Разыскивается живым или мертвым. Том 2 (СИ)

Окрестности Спирвилля были такими же плоскими и ветреными, как и весь остальной Канзас, и я даже представить не мог, где тут может спрятаться банда из десяти человек. Это тебе не изрезанная каньонами Аризона, и даже не горные леса Нью-Мексико, тут всё как на ладони.
Ни одного прохожего на улице видно не было, праздно шатающиеся люди могли повстречаться в Додж-Сити, но никак не в Спирвилле, где все до единого были заняты работой. В мастерской кузнеца звенел металл, и я отправился туда.
Кузнец, лысый кряжистый мужик поперёк себя шире, занимался тем, что оковывал железом деревянные колёса. Завидев меня, он невозмутимо продолжил работу. Колесо он медленно вращал на жернове, дерево шипело и трещало от горячего железа, которое сжималось вокруг колеса. Только после того, как он закончил, добавив для проформы несколько ударов молотом, кузнец повернулся ко мне и смахнул рукавицей пот с блестящей лысины.
— Добрый день, мистер, — сказал он.
Его взгляд остановился на жестяной звёздочке, которую я так и не снимал с пиджака.
— Добрый день, — сказал я. — Это же Спирвилль, верно?
— Он самый, — сказал он. — Чем могу помочь?
Сразу раскрывать все карты мне не хотелось, но и ходить вокруг да около тоже, кузнец явно не тот человек, чтобы интриговать и скрывать что-то.
— Ответите на пару вопросов? Мне нужна кое-какая информация, — сказал я.
— Я всего лишь кузнец, мистер, — пожал плечами кузнец. — Вам бы лучше поспрашивать у Стэффорда, салунщика. Он тут все слухи собирает.
— Я не отниму у вас много времени, — сказал я.
— Ладно, я всё равно собирался сделать перерыв, — проворчал кузнец.
— Как вас зовут? — спросил я.
— Джек Стронг, — представился кузнец.
— Юджин Шульц, — сказал я, пожимая ему крепкую лапищу. — Я здесь по одному делу.
— Это понятно, — сказал кузнец.
— Я разыскиваю банду Билла Хейза, — я перешёл сразу к сути дела.
Кузнец заметно напрягся, отошёл к стене, отпил водички из большого кувшина. Желания общаться со мной у него и так было немного, теперь оно пропало вовсе.
— Не думаю, что могу чем-то помочь, — после небольшой заминки ответил мистер Стронг.
— Мне говорили, что Хейза и его людей видели поблизости от Спирвилля, — сказал я.
— Их здесь нет, — отрезал кузнец.
Он вынул из кармана папиросу, демонстративно взял голыми пальцами уголёк из горна, прикурил и бросил тлеющий уголёк обратно. Я тоже закурил, но уже пользуясь спичками. Мне такие фокусы не по силам. Какое-то время мы молча стояли и курили, поглядывая друг на друга.
— Билли Хейза я знаю. Он здесь бывал, — после долгой паузы произнёс вдруг мистер Стронг. — Стоял вот на том же месте, где вы сейчас стоите, пока я ему коня подковывал.
Я огляделся. Место как место. Почти у самого входа в кузницу.
— И я бы не советовал вам гоняться за Билли Хейзом, мистер, — добавил он.
— Мне это уже говорили, мистер Стронг, — равнодушно произнёс я.
— Когда одно и то же говорят несколько человек подряд, лучше к этому прислушаться, — сказал кузнец.
Пожалуй, надо было идти в салун, как обычно.
Что-то такое, видимо, промелькнуло у меня на лице. Раздражение или нечто вроде того, и кузнец миролюбиво поднял руки.
— Не подумайте чего плохого, мистер Шульц, я всего лишь предостерегаю, — сказал он.
Я был голоден, зол, страдал от последних признаков похмелья, и не хотел выслушивать дурацкие советы от всех подряд. Мистер Стронг понял это без слов.
— Это и впрямь очень опасный человек, — сказал он.
— Поэтому я и хочу его найти, — сказал я.
— К нам сюда нечасто заглядывают законники, — сказал кузнец. — Люди вроде мистера Хейза бывают гораздо чаще.
Ещё одна причина, по которой он не хочет говорить. Я уеду, а этим людям здесь жить, и даже если я поймаю или убью самого Хейза, его дружки вполне могут нагрянуть и выяснить, кто именно заложил их босса.
— И всё-таки вы можете мне помочь в моих поисках, мистер Стронг, — сказал я.
Кузнец отхлебнул ещё воды из кувшина, поставил его обратно на верстак, подошёл к жернову и одним движением снял с него тяжёлое деревянное колесо, вдобавок окованное железным ободом.
 
— Я так не думаю, мистер, — сказал он. — Мне пора возвращаться к работе, мой перерыв окончен.
— Жаль, очень жаль, — процедил я.
Даже немного обидно было уходить несолоно хлебавши, я не привык получать такие отказы.
— Я бы на вашем месте поискал где-нибудь поближе к воде, — будто невзначай сообщил кузнец. — Неподалёку есть ручей, Кун-крик. Говорят, там водятся не только еноты.
— Благодарю, мистер Стронг, — произнёс я.
— Не стоит благодарности, — отмахнулся тот.
Я вышел обратно на улицу, пребывая в глубокой задумчивости. С одной стороны, упомянутый ручей обязательно нужно проверить. С другой стороны, это может быть опасно, причём не только для меня, но и для Стронга тоже.
Поэтому я решил сперва немного прогуляться по городку и осмотреться. Прошёлся до железнодорожной станции, на которой одинокий дорожный рабочий в синей фуражке подметал перрон, вернулся к улице, поглядел на дома. Все они выглядели новыми, время ещё не успело оставить на них следы. Городок явно построили недавно, вместе с железной дорогой.
Желудок заворчал, тосты с джемом испарились давным-давно, так что надо было подкинуть в топку ещё чего-нибудь съестного, и я направился в местное заведение общепита. Салун, ресторан, кафе, всё под одной крышей, вернее, «Горячие обеды Стэффорда» не являлось ни одним из этих заведений, при этом объединяя все функции сразу.
Я оказался единственным посетителем. Салунщик читал утреннюю газету, сидя за одним из столиков, и не сразу меня заметил. Пришлось кашлянуть, чтобы привлечь внимание.
— О, мистер! Я видел, как вы проезжали по улице. Ждал, когда вы ко мне зайдёте, — обрадованно воскликнул Стэффорд.
— Добрый день, — сказал я. — Мне бы горячий обед.
— Сейчас организуем, — он отложил газету и встал. — Готовит моя жена, между прочим.
— Уверен, она делает это превосходно, — равнодушно бросил я, снимая шляпу и усаживаясь на свободное место в уголке.
Спустя пару минут Стэффорд притащил на подносе большую тарелку картофельного пюре с мясным соусом и несколько ломтей белого хлеба. Салфетка и приборы лежали там же, на подносе. Пахло до одурения вкусно, и я почувствовал, как у меня, словно у собаки Павлова, потекли слюни. Я, однако, сумел сдержаться, чтобы не наброситься на еду, как дикарь с голодного острова, сдержанно поблагодарил салунщика и принялся за еду только когда он вернулся к своей газете.
Я даже и не заметил, как смолотил всё. Вновь подтверждалось правило, выведенное мной давным-давно, ещё во время путешествий по России. Самые вкусные обеды можно найти не в больших мегаполисах, а именно в таких крохотных городишках. Наверное, потому что владельцы занимаются этим по зову сердца, а не для того, чтобы срубить бабла с туристов. Так и здесь, ни в Эль-Пасо, ни в Тусоне, ни где-то ещё я не пробовал ничего, даже близко напоминающего этот шедевр кулинарии.
— Мистер Стэффорд, а можно повторить? — спросил я, промокнув губы кружевной салфеткой. — И передайте вашей жене моё почтение. Это и в самом деле шедевр.
Тот рассмеялся.
— Конечно. Одну минуту, — ответил он.
Вторую порцию я поедал не спеша, с толком и расстановкой. Стэффорд закончил читать газету и подсел ко мне, испросив разрешения.
— Вы из Техаса, не так ли? — спросил он.
— Как вы догадались? — спросил я.
— Ваша звёздочка, — сказал он. — Такие носят только на фронтире. Наши законники предпочитают звёзды подороже. С инкрустацией и гравировками. С драгоценными камнями.
Он усмехнулся, будто сама мысль о маршальской звезде с бриллиантами его веселила.
— Проездом у нас? — спросил Стэффорд.
— Вроде того, — сказал я. — Ищу одного человека.
— Надеюсь, не меня? — посмеялся Стэффорд.
— А есть за что? — в тон ему спросил я.
— Нет-нет, Боже упаси, я законопослушный гражданин, — сказал он.