1000 и 1 жизнь 5 (СИ)

— Ты хотел меня казнить на глазах у всего мира! — выкрикнул Сергей, все еще играя напуганного.
Кровь почти закончила растекаться по всему телу, но Сергей все равно выжидал, в стычке с Владыкой могло пригодиться каждое мгновение.
— Только в противоборстве Любимцы растут над собой и посмотри, как ты прибавил в силе! Ты помог мне, а теперь я хочу помочь тебе! Передать свой опыт, огранить твою силу, чтобы ты стал самым могучим магом этого мира! Стал выше Гамильтона, Хофманна и Фламеля! Стал выше меня!
Сергей изобразил колебания, затем словно бы решился, сделал несколько шагов, убирая метровую «защитную оградку» из камня вокруг. Даже руку протянул, словно собираясь коснуться Владыки — хотя тот предусмотрительно висел в воздухе поодаль.
— Я…
Несколько шагов перешли во взрывные прыжки и бег, с могучим финальным толчком. Одновременно с этим озеро-ядро внутри Сергея выбросило алую, взрывную волну роста. Тело его вспухло и раздалось, покатилась волна превращений и увеличения роста. В голове крутилась сцена превращения в Халка из одного из фильмов, а сам Сергей мчался, удерживая взглядом Владыку, словно гипнотизируя его.
Рывок, еще, как учил Грег — взрывное движение на коротких дистанциях. Чем-то это напоминало старты в легкой атлетике, с той лишь разницей, что в школе Одноглазого к ним добавлялись еще уклонения, увороты, прыжки и перекаты, в совокупности с короткими телепортами. Импульс-посыл Меган, но та и сама уже сообразила, ставила запрет своей силой крови.
Свою ошибку Сергей понял в могучем прыжке ввысь. Нельзя было магией создать нечто, имеющее абсолютный иммунитет к магии. Но и кровь великанов рвала его в разные стороны, заставляла тело увеличиваться до пятиметрового могучего гиганта, и где взять на это плоть, кроме как создавая ее из собственной (или чужой) магии, Сергей просто не представлял.
Скорее всего даже псевдопревращение — вначале в копию великана, потом в оригинал — не помогло бы, ведь там и там была задействована магия. Владыка все равно успел, часть потолка рухнула прямо на Сергея-великана и тут-то его и придавило бы, если не осознание мгновением ранее.
Размеры и прочность великана, но в то же время и отсутствие их неуязвимости, а значит оставшаяся способность к магии, пускай сила ее и уменьшилась многократно. На огромные глыбы камня все равно хватило, ведь это было всего лишь камень — Владыка атаковал так, как привык на войне сражаться с великанами, без прямых ударов магией.
Глыбы разлетелись водой, а Сергей прорвался через завесу, почти, почти дотянулся до Владыки, который все равно успел отлететь в сторону. Кубик захвата ударил Убийцу в ногу, и Сергей дернул за эту магическую нить, швыряя тело к себе, используя его как опору и одновременно с этим швыряя вниз, в камень пола пещеры. Вот этого Владыка не ожидал, и Сергей дотянулся, стиснул его в огромной ручище.
Магические щиты хрустнули, как яичная скорлупа, и тело Владыки тоже хрустнуло.
Одновременно с этим руку Сергея-великана и грудь его словно пронзило тысячей острейших клинков, раскаленных, отравленных и с зазубринами на лезвии. Какое-то проклятие из числа незнакомых Сергею и мгновение спустя он ощутил, как магия и жизнь утекают из него через эти клинки, но.
Но он привык к боли в плену инков, привык действовать через нее и через слабость.
Ручища продолжила сжиматься и Владыка испугался на мгновение, запаниковал — они все еще продолжали находиться в воздухе, продолжали смещаться куда-то под инерцией полета самого Владыки и прыжка Сергея-великана. Вспышка магии, сломанный запрет на перемещения и вскрик Меган, и одновременно с этим снова отвратительный хруст.
Великаны не могли колдовать, и Сергей ударил остатками своей человеческой магии, швырнул проклятие ослабления, даже не успев увидеть, сработало оно или нет, так как в тоже мгновение Владыка Смерти исчез. Сбежал, оставив в ручище Сергея-великана свою левую руку и, кажется, часть плеча.
— ГР-Р-Р-РЫА-А-А-А-А!!! — вырвался из его груди вопль боли.
Сергей начал падать и вослед ему падал потолок пещеры, так как великанский могучий рёв стал последней каплей, удерживавшей его от падения — после того, как Владыка бесцеремонно вырвал оттуда несколько огромных кусков.
 
Стоило бы откатить жизнь, но Сергей не знал, сумеет ли в следующий раз достать Владыку.
Пожалуй, стоило переоценить опасность Руперта Огра, сочетания великана и магии.
— Гарольд! — вскрик Меган.
Он падал и превращался обратно, пытался сразу запустить трансформацию в дракона, но ничего не выходило. Меган тоже было плохо, очень плохо и вовсе не из-за разделения боли Сергея через их связь. Грубый слом запрета ударил по ней и силе крови, словно Владыка физически заехал ей кулаком под дых.
Сергей попробовал отрешиться от боли, но тут же на практике осознал разницу между проклятием и обычной раной. Ничего не выходило, и он все же запаниковал на мгновение.
Дар легкой смерти пришел еще быстрее, чем обычно.
Магические щиты хрустнули, как яичная скорлупа, и тело Владыки тоже хрустнуло.
Сейчас бы выдохнуть ему в лицо драконьим огнем, подумал Сергей, нанося удар. Просто удар, головой об голову Владыки. Одновременно с этим руку Сергея-великана и грудь его словно пронзило тысячей острейших клинков, раскаленных, отравленных и с зазубринами на лезвии. Какое-то проклятие из числа незнакомых Сергею и мгновение спустя он ощутил, как магия и жизнь утекают из него через эти клинки, но.
Голова Владыки дернулась, окровавленная и он потерял пару мгновений, за которые Сергей довел дело до конца. Тело Владыки хрустнуло и лопнуло, дернулось, пытаясь исчезнуть, и не смогло, так запрет силы крови Филипсов все еще продолжал действовать.
Нет, сила крови Меган в тот момент превозмогла ослабленного, раненого Владыку.
Зубы Сергея-великана вонзились в язык, обрывая рык боли. Потолок все равно словно раскачивался, угрожая рухнуть от малейшего колебания — например, от удара огромного великанского тела о камень. Обратная трансформация без попыток превращения в дракона и одновременно с этим использование утекающей из тела через тысячу невидимых ран магии. Сила крови и призыв к себе кровавых книг, выброс магии в сторону Меган и накачка ее силой.
— Уноси нас!
Хватило даже крика, чтобы потолок начал падать. Сергей уменьшался, подхватил окровавленный ком тела Владыки, ощущая, что в нем чего-то не хватает. Не стоило обольщаться, Владыку уже неоднократно убивали и каждый раз он возрождался, словно и правда повелевал смертью.
Щиты, вдруг понял Сергей, одновременно с навалившейся усталостью и болью, щиты от призраков и душ.
— Гарольд, держись!
Меган скинула запрет — без второго удара по силе крови, с дополнительной подпиткой она успела прийти в себя и смогла нормально колдовать. Все вокруг скрутилось в огромной воронке и Гарольд-Сергей, тело Владыки, тело Убийцы, куча книг и сама Меган оказались наверху, прямо в гуще жаркого боя.
Ровно за мгновение до того, как камень и развалины дворца под их ногами начали проваливаться.
— Проклятие! — Сергей повалился оземь и его выгнуло болью.
Непонятно было, услышали его или нет, все вокруг грохотало выстрелами и взрывами, от бункера остались только развалины, а половина орудий и чарометов превратилась в обломки. Нисс кидался заклинаниями, Уве стрелял с двух рук, а Дэвина лечила окровавленную Зосю, с неба сыпались бомбы и ответная магия, все тряслось, включая землю под ногами, собирающуюся окончательно провалиться.
Опыт, бесценный опыт плена инков, включая воспоминания о боли там и желании отомстить. Превращение обратно в человека помогло, магия все еще хлестала из Сергея, но теперь ее было столько, что немного времени до полного пересыхания озера-ядра у него имелось.
Что-то громко выкрикнула Меган.
Ярость и желание мести, боль и мысли о том, что он убил Владыку, пылающий шар магии вырвался из озера-ядра, покатился по нему, превращая в дракона и одновременно с этим сразу же запуская драконье пламя на самого себя. Сергей орал от боли, выдыхал пламя, колотился всем телом, разносил камень вокруг хвостом и рвал что-то зубами, по сути, сжигая сам себя изнутри.