Первый шаг Некроманта. Том 2 (СИ)

Репнин повертел в руках один из ножей и скучающе бросил его на стол.
— Будь добр, забери свой хлам — у меня сейчас встреча с купеческой гильдией, некогда с тобой возиться. Всего доброго… как там вас?
— Артём Барятинский.
— Ага, да, до свидания, господин Бурятинский.
  
Глава 2
 
Химера
 
— Барятинский, — поправил я его, — фамилия моей семьи — Барятинские, — f для пущей наглядности ещё и повторил.
— Вы сейчас что издеваетесь?
— Ни в коем разе, — спокойно ответил я, — я дворянин и уважаю себя, а если вы готовы это оспорить, что ж дуэльная площадка всегда к вашим услугам.
— Ишь какой прыткий, — вытерся полотенцем Репнин.
— Какой есть, Ваше Сиятельство.
— Может, тебе не в купцы с такой удалью подаваться, а на фронт? А то в кабинетах вы все храбрые, — сузил глаза князь, в нëм сквозила выправка военного, да и в целом многое указывало, что в своë время всякого повидал.
— Уже, — ответил я ему. — Отъезжаю в Вологду через пять дней, решил привести дела в порядок.
— Хм, — задумчиво постучал пальцами по столу глава города, — молод ты больно, боевой опыт есть?
— Имеется, — кивнул я, — участвовал в зачистке Бреши под Муромом.
— Ладно, Артём, ты не серчай — думал, стушуешься, уйдёшь. Годков тебе мало, а ответственности и возни с вами выше крыши. Ко мне каждый день какого только народу не заходит.
— Понимаю.
— Но что прикажешь с тобой делать? — Репнину было за пятьдесят: короткая стрижка с пробором влево, высокий лоб, седые волосы и борода с усами-качелями, на виске отчётливо пульсировала венозная жилка, а под глазами раскинулись внушительные мешки от недосыпа. Статус и высокое положение не спасали от переработок, даже некроманты не помогали.
На груди у него висел орден Святого Александра Невского за особые заслуги перед отечеством. Этот значок даровал своему владельцу кратковременный физический барьер на одну минуту. Награды в Российской Империи — это не просто знаки отличия, но и сильнейшие артефакты, созданные зачарователями церкви Клирикроса. Они очень сложны в изготовлении и поговаривали, что там использовался какой-то особенный ингредиент, подконтрольный только святым отцам.
— Вместе с тобой заявку на лавочку подал ещё один кандидат, — наконец ответил Репнин, — из уважаемой купеческой семьи, ему я склонен доверять больше, чем вам, молодой человек.
По сословным принципам меня должны были пропустить вперёд как дворянина, но здесь особый случай, так как наличие статуса не гарантировало щедрых налоговых отчислений в казну. Плюс мой возраст…
— Но у вас есть какое-то предложение? — догадался я по нерешительности, с которой он посматривал на меня и хмурился. — Не сомневайтесь, если это не что-то порочащее мою честь — возьмусь выполнить.
Репнин тяжело вздохнул.
— Это задание слишком опасно для вас, но если согласны рискнуть — место будет ваше и с гильдией тоже похлопочу.
— Я слушаю.
— У нас тут гостит один немецкий некромант — Карл Лазаревич, химеролог с дипмиссией от Скандинавского союза. Он проводит научную работу. Вчера случился казус: одна из химер ночью сбежала, ранив его помощника. Сообщили, что она напала на крестьянскую телегу у въезда в Клязьминский лес. К счастью, никто не пострадал. Мы ведём поиски, но пока безуспешно. Сможешь еë найти, получишь бронь.
— Одно уточнение: живой или мёртвой доставить?
Репнин рассмеялся.
— Вот она сила молодости, ну или святая простота, — вздохнул он в конце. — Карл никаких инструкций не давал по этому поводу. У меня вообще сложилось впечатление, что ему всë равно — сбежала одна, ну так слепим новую, велика потеря, — собеседник сделал задумчивую паузу. — Если бы не нападение на человека, я бы и не шелохнулся — один чёрт сдохнет в лесу. В общем, не церемонься с ней. Не нравится мне всë это… Так, — он быстро достал листок бумаги и макнул перо в чернильницу, — вот адрес, можешь отправляться прямо сейчас. А теперь прошу извинить, у меня скоро важная встреча.
Я откланялся и ушёл.
— Ну что там? — нетерпеливо спросил Феликс, вылезая вперёд всех, ведь это касалось его в большей степени, чем остальных.
 
— Будет тебе лавка, но надо поработать для начала. Так, бери Егорку и Семёна — займитесь поиском подходящего под аренду помещения. Вот деньги, — я протянул торгашу пятнадцать тысяч, — пока не снимай, просто держи руку на пульсе — когда дам отмашку, сгоняешь, всё сделаешь. Ну и к ценам присмотритесь… Хотя кого я учу? Ты и сам всё знаешь — в общем, задание я вам дал, идите. Вы двое, — я кивнул бойцам Ярополка — охраняйте этого рыжего дурака, а то он любит себе неприятностей на одно место искать.
Воины послушно кивнули и, держась на расстоянии, последовали за Феликсом. Не хотелось бы, чтоб его ограбили в столице губернии, а с химерой мы и втроём справимся.
До некролаборатории добрались за два часа, проехав почти весь город и насмотревшись на местные достопримечательности. Здесь было в достатке гостиниц, всяких кабаков, трактиров и прочих увеселительных заведений, куда любили захаживать уставшие с дороги путешественники.
«Наверное, и борделей пруд пруди», — вскользь подумал я, и ждать долго не пришлось — после поворота за угол нарисовалось трёхэтажное здание без вывески. Сейчас оно было закрыто, а те немногие сонные барышни, что оттуда выходили, потягивались и зевали, изредка задирая пропойц, ошивавшихся неподалёку.
Лабораторией оказалось аскетичное здание из красного кирпича. Это был каменный квадрат с затемнёнными окнами и крышей, огороженной колючей проволокой. Вокруг железными штырями оскалился забор, а охрана из немцев-копейщиков сосредоточенно смотрела на всех проходящих.
«Ну, ещё бы, выделываются после побега, раньше надо было зыркать».
Нас пропустили внутрь, когда я предъявил бумажку с подписью Репнина. Правда, предварительно осмотрели и попросили сдать оружие на входе. Я пожал плечами и кивнул Ломоносову с охранником, чтобы слушались. Внутри было холодновато. Обычно так не должно быть, но, похоже, тут какой-то особый температурный режим, чтобы трупы раньше времени не разлагались.
Пока шли по коридору, я слышал из комнат звуки домашних и диких животных: хлопанье крыльев, рычанье, блеянье, рыки и яростные удары лапами о железную решётку. Помещения были пустые, потому эхо хозяйничало повсюду.
— Ви от кого? — резко повернулся ко мне мужчина в халате с закатанными рукавами, обе руки у него выглядели как у старика, но самому ему не больше тридцати, высокий, под два метра ростом, но чрезвычайно худой и с квадратными чертами лица.
— Вы Ларазеривич? — спросил я его.
— Допустхим.
— Я по поручению Репнина, зашёл узнать про вашу сбежавшую химеру… Чёрт! — я чуть не выругался, когда мимо меня прошёл козёл с человеческой головой.
Рваный ободок на шее, был зашит грубыми нитками, а края уже начали отмирать.
— Это несовершхенный модэл, — заметив мой интерес, сказал химеролог.
— Деньги есть — Иван Петрович, денег нет — поганый сволочь, аха-ха-ха! — прокричала голова, глядя на меня, но в глазах не читалось смеха или радости от сказанного.
— Она умеет говорить? — я нагнулся поближе, пытаясь понять, как некроманты соединилм кровеносные сосуды и заставили мозг нормально работать.
— Яа, но айн кляйнес бисхен, чушуть
— Деньги есть — Иван Петрович, денег нет — поганый сволочь, аха-ха-ха! — снова закричал «козёл» и, разбежавшись, попытался удариться лбом в стену, но на него тут же напрыгнули ассистенты Лазаревича.
— Деньги… Петрович…сволочь… — пыхтела разбушевавшаяся химера, пока её привязывали на цепь и засовывали в рот кляп, чтобы не мешала благородным господам беседовать.
— Бывший чиновник, — ответив на немой вопрос, повернулся ко мне работник, — осуждён за взяточничество. Всё равно бы казнили, чего добру пропадать? — он говорил почти на чистом русском и словно искал у меня оправдания. — А так человечеству ещё послужит.