1000 и 1 жизнь 5 (СИ)

Что уж говорить про два сражения в столицах якобы независимых империй?
— А-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха, — вдруг рассмеялся Кристофер Фейн, откидываясь в кресле. — Что я говорил?
— Да-да, поэтому ты император, а я твой помощник, — с кислым лицом проворчал Джозеф, протягивая ему магическую монету.
Сергей чуть нахмурился, да и кому бы понравилось такое?
— Ну, ну, не надо сердиться и сверкать молниями в глазах, — примирительно сказал император, отсмеявшись и убирая руку от глаз. — Все было по-настоящему, не волнуйся, никто тебя не разыгрывал, просто мы поспорили, догадаешься ты или нет. Ты не догадался, но тем убедительнее отыграл свою роль и сведения добыл и Владыке вон как хвост прищемил, так что справился, справился.
— Но не с тем, судя по всему, — медленно произнес Сергей и вздохнул. — Конечно, настоящие заговорщики сидели на Земле и поэтому ко мне никто в космосе не подлетал?
— Конечно, — ответил император, становясь серьезным. — Как строить заговоры против власти и ловить ее на слабостях, если ты находишься вдали от центра этой самой власти?
Сергей снова нахмурился, по его мнению, именно так и следовало строить заговоры — вдали от власти, чтобы ничего не заметили.
— Тогда это уже мятежники или те, кто лает вдалеке от бессилия, — покачал головой Кристофер. — Нет, Гарольд, самые опасные люди — это те, кто рядом с тобой, те, кто может ударить тебе в спину, потому что может дотянуться. Хорошо, если среди них есть такие, как Джозеф, к кому действительно можно повернуться спиной, не опасаясь удара. Так что вот тебе еще урок, цени тех, кто даже во власти остался тебе другом.
Он помолчал, словно вспоминая друзей и предателей, Сергей и Джозеф ждали. Сергей просто ждал, а вот Фокс, похоже, хотел заняться кристаллами и получить еще отчет о дырах в системах безопасности, скорее всего затем, чтобы тут же проверить соседей на предмет таких же.
— Заговорщики очень обрадовались твоем изгнанию и ход с отбытием в космос оказался просто гениальным, они уверились, что ты изгнан далеко и надолго. Приподняли свои головы, тут-то мы их на пару с Альфредом и отстригли, а-ха-ха-ха! Тряхнули стариной!
— Я все еще считаю…
— Да, да, Джозеф, я рисковал, твои умельцы справились бы лучше, но не забывай, со мной был Гамильтон!
Который активно помогал императору убивать заговорщиков на месте, понял Сергей. Поди отомсти ректору БАМ, ага, вспотеешь и помрешь скорее. Кристофер Фейн, стало быть, доверял ему безраздельно, раз буквально поворачивался спиной и позвал с собой — надо полагать, император изображал беспомощного старичка, без особой охраны, чтобы заговорщики быстрее вылезли. Да, понял Сергей, со своими подозрениями в адрес Гамильтона и ушедшей к Владыке и его слугам информации о состоянии Гарольда Чоппера, можно было даже не высовываться.
Нет, император может и выслушал бы, но попросил бы доказательств, а их не было.
— Однажды Гамильтон ошибется, — проворчал Фокс, — все-таки давно уже не мальчик.
— Ему на смену подрастает Гарольд! — радостно провозгласил император. — У нас два мага мирового уровня, заговорщики разгромлены, Владыка и один из его ближайших приспешников убиты, так что пусть все утрутся со своими претензиями! Подумаешь, пару дворцов поломали, да кучку голожопых негров прибили, ха, пусть радуются, что им столицы не уничтожили! Сами виноваты, нечего было укрывать Владыку и его слуг, и сотрудничать с ними, верно? Думаю, это дело надо отметить!
Рядом появился слуга, на подносе его стояла пузатая пыльная бутылка и три наперстка.
— Вино Освобождения, — пояснил Фейн, отсылая слугу прочь, — заложенное сразу после нашей победы. Лучшее вино Лонгхэдов, все эти годы настаивавшееся в источнике. Так что пейте аккуратно и сразу закусывайте, а то с одного наперстка можно опьянеть.
— Кому ты это рассказываешь?
— Гарольду, конечно, — тут же ответил император. — Он молод, полон сил и потому самоуверен. Скажут потом, что император будущего зятя отравил, чтобы любимую внучку замуж не отдавать.
— Глупости какие, — вырвалось у Сергея. — Вы же сами предложили руку Кристины!
 
— Ты знаешь, я знаю, Кристина знает, — ответил император, разливая вино по наперсткам.
Тягучий, пыльный аромат магии поплыл по комнате, дурманя одним лишь запахом. Это смахивало уже скорее на магический наркотик, а не выпивку.
— А люди и простаки они охотнее всего повторяют глупости и чужие выдумки, можешь считать это еще одним уроком. Правде никогда сразу не верят, а вот всяким глупостям запросто! За Мать-Магию!
Они выпили и тут же закусили, благо еще один слуга притащил поднос. Тоже что-то магическое и нейтрализующее, нет, растягивающее во времени воздействие, понял Сергей. Пожалуй, это можно было бы сравнить с сексом, его последствиями для женщин, оказавшихся с Сергеем. Заряд магии, вышибающий мозги, если не ядро.
— Второй положено за Британию, но думаю, сегодня мы выпьем его за Гарольда! Гарольда — победителя! Гарольда — мужа, во всех смыслах!
— У меня там еще три жены в очереди, — заметил Сергей словно невзначай.
— И рождественский бал-приём для Священных Родов на носу, — чуть прищурился Кристофер. — Тебе же не нужен алтарь и соитие для заключения брака?
— В целом нет.
— Вот и молодец! Тогда совместим, а заодно покажем всему миру, что Гарольд Чоппер не в опале более! Предлагаю выпить за это!
И они выпили.
25 декабря 1992 года, дворец императора, Лондон
— Сы… милорд Гарольд, — Пегги Курс смутилась и низко поклонилась.
Сергей удержал ее, крепко обнял и сказал в ухо.
— Вы навсегда останетесь для меня мамой, Пегги, равно как и Барри всегда будет моим братом. Спасибо, что заботились и защищали меня все эти годы.
Пегги отошла в сторону, прикладывая платок к глазам и счастливо улыбаясь. Она не была магом, но даже без новообретённой и сейчас молчавшей интуиции, ощущались счастье и гордость Пэгги. Сергей не стал нарушать момента вопросами о школе и секс-просвете Парри Тука, тем более что там наверняка там имелся простой ответ, вроде «мы хранили вашу девственность милорд Гарольд для возвращения в Род» или что-то в этом духе.
Он посмотрел на будущих жен.
Кристина едва заметно притоптывала ножкой от нетерпения, Люсита озиралась с любопытством, Бетти тихо и скромно ждала, издалека восхищаясь Гарольдом, Меган стояла, скрестив руки на груди, готовая дать отпор любому, кто нападет. Дураков не находилось, но она все равно пребывала настороже. Гости прибывали, смотрели с любопытством, но подходить никто не спешил.
Почти никто. Или даже не почти.
— Поздравляю! — Дункан крепко пожал руку, похлопал по плечу.
— Тут ты должен пообещать открутить мне голову, если с твоей сестренкой что-то случится! — хохотнул Сергей.
— Я знаю, что с ней все будет в порядке, — Дункан подмигнул и отошел.
— Я рад, что у вас все получилось, Меган достойна только самого лучшего, — сказал Честер Филипс.
Сергей вспомнил о его влюбленности в Меган и разговор как-то не задался. Брат Барри и дядя Альфард, еще старшие Чопперы, Рода — союзники Чопперов, Белинда Лагранж, маги подходили и поздравляли, словно и не было никакой опалы.
— Милорд, — тихо произнесла Дэбби, кланяясь.
— Милорд, — повторила за ней Гефахрер.
— Дядюшка, — присела Оливия.
Стоило бы поговорить с Дэбби, но и это Сергей отложил на потом. О’Дизли и конечно же сам Гамильтон, лично доставивший сюда всю эту толпу из Академии.
— Благодарю вас, что присмотрели и не дали в обиду моих, — низко поклонился ему Гарольд.
— Это мой долг, как ректора, — ответил Гамильтон.
Сергей посмотрел на него пристально, почти в упор, но так и не смог понять, знает Альфред или не знает, выдавал информацию Владыке или не выдавал. Столько времени и встреч прошло, столько жизней оказалось потрачено, а он словно и не приблизился к выполнению миссии ни на шаг. Когда останется меньше ста жизней, нападу открыто, решил Сергей. Гамильтон посмотрел, словно прочитал эти мысли, но сказал о другом.