Карра для Лаки (СИ)
— Доброе утро, родная! — чмокнула она меня в щеку. — Поприветствуешь гостей? Там жена чиновника по особым поручениям!
— Не-е-е… — покачала я головой. — Ты сама прекрасно справляешься. Выглядишь потрясающе!
— Спасибо, — улыбнулась она, усаживаясь на стул рядом.
Я проводила взглядом вишенку, поспешно исчезающую во рту у мамы.
— Не смотри так жадно! Позавтракать не успела, — оправдывалась она, вытирая руки о полотенчико и исследуя мой завтрак внимательным взглядом — он мне совершенно не нравился. — Ты выглядишь печальной.
— Только не оладушек.
— Попроси добавку, — пожала она плечами и придвинула себе блюдо с моими кексами.
— Мам, я влюбилась!
— Не новость! — не оставила она мою еду в покое. — Новость. Новость. Мне нужно их поразить и влюбить в себя! Что можно рассказать? Об убийствах опасно. Не всем может понравится. Может о...
— Я влюбилась в него еще в самом начале золотого месяца!
— Или о... О-о-о... — протянула она, хлопая длиннющими ресницами и глядя на меня круглыми глазами. — О! И как зовут этого несчастного?!
— Ты меня не любишь, — утащила я кексики обратно, а ей придвинула пудинг. — Лаки Акферд. Он целитель.
— О таком не слышала, — моментально потеряла она интерес и проявила его к пудингу. — А Уолсан не ругается?
— Не, ему Тэя покоя не дает.
— Несчастные дети, — взглянула она на меня, прекращая жевать.
Я знала этот взгляд и знала, что услышу дальше, поэтому взяла ее за руку и проговорила, улыбаясь:
— Не надо отговаривать папу. Он, кроме Уола, никого наследником своего детища не видит. Квинфы тоже ни за что не упустят возможность состояние приумножить. А мы с Уолом неплохо ладим и обязательно справимся.
— Ох, Каррушка, — потянулась она к моему стакану. — Даже не знаю, как тебя счастливой-то сделать. Но если могу хоть немного, то сообщи мне, бесценная моя.
— Я счастлива! Я тебе потом о Лаки столько всего расскажу, — пообещала я, но скривилась, понимая, что о нем ничего и не знаю. Он на все вопросы о себе отшучивался, сказки сочиняя, — Наверное.
— Тогда не печалься, если счастлива, — широко улыбалась она, поднимаясь со стула. — Золотце мое, мне пора возвращаться к гостям.
Меня осенило идей всего за секунду. Строгий, но обожаемый папа уехал на все мои каникулы! Мама заговорила о моем счастье, и она никогда мне не откажет!
— Я хочу в Эвинер! — воскликнула я, останавливая ее на выходе из столовой.
— Но с кем и на сколько? Для чего тебе?..
— На экскурсию к друзьям! — перебила я и даже вскочила, подбежала и удержала ее за тонкие ручки. Уговаривать надо сейчас, пока она к гостям спешит! Не отпускать, пока не согласится! — Они у меня замечательные! Самые лучшие! Почти, как Ялси и Агнети, но только там одна девочка. Ее Вэйла зовут! Она... — а кто она? — Брюнетка красивая такая и... Мама, пусти, а? — а если так? — Пожа-а-алуйста.
Лаки — умничка! Его «пожалуйста» работает на полную!
Через пару часов я носилась по комнате, скидывая вещи на кровать. Рания укладывала их в огромную сумку и советовала, что еще нужно взять с собой. Мне готовили экипаж и все необходимое для комфортной дороги. Для всех в особняке Карра Скойлок ехала изучать и покорять столицу! Ан нет. На самом деле я ехала узнавать, кто такой Лаки Акферд.
— Балида двенадцать, — пробормотала я, прекрасно помня адрес: — Какого кутюрье вы мне посоветуете, Илтэлла Акферд?
Глава 18. Беззащитность Лаки
В предрассветное время даже на центральной столичной улице не было ни души. Многоквартирный дом с миниатюрными балкончиками и добротным ремонтом подыгрывал окружению сонной тишиной. Однако окно на третьем этаже портило всю общую картину. Тонкий ледяной узор покрывал стекло и мерцал от танцующего огонька свечи.
Лаки сидел в своей комнате, закинув ноги на стол. В эту ночь он не прибегал к сонному зелью, решив немного поддаться бессоннице. В руке он держал зеленую шелковую ленту и поглаживал ее большим пальцем. Тоска по Ринет давно осталась в прошлом, но недавно ему пришлось вспомнить ее. В его мыслях мелькала догадка, что Озрин мог быть причастен к ее смерти.
Удивительно красивая девушка жила недалеко от главного ресторана Акфердов. Сначала Лаки восхищался ею издали, провожая взглядом, если видел на улице. Со временем она заметила его внимание и однажды ответила улыбкой, заставляя сердце Лаки замереть. Самоуверенному подростку не требовалось больше никаких приглашений для знакомства. Уже на следующий день он звал Ринет по имени, стоя под окнами ее дома. Спустя неделю не осталось ни одного места на территории Акфердов, куда не привел бы ее Лаки, желая еще раз увидеть восторг в зеленых глазах. Она любила читать вслух и шелковые ленты в волосах. Часто использовала их вместо закладок, расплетая волосы и позволяя Акферду наслаждаться прикосновениями к ним. Ринет пленила его своим умом, рассудительностью, завораживающим спокойствием и нежным голосом. Пока она любила журчание ручья в парке, Лаки любил ее и постепенно стал ненавидеть любой шум. Тихий голос своей девушки он предпочитал слушать в тишине. Из-за Ринет он налег на учебу и стал многим интересоваться. Чувствуя неуверенность в себе и желая убедиться, что она никогда не заинтересуется другим парнем, Лаки делал все, чтобы стать лучшим для нее во всем: прогулки, беседа, поцелуи и предугадывание ее желаний. Она смеялась над ним, разгадывая любые намерения и вынуждая стараться еще больше. Лаки с каждой секундой любил ее сильнее, восхищаясь и ее сообразительностью тоже. Вот только в сообразительности и уме девушки таилась опасность для нее самой же.
Ринет часто интересовалась у Лаки его жизнью. Ей было любопытно, как он проводит время, пока они не вместе. Тогда еще он не умел лгать, поэтому не выдержал и прямо попросил не спрашивать. Несколько раз Ювен предупреждал его, что девушка пытается разузнать у него об опасных делах. Лаки прощал ей все. В то время он не умел грубить девушкам. Особенно ей. Семью Акфердов не интересовала личная жизнь младшего сына, а он не стремился ею хвастаться. Не удивительно, что он не ожидал увидеть Ринет в компании Озрина.
В тот летний вечер Лаки не собирался скрываться, наблюдая за ними с улицы. Он вошел в ресторанчик и остановился возле их стола. Его решение было простым: если Ринет не уйдет самостоятельно, тогда он ее утащит насильно. Вот только старший брат предложил присоединиться, ошеломляя Лаки. После совместного ужина девушка призналась ему, что пыталась узнать об Акфердах побольше и Озрин ей все рассказал. Она не сразу восприняла услышанное всерьез, не сразу смогла успокоиться, узнавая неприкрытую правду о своем любимом. Однако через пару часов нашла для всего логичные объяснения и рассуждала обо всем спокойно. Восхитительная Ринет приняла Лаки, зная все о нем. С тех пор, ему казалось, что ее любовь к нему даже усилилась. Она о многом спрашивала с хладнокровным интересом и получала самые подробные ответы и разъяснения, на которые Лаки был способен. Единственное, что он запрещал ей и из-за чего между ними случались скандалы — убийства. Ринет хотела увидеть все своими глазами. Ее пытливый ум требовал пищу. После ссор она часто исчезала на день или два, но позже все равно возвращалась к нему, оставаясь жить у них с Ювеном на пару дней. После очередной ссоры она пообещала ему, что больше не вернется и, громко хлопнув дверью, ушла. Ринет сдержала обещание.
Неделю спустя Лаки сидел в разгромленной комнате, скинув вещи Ринет в кучу, и задавался вопросами. Что ему делать дальше? Как теперь жить без нее?
Затуманенный горем разум очень быстро подкинул другие вопросы. Виноват ли он в ее смерти? Что она делала на территории давних врагов Акфердов в позднее время?
Вскоре, когда горе перешло в печаль, Лаки осознал, что его лицо никому из врагов толком неизвестно. Даже не все соклановцы могли бы его узнать. Следующие вопросы рвали Лаки душу. Откуда враждебному клану было известно, кто попал им в руки? Почему именно Озрин холодно обвинил его в смерти Ринет? Теория брата едва не свела с ума Лаки: после ссоры Ринет отправилась к тем, кто позволил бы ей то, что запрещал излишне заботливый и занудный парень.