Разыскивается живым или мертвым. Том 2 (СИ)

И всё равно я сбился с пути. Вероятно, из-за того, что в какой-то момент наткнулся на следы огромного числа коров, и какое-то время шёл по ним, их тоже гнали на север. Стадо, которое перегоняли здесь, не шло ни в какое со стадом, угнанным у мистера Гиллана, Там угнали две сотни, здесь, судя по следам, прошло не меньше тысячи.
Но идти по следам перегонщиков оказалось удобнее, чем путешествовать вслепую, следы неизменно приводили меня к источникам воды и комфортным стоянкам. В конце концов, я шёл здесь впервые, а они гоняли стада регулярно.
Я продолжил ехать по следу, и он привёл меня к городу. Вернее, я сперва услышал выстрелы, и только потом увидел город на горизонте. Армейский форт и россыпь деревянных строений вокруг. Город окружали пастбища, на которых тёмной живой массой виднелись тысячи голов скота. Может быть, даже сотни тысяч. На таком расстоянии я не мог верно оценить количество, но оно в любом случае поражало.
Мои припасы подходили к концу, а питаться одними только подстреленными кроликами я не желал, поэтому направился прямо к городу. Я изголодался по человеческому общению и обществу. К тому же, здесь наверняка умеют готовить бифштекс, и я просто обязан был его попробовать.
Деревянный дорожный указатель сообщил мне, что я подъехал к Додж-Сити, штат Канзас, и я удивлённо присвистнул. Крюк внезапно стал ещё больше, я рассчитывал из Оклахомы пройти прямиком на территорию Колорадо. Но путь, проложенный ковбоями, привёл меня сюда, и я решил заглянуть на огонёк.
К тому же здесь, в Додж-Сити, моего имени точно никто не спросит. Город транзитный, беспокойный и бурный, в котором каждый день мелькают новые лица, и в котором наверняка разного рода мошенников и преступников бродит больше, чем во дворе федеральной тюрьмы.
Так что я со спокойной душой въехал на пыльные улицы Додж-Сити.
Атмосфера здесь царила праздничная, хотя никаких народных гуляний не предвиделось. Это ковбои отмечали проделанную работу, пропивая честно заработанные баксы на радость местным проституткам и салунщикам. Отмечали от всей души, с песнями, плясками и пальбой. Именно эти выстрелы я слышал, подъезжая к городу.
Повсюду слышались весёлые крики, женские повизгивания, смех. Из дверей салуна под ноги моего коня вывалился пьяный вдрызг ковбой, размахивая револьвером. Я уж было напрягся, но ковбой, завидев меня, икнул, вытянулся смирно и коснулся заломанной шляпы.
— Пршу прщения, мистр, — выдавил он, и только после этого пошёл к коновязи, чтобы попытаться взобраться на лошадь.
Удивительно, но ни одного законника я не видел. Ни офиса шерифа, ни солдатских патрулей, хотя форт находился тут же, рядом с городом. Да и на рубашках местных прохожих я пока не заметил ни одной звёздочки, звезда помощника сияла только на моей груди. Я продолжал её носить, справедливо считая, что полномочия у меня никто не забирал, и что я продолжаю числиться помощником федерального маршала Милтона.
Я ехал по широкой авеню, выискивая взглядом заведение поприличнее. Не то чтоб я мог позволить себе сорить деньгами, как отдыхающие после перегона ковбои, но и ослепнуть от местной сивухи я не хотел. Или травануться несвежим мясом, например.
Подходящее под мои критерии заведение я нашёл не сразу, в большинстве здешних салунов громко играла разухабистая музыка, словно бы я ехал не по Додж-Сити, а по сочинской набережной в разгар сезона. А вот в одноэтажном салуне с незамысловатым названием «У Длинного Джона» вроде и публика собиралась поприличнее, и музыканты не горланили, как мартовские коты, и все окна были целы.
Так что я приткнул своих лошадей на свободные места у коновязи, а сам вошёл внутрь. Этот салун ничем не отличался от сотен других, виденных мной раньше, разве что интерьер был несравнимо богаче. Латунная подставка под ноги вдоль барной стойки, рядом с плевательницами, большое зеркало за спиной бармена, массивная деревянная мебель, которой просто так в драке не помашешь. Вместо похабных картинок на стенах висели пейзажи и натюрморты, и даже скатерти на столах были чистыми. В основном.
 
Тучный бармен прищурился, завидев меня, и на мгновение даже перестал натирать стакан тряпочкой. Видимо, оценивал мою платёжеспособность по внешнему виду, который после долгой дороги изрядно запылился. Но здесь, в Додж-Сити, любой бродяга мог внезапно достать из кармана пачку долларов, честно заработанных, и оставить всю зарплату в лютой попойке. Успевай только наливать виски и открывать кассу.
— Добро пожаловать, мистер, — произнёс он.
— А вы, наверное, Длинный Джон, — вместо приветствия произнёс я.
Несколько выпивающих компаний покосились на меня, но тут же продолжили заниматься своими делами, громко обсуждая какие-то местные проблемы.
— Нет, мистер, Длинный Джон это прошлый хозяин, у которого я этот салун купил, — таким тоном, будто бы он объяснял это в тысячный раз, ответил бармен.
Представиться он или забыл, или намеренно не стал, так что я перешёл к делу, минуя все эти расшаркивания.
— Виски и чего-нибудь пожрать, — попросил я.
Бармен налил золотистой жидкости в чистый стакан, не задавая лишних вопросов и даже не требуя предоплаты. Джентльменам верят на слово.
— На ужин сегодня куриные ножки с кукурузной кашей, — сообщил он.
— Ладно, тогда не надо, — буркнул я, представляя, насколько неаппетитно это всё выглядит, и на вкус, вероятнее всего, сочетание тоже не очень.
Тот лишь пожал плечами, мол, хозяин — барин.
— Ну, чтоб руки не дрожали, — тихо буркнул я, закидывая в себя полстакана виски.
После долгого путешествия по диким местам зашло так себе, продираясь через пищевод обжигающим ломом, и я едва не закашлялся. Скривился, поморщился. Виски здесь оказался тоже не самый лучший.
— Содовой? — участливо предложил бармен.
Я помотал головой, отказываясь от его предложения.
Мой сосед по барной стойке насмешливо хмыкнул, мол, не умеешь пить — не лезь. Влезать в спор я не стал. Затевать кабацкую драку ещё в одном городе я не планировал. Становиться, как Хорхе Мартинес, разыскиваемым в девяти штатах, мне ни к чему. Хватит и одного.
— Что нового в городе? — спросил я.
— Это Додж-Сити, мистер, тут каждый день что-нибудь новенькое, — хохотнул бармен. — Впервые у нас, да?
— Да, только что из Техаса, — ответил я.
— Кажется, новых караванов сегодня не приходило, — встрял незнакомец, сидевший у бара.
— Я пришёл один, — сказал я.
Тот взглянул на меня по-новому, с уважением. В одиночку путешествовать непросто. Особенно здесь, на Западе.
— И что же помощник маршала хотел бы найти в нашем городке? — хмыкнул бармен, разглядывая мой значок на лацкане.
— Ничего. Просто ехал мимо, — сказал я.
— Да? Жаль, жаль, — сказал бармен.
Встревать в местные разборки я не имел ни малейшего желания. Поужинаю, переночую и поеду дальше, в Денвер. Возможно, даже не своим ходом, а на поезде. Через город шла железная дорога, соединяющая Канзас и Колорадо, так что за скромную плату можно с комфортом расположиться в вагоне первого класса.
— В окрестностях орудует банда Билли Хейза, — пояснил незнакомец у бара. — Нападают на одиночных путников и даже на караваны. Вот я и удивился, что вам, мистер, удалось прийти в одиночку.
Знакомое имечко. Кажется, в моём списке он болтался где-то на первых позициях, сразу за Мартинесом. Интересно.
— И чем же занимаются местные законники? — спросил я, поднимая стакан, в котором снова плескалось дрянное виски, отдающее сахаром и сивухой.
— Как и все другие честные и разумные граждане, опасаются за свои жизни и жизни своих семей, — сказал незнакомец.
Я только крякнул в ответ, одним махом закидывая виски в желудок, по-другому его пить было просто невозможно.
— За Уильяма Хейза, кажется, две тысячи долларов награды обещали, — сказал я, вспоминая листовки, виденные ранее в Техасе.
— Две с половиной, — уточнил бармен. — Он с бандой ограбил поезд «Канзас Пасифик», железная дорога пообещала за него ещё пятьсот долларов.