Поездка за город. Том 1 (СИ)
— Это хорошо, потому что круг мы сейчас делать не станем. Делайте, что успеете, только быстро и осторожно. Перчатки не снимать, герметичность костюмов не нарушать, — девушка достала пистолет, сняла его с предохранителя. Глядя на нее, ученые быстро переглянулись. — Эндрю, приглядывай за камышами справа. И не дрейфь: задняя полусфера на мне.
Молодой боец с удивлением присвистнул и рассмеялся.
— Слушаюсь, мэм!
— Будет тебе, нахал. Пошли.
Полянский нагнулся и загреб в контейнер песка, потом вошел по щиколотку в воду и начал химичить со сложным герметичным замком.
— Смотрите осторожнее, — заметила Астрид, приглядывая за колышущейся по левую руку заводью. — Там могут быть провалы в дне.
— Уже нашел один такой, — улыбнулся химик, поворачиваясь. — Вон там, около сержанта. Темное место, дна не видно даже с берега. И пузыри идут.
— Пузыри?..
— Ну да, притом много! Наверное, рыба, или…
Какое еще предположение хотел сделать химик, они так и не узнали. Зато наверняка выяснили, кто же выпускал пузырьки воздуха.
С мощным всплеском, словно кто-то бросил в пруд кирпич, над поверхностью показалась потемневшая, сгнившая местами лошадиная голова. Сквозь поломанные черные зубы, из глотки существа торчали два пальцеобразных отростка, оканчивающихся тонкими, словно спицы, когтями. Из боков и брюха свисали многосуставчатые конечности, которыми тварь невероятно быстро загребала воду. Покрасневшие от крови и гноя глаза лошади безумно вращались, из раскрытой когтистыми пальцами глотки вырвался дикий вой.
— Эндрю, огонь! — завизжала Астрид. — Огонь!
Сарин не растерялся. Он развернулся, вскинул автомат, попятился и начал стрелять. Но существо оказалось слишком быстрым. Всего несколько секунд назад оно выбралось из своей подводной норы, и вот сгнившие черные копыта и истекающие грязью клешни уже загребали мокрый песок.
— Назад всем! — вскинула пистолет Аллерсон. — Назад!
Хикс завизжала, вцепившись в руку Астрид и мешая прицелиться. Норнберг выронил контейнеры, споткнулся и плюхнулся в мутную воду, погрузившись с головой. Аллерсон видела, что к нему уже приближаются выбирающиеся следом за зараженной лошадью твари. Зато Полянский не растерялся. Вытащив пистолет, он кинулся помогать биологу, паля по приближающимся к нему уродам.
Астрид услышала, как ожила радиосвязь. Ожила — и расцвела паническими криками, отрывистыми командами и смачной бранью.
— Контакт!
— Враг! Враг, сука!
— Где, тля?
— Веду огонь!
Заросли и камыши вокруг пруда вдруг затряслись, зашлись, словно в лихорадке, судорожным движением. Среди лилий и осоки замелькали бурые с прозеленью бока, по воде полился чудовищный вой.
— Огонь, огонь! Из реки лезут!
— Кусты справа…
— Из реки, мать их!..
— Из кустов тоже!
Астрид оттолкнула Хикс, кинулась вперед, остановившись только на границе песка, открыла огонь. Она целилась по глазам и суставам лезущих отовсюду уродов, стараясь ослепить их и перебить конечности. Но тварей становилось слишком много. Они все перли и перли — десяток, два. Пока до них оставалось несколько метров, но дистанция стремительно сокращалась.
— Огнеметы сюда!
— Живее! Запалите кусты на хрен!
— Слева!.. Слева смотри, чудило!
Полянский и Норнберг брели к берегу, тяжело расталкивая ногами воду. Астрид садила совсем рядом с ними, стараясь отвлечь самых резвых монстров.
Аберрант-лошадь ползла по берегу, а Сарин стрелял. Он уже разрядил целый магазин, вщелкнул второй и передернул затвор, когда сочащаяся слизью и кровью мерзость вдруг согнулась и криво, боком, скакнула вперед.
— А-а, черт! — завопил мужчина, зажимая спусковой крючок.
Воющая тварь рухнула перед ним, перекатилась, сбила его с ног, подмяла под себя.
— Сарин ранен!
— Перенести огонь! Перенести огонь, пока оно его не выпотрошило!
— Фланги держите! Льюис, Джонни — на тылы!
— Вытащите меня! Вытащите-е меня-я!!!
— А-а-а, суки!
К пруду подскочили Солмич и еще трое надзирателей, свинцовый ливень обрушился на возвышавшуюся над Сарином голову твари, на ее раздутое тело. Аберрант дергался и выл, но длинные и самые опасные его конечности располагались ближе к конскому заду и животу, и не могли достать до сержанта. Сарин кричал, стараясь вытащить ноги, и беспрестанно стреляя. Пули вгрызались в тухлую плоть и брызгали на бойца темными фонтанчиками. Его лицевой щиток уже почти весь покрылся вязкой кровью.
— Контакт на два часа! Еще один… три! Три урода!
— Да вытащите вы меня! Господи! А-а-а!..
Сарин заорал, на секунду оглушив Астрид. Помехи превратили его крик в хрипящий апофеоз страданий. Лошадь-аберрант, вобрав в себя не меньше сотни пуль, наконец-то согнулась, затрубила дурным голосом, и рухнула прямо на молодого сержанта. Торчащие при этом из ее рта когтистые пальцы под весом туши пропороли резиновый слой на бедре и глубоко ушли в ногу бойца.
— Ранен! Сарин ранен!
— Характер ранения?!
— Параграф двадцать! Сарин — параграф двадцать!
— Нам надо валить! Надо на хрен валить!
— Хантер! Где гребаный пулемет?!
— Вы слишком низко, орудие не опускается.
— Мне плевать! Стреляй, сукин ты сын!
— А-а-а! — орал Сарин. — Нога! Мне порвало ногу!
— У нас боец с двадцатым параграфом! — голос Солмича, наконец-то, изменился. Стал холоднее и жестче. — Мы уходим! «Европа» пусть догоняет!
— Мы уже здесь, лейтенант!
К пруду на скорости подлетело исцарапанное, залитое чем-то вязким багги. На песок спрыгнули двое Екатеринбуржцев, с ходу оросили пляж огнем. Водитель — Медведь — стрелял прямо из авто, Кот же вскочил за стационарный пулемет и накрыл линию берега длинной неэкономной очередью.
— Боже мой!!! — агония Сарина достигла апогея, он корчился под сдохшим тяжелым монстром и визжал так, что заглушал даже радиопомехи. — Нога!!! По-мо-ги-те!..
Екатеринбуржцы пробежали Астрид и Хикс, влетели в воду, помогли выбраться Полянскому и Норнбергу и чуть ли не на себе потащили их к вездеходу.
— «Герион», мы отходим! — крикнул Солмич, в очередной раз перезаряжая автомат. — Несем потери, твари прибывают! Надо валить!
— Отступайте, — холодно ответил голос Каравценко. — Живо.
— Господи! — орал Сарин. — Помогите же мне-е!
— Уходим все!
— Они что, бросают его?! — закричала Хикс, снова цепляясь за Аллерсон. — Они хотят его бросить?!
— Пойдем, — затравлено озираясь, Астрид потянула девушка за собой. — Скорее пойдем!
— Что?! Да ты с ума сошла!
Хелен вырвала руку, достала пистолет, сделала шаг к извивающемуся Сарину.
— Хелен! Стой! Куда ты поперлась, дура?!
Хикс не ответила.
— Астрид! — прокричал, пробегающий рядом Актер. — Надо валить, Сестричка! Жопу в руки и — вперед!
Аллерсон чертыхнулась, рванулась с места, догнала Хикс, рывком развернула ее к себе.
— Угомонись, черт подери! — заорала она, приблизившись к психологу так, что они стукнулись шлемами.
— Ему надо помочь!
— Он уже мертв!
— Да пошла ты!
Хикс снова дернулась, потом еще сильнее, толкнула Астрид в грудь.
Вокруг ревели автоматные очереди, аберранты уже заполонили часть берега и теперь удерживались на расстоянии только пулеметом Кота. От его перчаток валил пар, раскаленный ствол орудия шипел.
— Моя нога!.. — хрипел Сарин.
Твари уже окружили сержанта, он пытался отстреливаться из пистолета. Автомата видно не было.
Хикс развернулась и попыталась побежать. Астрид подскочила к ней и со всей силы ударила девушку в живот. Лишенный кевларовой защиты участок костюма пропустил удар, Хелен подавилась воздухом, жалобно заскулила и согнулась. Аллерсон подхватила ее за талию, с болезненным стоном взвалила психолога на плечо и, покачиваясь, побрела к «Гериону».
— Хрен ли вы тут еще делаете, черт вас дери! — заорал пробегающий рядом надзиратель. Выругавшись, он развернулся, хлопнул по плечу так же драпающего напарника. — Стоять, Блейк! Кроем гражданских, огонь на подавление! Давай!