1000 и 1 жизнь 5 (СИ)

— Мы отвлеклись, но это моя вина, каждый раз, как доходит до этой Макгуайр, так меня аж трясет, — чуть дернула головой Меган.
Какие-то травмы времен начала экспансии?
— В общем, имей в виду, если еще раз на такое пойдешь, оживляй кресла так, чтобы от тебя было не отличить.
— И в чем разница?
Они остановились перед кораблем, высившимся безжизненной громадой металла. Все же корабли — это лишнее, подумал Сергей, инерция мышления, тупик, в который, куда ни глянь, упиралась традиционная магия в космосе. Порталы, телепорты, индивидуальные скафандры, переброска грузов прямо в точки назначения, вот будущее.
— В том, что она глава отделения СИБ, а ты персона нон грата в Империи, и все это можно прямо трактовать, как измену и предательство интересов страны. Так-то она у себя может хоть со слоном трахаться, лишь бы дела делались, так что твой компромат с креслом…
— Бесполезен?
— Нет. Дай мне запись, и я распространю ее, подмочим репутацию. Но вот из кресла своего она не вылетит, в отличие от сцены, где она с усердием отсасывала бы врагу Империи, понимаешь?
— Так уж и врагу, — проворчал Сергей. — И что, безопасники остальных держав тебя не дергают?
— Дергали, пытались завербовать, куда же без этого. Но только свои, родные, сумели так выбесить!
— Или выбесили как раз потому, что они родные?
— Прошу прощения, но вы уже обсуждаете работу? — раздался на общем канале гортанный голос. — Если да, то не буду вам мешать.
Меган махнула рукой, мол, ну ее, эту пышку, только настроение испортила и начала подниматься.
— Генрих, покажи уважаемой Меган Филипс, нашу установку телепортации, — сказала, словно скомандовала Мария Кох.
Мускулистая фройляйн, нет фрау, вроде самой Меган. Ручищи, способные таскать литровые кружки пива, прямая спина, грудь, разрываемая одеждой, и суровые серые глаза.
— Третий муж, бестолков немного, но сами понимаете, медовый месяц, — сказала Мария, словно громыхнула железной бочкой. — Летаем по планетам, разыскиваем разные местные грибы и растения, для силы крови Рода, попутно я пишу книгу о кулинарии в космосе. Уже направлялись домой, но услышали о вас, глава Гарольд, и решили завернуть на Луну.
Она взяла сигариллу и прикурила щелчком пальцев. Аромат вишни поплыл по кают-компании. Мария села напротив Сергея, чуть облокотилась о стол.
— Нет-нет, установка и правда сломалась, просто решили совместить, раз выпал такой случай, — пояснила она, правильно истолковав взгляд Сергея.
— А просто позвонить?
— А вы бы стали общаться?
Сергей подумал. Дым и аромат вишни плыли по салону. В подсознание вторгались схемы артефактов, ощущения самой Марии Кох, Сергей отодвинул их, понизил чувствительность. Опять проблемы от мощи, в который уже раз.
— Нет, не стал бы, — признал он. — Да и местные представители Священных Родов сами меня избегают.
— Это как раз понятно, — небрежно отозвалась Мария, вздыхая так, что казалось пуговицы сейчас отлетят в разные стороны, — ветер наверху еще сто раз может измениться, вы вывернетесь, а им припомнят общение с изгнанником. Позор, конечно, так оглядываться на императора, словно Священные Рода растеряли свои вольности, но здесь обычно представители младших ветвей трутся, сами понимаете.
— Надо полагать, это та часть, где вы предлагаете мне себя в любой позе и с любым превращением, а потом пытаетесь перетянуть на сторону Германии? — вдруг прорвало Сергея.
Наверное, и сам отчасти виноват, вдруг подумал он. Аукнулся прошлый образ повесы и раздолбая, из США. Либо все та старая история с воспитанием у простаков всплывала. Или от мысли, что место первой жены свободно, у всех резко отключался мозг и включалась течка.
— Матерь с вами, Гарольд, — отмахнулась Мария. — Третий муж, медовый месяц, к чему мне еще и вы? Нет, вы мужчина импозантный, а эти зеленые глаза, м-м-м, я бы вам дала без обязательств, но с главами священных родов без обязательств не бывает. Или союз, или сделка, или подчинение, а к чему мне это?
— Свершилось чудо, — вознес глаза к потолку Сергей.
 
— Совершите еще одно, переходите под руку кайзера Вильгельма.
— Чтобы уйти одному, мне потребовалось бы перестать главой Рода.
— Но вы же и так перестали бы им быть, в случае становления императором?
— Императором. А не непонятно кем на чужбине.
— Но теперь-то Кристофер Фейн вас не пропустит, — спокойно парировала Мария, — а правая рука кайзера — это почти что кайзер, тем более что Вильгельм уже не молод. Источник вам дадут или отберете силой, обоснуете новый род, деяние не менее легендарное в наши дни, чем подвиги героев прошлого. Или перебирайтесь целиком, всем Родом, а то и кланом.
Все затраты будут компенсированы, понял Сергей недосказанное.
— Но это же прямая война.
— Когда Лонгхэды сгинули, а Чопперы ушли? Нет, Фейн побоится. Да, у вас Гамильтон, но у нас Хофманн.
— Вы же сейчас не сами это придумали.
— Нет, со мной связались из Берлина и попросили… передать.
А к Луне они повернули не совсем добровольно. Казалось бы, впору радоваться и кричать «вот оно!», но увы, предложения вербовки и перехода ожидались, а интересовало Сергея несколько другое. Но в интересах дела он сделал вид, что задумался и колеблется.
— Слишком большой вопрос, чтобы вот так его решать. Я подумаю.
— Подумайте, — улыбнулась Мария. — Мы полетим дальше, но меня попросили также.
Она извлекла из декольте визитку, теплую, душистую, протянула Сергею.
— В любом поселении Священной Германской Империи предъявите ее и вас проводят к представителям Кайзера.
— Я подумаю, — повторил Сергей.
Но хотя бы обошлись без секса и покушений, уже небольшой плюсик им.
  
Глава 13
 
Сергей потянулся к своему карману расширенного пространства. Словно в темной комнате, но знакомой до последнего миллиметра, он протягивал руку и брал вещь, точно зная, что она лежит там. Не видя, но зная. Если же брать применительно к текущей ситуации, то уместнее была бы аналогия «протянул руку и взял, не глядя, инструмент из ящика».
Магическая сосна для проводимости, стальная основа для крепости и принятия чар, сплав золота и серебра, в пропорции 2 к 1, для работы с тонкими преобразованиями. Сергей направил двадцатисантиметровую палочку, аккуратно подал энергию, ощущая себя то ли сварщиком, то ли обладателем молекулярного сшивателя из фантастики.
Оплавленные края на месте стыка электронной платы и артефакта начали восстанавливаться.
— Удобная вещь этот карман, — заметил Штайнер, висевший рядом.
Перед ним в вакууме парил многофункциональный тестер с экраном, как у мелкого телевизора. Щупы и зажимы тестера касались, как магической части, так и электронной, по экрану пробегали волны и точки. Прямоугольный брусок «скафандра» на поясе пополнился двумя собратьями, «кубиком захвата», страховкой, которая удерживала работников возле громады портала, и «шариком подгузника», как его прозвал Сергей.
«Шарик очистки», также именуемый «туалетным», просто впитывал в себя все биологические жидкости и отходы в определенном радиусе, поэтому для применения его просто совали в трусы, а потом гадили под себя. Использованные шарики (также снабженные индикаторами и батарейными отсеками) затем сдавались на переработку, где из них извлекали органику, пускали ее в дело, а сами шарики возвращались в оборот и снова использовались по назначению.
Применялись они и в домах, но там все было замаскировано под традиционные туалет и душ: один артефакт генерировал воду, другой собирал ее после использования. Некоторые, опять же ради экономии, просто «обтирались шариком» и это считалось нормальным. Разумеется, в подобных «пустотных» работах или длинных перелетах на кораблях шарики были практически обязательны, а разнообразие форм артефактов ставило целью возможность безошибочно наощупь отличить любой из них.
— Разве не сделали массовых карманов? — спросил в ответ Сергей, продолжая водить палочкой.