История "не"мощной графини (СИ)
– Если вы не против, я бы взглянула на них, – улыбнулась ему.
– Конечно, госпожа! – мужчина небольшого роста и довольно опрятного вида, скрылся за шторой, ведущей в кладовую.
– Здесь все так дорого, – вздохнула Инесса, – но зато качество отменное, – кивнула она, одобряя мои траты. – Льюису будет удобно в обновках.
– Надеюсь на это, – мое внимание привлекли аккуратные штаны-шаровары, собранные на щиколотках завязками.
– Вот, госпожа, – торговец разложил на прилавке несколько пар обуви, схожих по внешней форме, но разных цветов. – Сапожки, конечно, не дешёвые, но удобнее вам не сыскать, поверьте. Готов дать гарантию, – продолжил хозяин лавки, – на ногах ребенка не появится ни одной мозоли. Если таковое и случится, я заменю товар, но на моей памяти это было лишь единожды.
– Будьте любезны, – я обернулась к замеченным штанам, – их заверните.
– Есть такие же, только темно-зеленого цвета, – кивнул мужчина.
– Отлично, давайте, – в груди носился ураган эмоций. Невероятно хотелось как можно скорее нарядить Льюиса во все новое.
– Какой расцветки? – спросил хозяин лавки.
– Обе, – улыбнулась ему. – Заверните нам, пожалуйста, обе расцветки, а к ним те выбранные три рубахи, два жилета и про исподнее не забудьте. И еще вот эти двое сапожек.
Торговец, явно не ожидавший столь крупной покупки, на секунду растерялся, но потом быстро смог взять себя в руки.
– Конечно! – низко склонился он. – Сию же секунду все запакую!
Ушло совсем немного времени на то, чтобы выбранные вещи были аккуратно завернуты в бумажные свертки и обвязаны крученой веревкой.
– Госпожа, – лавочник держал в руках купленное мной, – если вы позволите, мой сын донесет ваши покупки до экипажа.
– Спасибо, – ответила я, не зная, как сказать, что экипажа-то у меня нет, хотя для аристократа это недопустимо, – но мы хотели посетить еще одну лавку.
– Тогда тем более примите помощь, – покачал головой мужчина. – С вашего разрешения Ронэнс сопроводит вас. Он не доставит хлопот, не волнуйтесь, просто хочу отплатить благодарностью за вашу покупку.
Немного подумав и "побеседовав" взглядом с Инессой, я решила не отказываться от носильщика, тем более, что по плану у нас был поход в лавку игрушек.
– А теперь игрушки, – лукаво улыбнулась я.
Что сказать, игрушки этого мира разительно отличались от нашего. Из дерева и ткани, но, как по мне, так даже лучше, ведь все из экологически чистых материалов.
– Красивая, – с придыханием произнесла Инесса, когда я остановилась возле одной из искусно сделанных машинок.
– Мне тоже нравится, – кивнула я в ответ. – Вот эту, пожалуйста, – обратилась к торговцу, находящемуся рядом.
Передав игрушку в крепкие руки Ронэнса, мы отправились дальше путешествовать по рынку.
Лавку с лакрицей и яблоками в карамели мы тоже не обошли стороной, купив всего понемногу. За ней последовала булочная, которая осталась одна на весь рынок, ведь другую Лимар закрыл, выкинув алчного торгаша за шкварник. А потом моего внимания коснулся прилавок с навесными плетениями, украшенными разноцветными перьями и бусинками. Чем-то это штука походила на ловец снов, и мне захотелось его приобрести, чтобы Льюис ночами спал спокойно и ничто не тревожило его.
Выбрав самый красивый ловец, мы отправились ловить экипаж.
Время уже было вечернее и следовало поторопиться с возвращением в поместье, которое теперь охранялось.
Мы направились к воротам рынка, но тут моего слуха коснулся скулеж, доносящийся из едва приметного переулка.
– Что такое? – нахмурилась я, вздрагивая от очередного жалобного, просящего о помощи воя.
– Госпожа, нам лучше уйти, – внезапно послышался голос Ронэнса, который до этого сохранял молчание.
И вновь скулеж, разрывающий сердце…
– Что происходит?! – резко обернулась я к парню, чуть старше моего возраста.
– Лови его! Лови! – орал кто-то взволнованно из того самого переулка.
– Твою же мать! Криворукий! По башке его! По башке бей!
Не вынося происходящего, я, забывая о покупках, рванула на голос, гонимая оглушающим сердцебиением собственного сердца.
– Госпожа! – бежал за мной Ронэнс. – Прошу вас! Не ходите туда, госпожа! Там… опасно!
И снова скулеж… Кто-то бил животное: безжалостно и жестоко.
– Госпожа! – звал меня Ронэнс. – Умоляю, госпожа! Там зрелище не для дам!
Рванув вперед, он обогнул меня, преграждая дорогу.
– Отойди! – рыкнула я ему, вздрагивая от собачьего крика о помощи, над которой зверски издевались.
– Молю! Выслушайте! – поджал губы парень, мотнув головой. – Торос сегодня проиграл десятый бой! А это значит, что его жизни пришел конец!
– Что ты несешь?! – зарычала я, тяжело дыша от шума возни и мужских криков, намеревающихся загнать в угол животное и, как стало понятно, лишить его жизни.
– Таковы правила! – взволнованно говорил парень. – Псу не жить… Госпожа! – кинулся за мной Ронэнс, когда я решительным шагом обогнула его, бегом устремляясь на брань и рычание собаки, которая жила, пока была кому-то нужна.
Подхватив низ пышной юбки, я прибавила скорости, влетая стрелой в тот самый переулок и замирая от увиденного...
32. Тебя больше никто не тронет, парень!
Ролана
Огромных размеров собака, черная длинная шерсть которой сияла в лучах вечернего солнца, вжималась в каменную стену, агрессивно скаля зубы. Ее передняя лапа была поджата. Судя по всему, по ней уже успели попасть камнем, которых рядом с животным было накидано предостаточно. Трое мужчин швыряли булыжниками в пса, удерживая в руках дубины, как я поняла, на всякий случай, если он решит напасть, защищая себя.
Недалеко от них топтались люди, шурша какими-то листами и передавая пухлой женщине монеты.
– Ставки? – ахнула я, поражаясь увиденному до глубины души. – Они делают ставки?!
– На то, сколько Торос продержится. Так всегда было, – произнес с печалью в голосе стоявший рядом Ронэнс. – Увы, но жизнь пса подошла к концу.
«Господи… – прошептала я мысленно, не вынося ярко-синего взгляда собаки, в котором читалась безысходная печаль. Животное понимало, что его ждет. И еще оно понимало, что против такой толпы у него нет ни шанса. – Что за мир такой… Разве так можно? Откуда в вас эта кровожадность?! Для вас мучить животное развлечение?!»
– Сдохни уже! – кричал какой-то долговязый мужчина с несуразной кепкой на голове. – Иначе я потеряю деньги!
– Давай! – тут же загорланил второй. – Терпи! Мне нужен этот выигрыш!
– Не тяните время! – грудным голосом проорала та самая баба, собирающая монеты. – Не по правилам это!
Один из троицы нападавших поднял с земли увесистый камень, который лежал у его ног, и запустил им в животное…
В этот момент для меня все происходило как в замедленной съемке. Вот булыжник летит по заданной для него траектории и попадает собаке по голове… Сердце болезненно сжалось, когда пес жалобно заскулил.
Мне не хватало воздуха, я задыхалась, а еще не понимала, как люди могут спокойно стоять и смотреть на то, как на их глазах забивают животное?!
И вновь один из мужчин подхватил камень с земли, только теперь его размер был куда больше, замахиваясь…
– Прекратите! – зарычала я, выскакивая перед ним, тем самым встав между нападавшими и пострадавшей собакой, взгляд которой рвал мое сердце на части. – Хватит, я сказала! – гаркнула, что было сил, раскинув руки в разные стороны и закрывая собой пса.
Все присутствовавшие притихли, смотря на меня округлившимися глазами, в которых читалось многое.
– Аристократка…
По округе поползли вполне ожидаемые шепотки.
– Откуда она здесь…
– В такой-то час…
– А это не та ли самая, которая вчера была с наследником герцога?
– Точно! Она!
– Говорят, она с ним на одном коне скакала…
– Ах, неужели невеста?!
– Отойдите от животного! – рычала я, тяжело дыша и пропуская мимо ушей их пустопорожний треп. За спиной, за которой и находился Торос, послышалось угрожающее рычание. – Спокойно, парень, – посмотрела я на него, встречаясь с ярко-синим взглядом. – Давай без глупостей! Я на твоей стороне!