Волки и Клинки (ЛП)

Правда, на данный момент моим лучшим вариантом был Львиное Сердце. А что-то мне подсказывало, что бабуля его не одобрит.
 Глава 6: Эль… 
Я вышла от бабушки и направилась через весь город в «Эль и осёл», чтобы встретиться с Куинном. Паб находился недалеко от штаб-квартиры в районе Мэрилебон, и туда частенько наведывались агентство.
Подойдя к старому зданию, я обратила внимание на вывеску. На ней был изображен осел в цилиндре, пьющий эль. А над ним, неброско выгравированные, значились инициалы С.М. - буквы, заключенные в круг: Суровые Мастеровые. Тайные сыскные службы Ее Величества охватывали множество территорий, но наше подразделение, Общество Красного Плаща и Капюшона, было единственным, кто держал в узде сверхъестественное. Но кто сдерживал нас? Где-то в высших эшелонах находились Суровые Мастеровые - тайное общество, чье название произносилось шепотом, личности были засекречены, а деятельность еще более скрытна. Уже не в первый раз я задавалась вопросом о таинственных покровителях моей организации.
- Клемени! - окликнул меня Аллен, бармен, и поставил на стойку кружку биттера2. - Зашла позавтракать?
Я усмехнулась. Я нередко заходила в паб по пути на дневные совещания - и обычно я тогда только-только вылезала из кровати.
- Если бы. Я вообще ещё не ложилась. Куинна видел?
- Сегодня - нет.
Я вытащила маленькие дамские карманные часы, которые прятала в кармашек на жилете. Уже давно пробило три. Я нахмурилась и взяла кружку.
- Спасибо, - кивнула я, кладя на стойку монету.
Заняв место в углу бара, откуда открывался лучший вид на дверь и окно, я достала адрес, который дал мне Львиное Сердце. Адрес находился в заводском квартале вниз по реке. Такое место было скрыто от посторонних глаз и давало стаям достаточно пространства для любых готовящихся ими махинаций. Я достала из сумки личные дела и положила их на стойку. Пролистала анкеты членов гильдии и тех, кого похитили. Там было не так уж много интересного. Среди похищенных были талантливые ремесленники и алхимики. Профессор Пакстон, судя по всему, специализировалась на болезнях. Но они упустили профессора Джеймисон, которая, согласно моим записям, была ведущим ученым в поисках алкагеста - универсального растворителя, способного расщепить любую материю на составные части.
Я откинулась на спинку стула и постучала пальцем по бумагам, потягивая напиток. За чем охотились Сирил и другие волки? Что они делали?
Я перевела взгляд на фреску, нарисованную над баром. Там была изображена сцена из пьесы «Сон в летнюю ночь» Шекспира. Персонаж Основа с головой осла в окружении других ремесленников, изображенных в пьесе, смеялся и пил. Персонажи комедии, сам драматург и общество - все они были как-то связаны друг с другом. Но каким именно образом, никто, казалось, не знал — или, по крайней мере, не говорил. Даже Элиза Грейсток с самого нашего знакомства держала язык за зубами.
* * *
Мне было восемнадцать, когда агент Грейсток — миссис Элиза Грейсток, как я ее тогда называла, — зашла ко мне домой на полдник с моей бабушкой. Хотя я пыталась сидеть с ними, улыбаться и быть вежливой молодой леди, какой мне следовало быть, я чувствовала беспокойство с самого начала визита. Я снимала с полки книгу за книгой, всегда поглядывая при этом в окно, встревоженная человеком, который слонялся по улице совсем рядом.
Тогда я не знала, чем на самом деле занимается агент Грейсток. Она сказала бабушке и мне, что работает на правительство, не более того. Но в тот день я узнала правду о ней — и обо мне.
Перепробовав по меньшей мере дюжину романов, справочник, Библию и брошюру об охоте на птиц, я уже собиралась поискать на книжной полке еще одну книгу, когда замерла и ещё раз выглянула в окно.
Шарманщик и его ручная обезьянка — которая казалась слишком большой, чтобы быть обезьяной, и была одета в странную маленькую накидку — остановились возле нашей квартиры почти час назад, как раз в то время, когда прибыла агент Грейсток. Мне это показалось странным, учитывая, что квартира бабушки находилась немного в стороне от главного проспекта. Кроме того, шарманщик за это время не сыграл ни единой мелодии. Он просто стоял с висящей на шее шарманкой, а его огромная обезьяна терпеливо сидела на бордюре. Все это было... странно. И каждый раз, когда я смотрела на эту парочку, у меня возникало странное покалывание в ладонях. Я прислонилась к стене и наблюдала за ними.
 
Позади меня бабушка и агент Грейсток, закончив сплетничать обо всех общих знакомых, начали убирать тарелки.
Я нахмурилась, глядя на парочку на улице, и меня охватило странное чувство тревоги, заставившее желудок сжаться. Я вдруг почувствовала, что агент Грейсток не должна выходить из нашего дома прямо сейчас.
- Миссис Грейсток, - произнесла я, надеясь отвлечь ее на несколько мгновений, пока не пройдет чувство тревоги. - Шарманщики - распространённое явление в городе?
Агент Грейсток, нёсшая в руках чашку с блюдцем, остановилась и посмотрела на меня.
- Прости, Клемени, что ты имеешь в виду?
- Снаружи стоит мужчина. Мужчина и обезьяна. Он похож на шарманщика, но он ни на чем не играл, а его обезьяна уже сколько времени сидит неподвижно. Просто… В этой парочке есть что-то странное.
Я снова перевела взгляд за окно.
Обезьяна встрепенулась и посмотрела на меня. Глаза у нее были поразительного желтого оттенка.
Я услышала, как звякнул за моей спиной фарфор в руке агента Грейсток. Она аккуратно поставила чашку на стол, подошла ко мне и, нежно взяв меня под локоть, вытащила пистолет из потайного кармана своего платья.
- Миссис Грейсток, - прошептала я в ужасе.
- Тссс, - она приложила палец к губам, успокаивая меня, и выглянула из-за занавески. - Когда они здесь появились?
- Сразу после того, как вы приехали. В их поведении есть что-то очень странное. Может быть, это прозвучит безумно, но я готова поклясться, что в них есть что-то неестественное.
Агент Грейсток прищурилась, глядя на парочку, затем повернулась и перевела взгляд на меня.
- И часто ты замечаешь такие вещи?
- Я..., - начала я и замолчала. По правде говоря, такое случалось действительно часто. Я знала, когда у других зарождались дурные намерения; я чувствовала, когда мне не следует ходить по определенной улице; я понимала, когда у мужчин возникали опасные мысли; я замечала, когда что-то казалось неправильным или неуместным; я ощущала боль, когда видела животных и детей в опасности. Я всегда слишком много чувствовала, слишком многое замечала. Однако по большей части я считала, что у меня просто слишком бурное воображение. - У меня действительно хорошее чутье на некоторые вещи.
Она улыбнулась мне и похлопала по руке.
- Это не обезьяна. Это маленькое существо - гоблин. А тот человек - его голем. Прошу прощения, я отойду на минутку. И было бы прекрасно, если бы ты смогла отвлечь Фелицию. Я сейчас вернусь, - сказала она и направилась к двери.
Совершенно сбитая с толку, я направилась обратно на кухню, где бабушка вытирала посуду.
- Бабуль, у нас еще остались пирожки? - спросила я, разглядывая коробку с выпечкой.
- Ты наконец-то проголодалась, девочка моя?
- Просто умираю с голоду. И ещё были маленькие бутербродики, они остались? - спросила я, прекрасно зная, что их больше нет.
Бабушка рассмеялась.
- Ох, моя Клемени, я же велела тебе поесть, но ты была так занята, избегая разговора, что пропустила ужин. Моя дорогая Элиза, я вернусь через минуту, - крикнула она в гостиную.
Бабуля, полностью отвлеченная моими просьбами, даже не заметила, что агент Грейсток не ответила. И хорошо, что она отвлеклась, потому что спустя несколько мгновений с улицы донёсся оглушающий грохот.
- Бабушка, у нас есть джем из инжира? Я бы с удовольствием попробовала его с чеддером.