Любовь по ошибке (СИ)

- Лен, на тебя так вкусно смотреть, когда ты ешь, - подколол Кирилл. - Самому уже не обязательно.
- Вот зараза! - пробурчала я с набитым ртом. - Мне стыдно, но за мегрельский хачапури я, возможно, родину продам. Мне просто пока никто не предлагал, так что точно не уверена.
- Тогда я знаю, куда мы пойдем в следующий раз. В «Хачапури и вино» не была?
- Нет. Но слышала.
- Ты, вроде, говорила, что у тебя дедушка сочинский грек. Это из тех краев любовь к кавказской кухне?
- Наверно. Хотя в Сочи я больше двадцати лет не была. А в Грузии вообще никогда. Пока дедушка был жив, мы с родителями каждое лето к нему ездили. А с сестрой у мамы сложные отношения. У них разница в возрасте четырнадцать лет, да и вообще какие-то терки. Я, правда, хотела как-то с Тимкой к ней съездить, но она свою квартиру с апреля по ноябрь отдыхающим сдает, а сама на даче живет.
Интересно, что разговор этот был как бы на двух уровнях. На поверхности - ничего не значащая болтовня о том, что на язык пришло. Глубже - о нас. Без слов. Взглядами, интонациями. Пожалуй, такого со мной еще никогда не было. А еще никогда не было ощущения, чтобы с самых первых встреч, и как будто знакомы очень давно. Всего вторую неделю? Не может быть!
- Лен, прости, надо идти, - Кирилл посмотрел на часы, а потом в окно. - Черт, да там дождь льет. Только что ведь солнце было. У тебя зонт есть?
- Сразу видно понаехавшего, - отомстила я за «вкусно смотреть». - Питерцы без зонта из дома не выходят. Даже не глядя в прогноз.
Конечно, идти под одним зонтом, тесно обнявшись, - в этом была своя прелесть. Но левый бок все равно вымок, как и ноги в открытых туфлях. Потихоньку начало знобить.
- Ты не заболела бы, - забеспокоился Кирилл. - На работу сейчас? У меня еще полчаса есть, отвезу тебя.
- У меня там босоножки запасные. И обогреватель, высушу все.
В машине я скинула мокрые туфли, Кирилл включил печку, направив обдув в ноги. Стало тепло и уютно - и жаль, что ехать всего ничего. Да, с моей Буратинкой не сравнить. Как сказала Ирка, «в этой машине пахнет деньгами». Я вообще неровно дышала к «Ауди», потому что училась ездить на «сотке», но машина Кирилла стоила дороже моей квартиры, и класс чувствовался в любой мелочи.
Не имело смысла строить из себя мисс Бескорыстие. Да, были времена, когда я верила, что любовь превыше всего и что с милым рай в шалаше. Но появление ребенка, от которого отец отказался еще до рождения, быстро избавило от иллюзий. По крайней мере, я перестала осуждать женщин, которые выходили замуж без особых чувств, чтобы только обеспечить ребенку достойную жизнь. Сама я предпочитала для этого впахивать, как лошадь, но ведь мне и не приходилось оказываться в таких обстоятельствах, когда пойдешь на что угодно.
И все же стоило признать: вряд ли я по-настоящему заинтересовалась бы Кириллом, окажись он... ну не знаю, водителем маршрутки, к примеру. Или рядовым менеджером. Возможно, мне должно было быть стыдно за свою меркантильность, но нет. Не было. Я не отрицала мимолетных отношений, в которых мужчине достаточно быть качественным самцом. Но для чего-то серьезного способность обеспечить семью и увлеченность своим делом в моей системе координат значили очень много.
- Согрелась хоть чуть-чуть? - спросил Кирилл, остановившись напротив нашей конторы, благо оказалось свободное место.
- Немного, - я с сожалением нашарила туфли. - Жаль, что так близко. Ехала бы и ехала.
В этом тоже был двойной смысл. И то, что не хотелось вылезать снова под дождь и ветер. И. совсем другое. Говорить о чем вслух, наверно, было бы слишком рано.
Он посмотрел на меня, и столько в этом взгляде оказалось всего. Заглушил двигатель, резко притянул к себе. Коробка передач мешала, но это уже не имело значения.
Это были совсем другие поцелуи. Не как в парадной или в парке. После таких обычно начинают раздевать друг друга, не взирая на место и время. Одна пуговица блузки, вторая. Грудь вдруг оказалась в его ладони, как будто это было самое привычное для нее место, и сосок туго сжался под пальцами. Меня снова начало знобить, только теперь уже не от холода. Живот налился нетерпеливой горячей тяжестью.
 
Хорошо хоть стекла тонированные. Никогда не занималась сексом в машине, да еще на людной улице.
Впрочем, до этого не дошло. Так же резко Кирилл оттолкнул меня и откинулся на спинку, тяжело дыша.
- Лен, иди уже, иначе я за себя не ручаюсь.
- Застегнуться хоть можно? - проворчала я, с трудом проглотив слюну. Пальцы дрожали и никак не могли просунуть пуговицы в петли.
Кирилл повернулся ко мне, и. да, мы снова начали хохотать, как два идиота. До слез. Как в первый вечер, когда выяснилось, что он не Вениамин, а я совсем не та Елена.
- Ты меня просто с ума сводишь. - он покачал головой и вытер глаза.
- Взаимно, - я поцеловала его и тут же отодвинулась, пока все не началось по новой. Взяла сумку, зонтик, открыла дверь. - Счастливо!
- Пока!
Перебежала дорогу, едва не угодив под машину - было бы обидно! Постояла на крыльце, стряхивая воду с зонта. Посмотрела вслед синей «Ауди». Поежилась на ветру, вошла внутрь.
- Такой сильный дождь? - спросила Светка, глядя на мокрый бок моего плаща. - С ветром?
- Угу, - рассеянно кивнула я. - Задувает.
  
28
 
Кирилл
По идее, после эротической сцены в машине голова должна была полностью отключиться, предоставив приоритет другой части тела, перетянувшей на себя кровоснабжение. Но, на удивление, нет. Наоборот - сработало как допинг. Может, по пути в офис и кипело еще в крови, как от кессонной болезни, но в кабинет я вошел вполне в ясном сознании. Гормональная встряска? Черт его знает.
Люба и Игорь ждали в приемной. Первый раз я пригласил их в кабинет вдвоем, вот так, явно. Дав понять всем, что смена власти не за горами. На секунду стало смешно. Прямо как государственный переворот в банановой республике. Но тут же расхотелось смеяться, когда вспомнил, какие деньги на кону. Не «Газпром», конечно, но и не сигаретный киоск в деревне. Далеко не киоск. А уж с учетом дарьяловского проекта...
- Что слышно в королевстве? - поинтересовался я, закрыв дверь и отключив от греха подальше селектор. - Что говорят по поводу скоропостижного вылета Стаса?
- Правильно говорят, - усмехнулся Игорь. - Может, про Катьку сразу и не прочухали, а теперь смекнули, что процесс пошел.
- «Которые тут временные? Слазь! Кончилось ваше время», - процитировала Люба Маяковского. - Тотализатор устроили, кто следующий на вылет. Вадик - фаворит, разумеется.
- А сам он что?
- А сам он не так давно пришел. Пока неясно. Затихарился.
- Ладно, будем надеяться, Дима всех вынесет, - я посмотрел в окно, за которым продолжало поливать. - Другой вопрос - где новых людей брать. Обновить верха - это не секретаршу уволить. Люба, что по главбуху?
Мы обсудили возможные кандидатуры на будущие вакантные должности среди своих, прикинули, не удастся ли сманить кого-нибудь от конкурентов.
- Кстати, Кир, нам надо сменить банк, - вздохнула Люба. - Да, очень геморно, но иначе мы с этой гидрой не справимся. Я подозреваю, Макс с Вадимом прикормили там кого -то из среднего звена, кто помогал и помогает мухлевать. Возможно, Макс до сих пор по этой схеме от нас что-то тянет. Сразу мы все это обрубить, конечно, не сможем, но постепенно надо переносить счета в другой банк.
- Я думал об этом. Возможно... еще раз - возможно, у нас будет новый проект. Очень серьезный. И под него мы как раз откроем новые счета. А там посмотрим.
 
- Это то, о чем мы думаем? - едва заметно улыбнулся Игорь.
- А мы ни о чем не думаем, Игорь Валентинович. Ни мысли, ни полмысли. И тем более, об этом не говорим. Хорошо поняли? Не дай бог!
Закончив с ними, я открыл в компьютере карту области, нашел окрестности Выборга, еще раз рассмотрел участок в самом большом увеличении. Дороги, подъезды, рельеф. Если заполучить его под стройку, да еще со стартовой инвестицией - нереальное, фантастическое везение. Как будто душу дьяволу продал и не заметил.