Неспортивное поведение (СИ)

Лили подняла руку.
— Ты имеешь в виду, что Эмерсон не может разговаривать с Санчесом?
Эмерсон закатила глаза.
— Нет. — Она повернулась к Лили. — Мы о-о-очень много «разговаривали» прошлой ночью… и сегодня утром… и днем.
Девочки тихо рассмеялись, а Лили нахмурилась.
— Так, все свободны. — Я помахала руками, и девочки разбежались в разных направлениях, чтобы придать конечные штрихи макияжу и доделать все, что не доделали. Например, пописать из-за нервов и нанести блеск для губ. Мы — черлидеры, и нам нужно сыграть свою роль.
Как ни удивительно, я была готова в рекордное время. Так же, как и Эмерсон, она одарила меня понимающим взглядом и кивнула в сторону коридора.
— Давай пройдемся.
— Чтобы завести разговор? — Я ухмыльнулась ей в ответ. — Тот, где ты говоришь мне быть осторожной?
— Ха! — Она подмигнула, ее яркие светлые волосы подпрыгивали за спиной с каждым бодрым шагом. — Конечно же, нет. Ты — большая девочка, а он — большой мальчик. Ты выглядишь счастливой. Я рада.
— Я и раньше была счастлива! — попыталась я.
— Нет, раньше ты была довольна, — возразила Эм. — Теперь ты… светишься.
— Не произноси слово «светишься». — Я покачала головой. — Его достаточно, чтобы слухи о беременности распространились еще до окончания первой игры.
— Кинси Ромонов! — Она толкнула меня локтем в бок. — Это совсем не то, что я имела в виду, и ты это знаешь. Хотя ты права, я буду следить за своими словами.
Я остановилась.
— Ты не… злишься?
Эм подняла руки.
— С какой стати мне злиться?
— Он… он был твоим парнем, твоим лучшим другом…
— Эй! — Эм подняла руки. — Сейчас же прекрати. Шесть лет назад, да, злилась, но сейчас у меня есть Санчес, и хотя я до смерти люблю Миллера, и всегда буду любить, Грант Санчес — мое будущее. Вот, блин, даже мне показалось, что это прозвучало как-то неправильно. — Она поиграла с гигантским драгоценным камнем на своем пальце.
— Так неправильно, что это правильно? — усмехнулась я.
— Он ужасно клевый. — Она радостно вздохнула. — И я только половину времени хочу его убить, так что это бонус, а вчера вечером он испек шоколадный торт.
Я застонала и похлопала себя по животу.
— В следующий раз прибереги кусочек для своей подруги.
— Я же не монстр! — Мы приближались к концу туннеля. — Я оставила тебе два.
— Вот. — Я схватила ее за руку. — Вот почему мы лучшие подруги.
— Думал, что я твой лучший друг. — Глубокий голос Миллера чуть не заставил меня выпрыгнуть из моих утягивающих трусиков. — Проклятье, Вафелька, ты мне уже изменяешь?
— Цыпленочек, я бы никогда не смогла, — ответила я.
Санчес и Джекс шли за ним.
Пока Джекс был готов задушить любого, кто говорил, Санчес стонал и похлопывал себя по животу.
— Пообещайте мне, что после игры мы поедим курицу и вафли.
— Назначаю поваром Эм. — Я указала на нее своими помпонами. — Она может приготовить что угодно.
— Решено. — Миллер осмотрел меня с ног до головы. — Ужин после игры.
Джекс фыркнул.
— Звучит ну очень весело.
— Приводи Харли. — Я скрестила руки на груди.
Все вокруг нас застыли.
Джекс попытался просочиться мимо Миллера, но Миллер схватил его за джерси и притянул назад.
— Ты ведь хочешь нам кое-что рассказать?
— Да. — Санчес потер подбородок. — Я думал, что вы, ребята, не говорили… что-то касательно… «чпокнуть и свалить».
— Черт возьми, ты переспал с ней и сбежал? — шокированное выражение лица Миллера совсем не помогло смягчить сердитый взгляд Джекса.
— А вы, девчонки, должны находится прямо сейчас здесь? — заметил Джакс. — Почему, черт возьми, вы находитесь в этом туннеле?
Я оглянулась и побледнела.
— Дерьмо! Мы с Эм разговаривали и вошли в левый туннель. Эм!
Она уже бежала обратно по туннелю вместе со мной. Несмотря на то, что игроки и черлидеры были словно маленькая семья, перед игрой беседы все еще не поощрялись.
Мы добрались до правого туннеля, прежде чем собралось большинство черлидеров. Я хрипло кашлянула, а Эм хлопнула меня по спине.
— Итак, Цыпленочек и Вафелька?
 
— Бывает, — произнесла я.
— А та ситуация с Харли?
Я вздохнула.
— Да я понятия не имею. Джекс отказывается об этом говорить, но вчера вечером у него был на шее засос размером с эго Санчеса… — Я пожала плечами. — Без обид.
— Должно быть, это был очень большой засос, — выдала она и обняла меня за шею. — Знаю, что у тебя сейчас много всего происходит, Кинс. Просто знай, что я здесь, если что, и думаю… этот год будет действительно хорошим.
— Спасибо. — Я почувствовала, как мое тело содрогнулось.
— За что? — Она нахмурилась, сжимая мое тело еще сильнее.
Я пожала плечами.
— Просто за то, что ты — это ты. Удивительная подруга.
— Ой. — Она отпустила меня и глубоко вздохнула, глядя на поле перед нами. Волнение толпы было похоже на электрический импульс, вызывавший у меня головокружение. Перед нами вспыхнули огни. — Ну и, спасибо, что взяла меня под свое крылышко в прошлом году.
— Типа я тебе была нужна. — Я сжала ее руку.
— На самом деле, действительно была нужна. — Эм положила голову мне на плечо, а затем шлепнула меня по попе. — Хорошо, давай сделаем это.
Я усмехнулась, воздух вокруг меня кружился и менялся.
Несмотря на болезнь моего отца и на ситуацию между Джексом и Миллером, я должна была признать, что что-то казалось насыщенным… другим.
Впервые за несколько недель.
Я хорошо себя чувствовала.
Что должно было стать предупреждением, в котором я нуждалась.
Если что-то поднять….
Оно всегда…
Всегда…
Падает вниз.
ГЛАВА 27
МИЛЛЕР
Предсезонная игра № 1
Тампа против Белвью
Домашняя игра
Любимая команда: «Смельчаки» Белвью
Джекс выиграл возможность первого броска после подбрасывания монеты.
Этот парень всегда выигрывал, когда подбрасывали монетки. Сначала мы кидали в первой половине игры, а затем принимали во второй. Часть плана игры «Смельчаков» заключалась в использовании нашей защиты, чтобы нападающие противника боялись, что дело дойдет до пассов, и это почти всегда срабатывало.
А во время игры с Тампой? Ну, первые две минуты они либо промахивались по мячу, либо бросали мяч так, что его легко можно было перехватить. Лютор был хорошим квотербеком. Он был в игре уже почти десять лет, но в его команде были дерьмовые ресиверы и молодые новички, которые любили игру… но еще больше любили славу.
Ходили слухи, что новички в команде Лютора устраивали вечеринки во время сезона, в то время как мы, были сосредоточены лишь на победе. Они тратили все деньги, которые зарабатывали быстрее, чем большинство команд.
Опять же, это было ничто по сравнению с командой Майами.
Эти ребята могли выйти на поле пьяные в хлам, и все-таки находили способ побеждать.
Я ненавидел команду Майами.
Все ненавидели команду Майами.
Слава богу, мы не будем играть с ними, пока они не попадут в плей-офф.
В четвертый раз объявили мяч вне игры, у меня просто руки чесались от желания надеть мой шлем.
Было чертовски трудно не смотреть в направлении Кинси, но я знал, что если посмотрю, то потеряю всякую концентрацию, поэтому сосредоточился на игре и сказал себе, что позже будет еще много времени.
— Ты готов к этому? — Санчес встал слева от меня, а Джекс — справа.
— Ждал весь год.
В четвертый раз объявили мяч вне игры, и Тейлор, вайд ресивер, пропустил мяч, практически позволив одному из наших ребят его перехватить.
Джекс выругался.
— Этому чуваку нужны ресиверы получше.
— Или настоящие защитники. — Я надел шлем.
Джекс фыркнул и опустил взгляд на траву.
— Хочешь провернуть один трюк?
Санчес протер руки.
— Боже, я люблю футбол.
Я заколебался.
— О каком именно трюке мы сейчас говорим?
Джекс надел шлем.