не на хорошем счету, зачем лишний раз акцентировать внимание на ваших особенностях?
К ее удивлению, мужчина не стал исполнять просьбу. Подумав немного, он покачал головой и сказал:
— Нет. Если хотят, пусть сражаются. Это лучшее, что они умеют в жизни: они были рождены для боя и иного не хотят. Пусть покажут себя у всех на виду там, где это не запрещено. Городу — зрелище, девочкам — деньги и восхищение. Если, конечно, победят. А если проиграют… лучше учиться будут. Хоть чему-нибудь.
Марина припомнила, с каким видом валькирии шили тапки. Определенно, мотивацией к учебе там и не пахло.
— И все же это очень опасно, — нахмурилась она. — Что, если они покалечатся?
— А какое Вам до этого дело? — грубовато уточнил Ксавьер.
— Я несу за них ответственность! — напомнила Марина.
— Нет, — мужчина покачал головой. — Вы несете ответственность за качество знаний, которые им даете. Если девочки хотят убиться — это их проблемы.
— Может из-за такого отношения друг к другу вы и оказались на обочине жизни? — слегка обиженно ответила Марина.
Ксавьер ничего не ответил. Только нахмурился и отвернулся. Марина хотела было сама пойти и остановить девчонок, но было поздно: похоже, они уже сговорились с организатором боев и теперь, скинув лишнюю одежду, лезли в клетку под одобрительные вопли оживившейся толпы. Работяги свистели в два пальца и улюлюкали при виде полуобнаженных женских тел.
— О, их вдвоем пустили! — фыркнул Леам. — Ну, вдвоем они его точно уделают. Можете не переживать, Марина Игоревна. Похоже, распорядитель боя ни разу валькирий в действии не видел.
— Или видел и просто хочет подогреть толпу, — сделал другое предположение Ксавьер. — Крис же говорил, что этот мужик здесь с утра, и до сих пор его никто не победил.
— Кстати, а где Крис? — спохватилась Марина, поняв, что гиперактивный демон уже давненько не подбегал к ней со всякой ерундой.
Они огляделись. Ни рядом с клеткой, ни подле Флокси и Касси рогатый чудик не наблюдался, и даже его радостные вопли ниоткуда не доносились.
— Последний раз я его видел возле лавки оружейника, — припомнил Леам. — Он там сцепился языком с одним из студентов Академии — ну, тем, который первым Уильяму магией в лоб зарядил, Финеусом.
— Возле оружейника гвардейский патруль был, — тоже припомнил Ксавьер. — Они там кирасы обсуждали.
— А Криса хлебом не корми, дай выпендриться, — начала волноваться Марина.
— Финеусу — тоже, — заметил Леам. — А у него папочка, говорят, работает где-то здесь, в герцогской канцелярии.
Марина и Ксавьер уставились друг на друга, явно подумав об одном и том же.
— Леам, остаешься за главного, — бросила девушка, разворачиваясь вслед за мужчиной. — Присмотри за девочками!
Они поспешили в обратную сторону.
***
Увы, демона там уже не наблюдалось. Они обошли весь рынок, заглянули даже в местные аналоги ресторанов — его нигде не было. Расспрашивать же прохожих было бесполезно: Криса видели все, а так как передвигался он по хаотичной траектории, то вряд ли такой способ выслеживания привел бы их к цели.
— Прогуляемся до герцогской тюрьмы? — спросил Ксавьер, когда стало понятно, что они идут по второму кругу.
— Главное, чтобы не до морга, — вздохнула Марина, покрепче хватаясь за его локоть: сейчас ей как никогда хотелось поддержки серьезного и надежного мужчины.
До тюрьмы они не дошли, застав городской патруль еще на подходах к ней. Причина, по которой доблестные гвардейцы так долго шли до места назначения, сразу стала ясна: демона неудачно перевязали веревкой, и у него были свободны обе ноги и одна рука.
Естественно, Крис этим вовсю пользовался, цепляясь за все подряд и всячески затрудняя транспортировку. При этом перевязать его стражники не могли: веревка у них, похоже, была только одна, и Крис затянул неудачный узел так, что теперь его можно было только отрезать. Так что стражникам оставалось только периодически грозить ему физической расправой. Но это помогало ненадолго: Крис шел метров десять, а потом опять принимался всячески препятствовать транспортировке. Судя по здоровенной шишке на лбу и распухшему уху, физическая расправа не охлаждала его пыл.
— Эй, уважаемые! — окликнула стражников Марина, подхватив слишком длинный подол учительской мантии и торопливо догоняя отряд. — Куда это вы тащите моего… моего магика?
— Простите, леди, но он заключен под стражу, — мельком козырнул ей командир.
— По какому обвинению? — спросила Марина, периферическим зрением оценивая состояние ученика: Крис признаков серьезных повреждений не показывал и явно обрадовался ее прибытию.
— Оскорбление высокопоставленного лица и нанесение этому уважаемому господину физических повреждений, — непреклонно постановил мужчина.
— Но мне сказали, что ваше «высокопоставленное лицо» начало первым! — деланно возмутилась Марина и с небольшим волнением покосилась на Криса. Тот активно и вполне серьезно закивал, подтверждая истинность ее предположений, а потом показал на небольшой синяк под глазом, который Марина не заметила при первом беглом осмотре.
«Наговорили гадостей друг другу и подрались, — восстановил картину действий внутренний голос. — Типичные подростки. Хорошо хоть, без доступа к интернету. А то еще и видео бы выложили…»
— Вы меня извините, леди…
— Марина Игоревна Калинина, преподаватель Академии, — строго представилась она, держа марку.
— Эм… — командир явно растерялся, не зная, как правильно укоротить эту фразу, чтобы не оскорбить леди, но и не проговаривать непонятную абракадабру ее имени. — Уважаемая госпожа, этот мальчишка посмел оскорбить сына господина Мейгрина. Обозвал его, простите за подробности, «сучонком» и «подлым выродком». А также сказал еще несколько слов, которые я в присутствии дамы повторить не могу.
— Мало ли, что мог сказать этот несчастный юноша, — тут же повернула разговор в другое русло Марина, поняв, что как минимум по статье «оскорбления» обвинения реальны, хотя наверняка и Крис вполне мог обвинить противника в том же, но его бы, увы, никто слушать не стал.
— Он умалишенный, — принялась врать Марина. — Много лет просидел в тюрьме и был выпущен оттуда по запросу Академии — для отработки на нем новых лекарских методик. А вы знаете, какими словами заключенные в тюрьме общаются друг с другом? Думаю, знаете. Что же удивительного в том, что других слов он попросту не знает?
— Простите, но если он умалишенный и передан под Ваш контроль, зачем же вы отпустили его в город? — нахмурился командир. — Он опасен для общества.
— Я взяла его в город, чтобы сводить к цирюльнику и постричь, — Марина ткнула пальцем в неряшливую прическу Криса. — И он убежал. А вы, стражи порядка, вместо того, чтобы помочь попавшей в сложное положение леди, отбираете у нее подотчетных магиков! Вы себе не представляете, как сложно найти настоящего демона для опытов!
— Хм, — командир переглянулся со своими ребятами. — Почему вы не обратились за помощью в поимке сбежавшего магика сразу? Мы бы, разумеется, оказали поддержку в поисках.
— Я обратилась! — нагло соврала Марина. — Сразу подошла к одному молодому человеку из ваших, но он лишь махнул на меня рукой и сказал что-то вроде: «Еще я на магиков свое время не тратил».