Разыскивается живым или мертвым. Том 2 (СИ)

Я пыхнул сигаретой, выпуская густой клуб дыма.
— Стало быть, пропустили. Бывает, — пожал плечами я. — Рутинная работа, она такая. Взгляд замыливается.
Рабочий глянул на меня искоса, но ничего не сказал.
— И сколько вы хотите за эту землю, мистер Шульц? — спросил мистер Уильямсон.
— А наш общий знакомый вам ничего не сказал? — хмыкнул я. — Пять тысяч долларов. За полторы тысячи акров земли.
Уильямсон нахмурился, вновь повернулся к ручью, снял котелок, промокнул платочком обширную лысину.
— Это слишком много, — сказал он после некоторых раздумий.
— Разве? Да вы только с этого ручья намоете больше, — вновь пыхнув сигаретой, сказал я. — А если ещё и остальную землю пустить в дело…
— Почему вы тогда сами этим не займётесь? — спросил он.
— Я уезжаю из Колорадо. В очень скором времени, — сказал я.
Чистейшая правда и ничего, кроме правды.
— Понятно. Мне надо подумать, — сказал промышленник. — К тому же у меня в данный момент нет столько наличности. Придётся заложить кое-какие акции и облигации…
— Можете расплатиться акциями, — пожал плечами я. — Частично. Акции чьи?
— «Вестерн Юнион», в основном, — Уильямсон задумчиво потёр подбородок.
А я, заслышав название, чуть не рассмеялся в голос. Джек-пот. Интересно, во сколько раз подорожали акции «Вестерн Юнион» за сто пятьдесят лет? Думаю, достаточно сильно, чтобы не переживать за моих ещё нерождённых наследников, внуков и правнуков.
— Да, можно и акциями, чтобы мне не бродить по горам с мешком кэша, — кивнул я. — Не то ко мне слетятся все бандиты округи, словно мухи на мёд.
Шутка шуткой, но меня вдруг озарила отличная идея. Не факт, что сработает, но попробовать можно.
— Хорошо, — протянул Уильямсон. — Земля никогда лишней не бывает. Особенно земля с золотом на ней.
Мы ударили по рукам и договорились встретиться в Колорадо-Спрингс завтра с утра, чтобы оформить сделку как положено.
Все пятеро собрались и быстренько умотали на север, обратно в город, ну а я принялся собирать вещи и готовиться к отъезду. Я пока не радовался, ещё слишком рано, радоваться я буду, когда в бумажнике зашелестят купюры, но настроение всё равно было приподнятым. Надеюсь, всё получится.
Хижину разбирать не стал, только забрал оттуда все свои шмотки, а те, которые сохли на ветках, засунул в отдельный мешок и навьючил на лошадь. Очень скоро всё было готово к отъезду.
На всякий случай проверил наличие купчей в бумажнике, без неё ничего не получится, а возвращаться в Пуэбло и восстанавливать документы точно не время. Купчая оказалась на месте, разве что немного промокла по краям. Печати и подписи не расплылись, и ладно.
Уехал я из этого места, надеясь больше никогда его не увидеть.
Только на половине пути в Колорадо-Спрингс меня посетила мысль, что надо было взять с Уильямсона задаток, хотя бы сотню долларов. Но хорошая мысля, как водится, приходит опосля, и я вновь ехал в город без гроша в кармане. Нескольких крупинок золота, завалявшихся в карманах, может быть, хватит на пару стаканчиков самого дешёвого пойла, не более.
Однако эта проблема вскоре должна решиться самым благоприятным образом, и я не переживал.
Но в какой-то момент впереди послышалась отдалённая стрельба, весьма оживлённая. Я удивлённо хмыкнул и пнул Ниггера в бока, заставляя перейти на рысь, а затем и в галоп. Жеребец сдавленно фыркнул и помчался вперёд, взрывая тяжёлыми копытами сырые комья земли.
Бродяга бежал рядом, вывалив длинный розовый язык и иногда заливаясь встревоженным лаем. Тогда-то я и подумал, что что-то не так.
Пальба не прекращалась, и я летел на звуки выстрелов, всем сердцем надеясь, что это кто угодно другой, только не мистер Уильямсон. Но других прохожих на этой тропинке быть не могло.
Тропинка, которую я натоптал в девственной прерии самолично, вела к большой дороге из Пуэбло в Колорадо-Спрингс, и случайных людей на ней быть не могло, тем более, тех кто случайно сделал бы несколько выстрелов из револьверов подряд. Вскоре они, впрочем, затихли.
Уильямсон и его товарищи не успели уйти далеко от моего участка. Я ожидал увидеть бой в самом разгаре, густую завесу порохового дыма, свист пуль и все прочие атрибуты. Вместо этого увидел сперва одиноко бродящую лошадь, осёдланную, а чуть погодя — трёх мертвецов. Охранники Уильямсона и третий — краснорожий работяга, которого я узнал только по его простой одёжке, потому что лицо его было разворочено пулей.
 
Самого Уильямсона и его эксперта-старика видно не было, как и неизвестных нападавших, и я медленно окинул взглядом окрестности. Гнетущая тишина почему-то заставляла нервничать, хотя никаких признаков того, что мне здесь грозит опасность, я не видел.
Лёгкий ветерок шелестел в кронах деревьев и высокой степной траве, лошади фыркали от запаха крови, на которую уже слетались первые мухи.
Я цокнул языком, понукая Ниггера, и подъехал к каждому трупу по очереди. Мертвее мёртвого, каждый из них получил по пуле, да не раз. Карманы вывернуты, сумки брошены. А вот их босс куда-то подевался, и дело становилось для меня личным, мы с Уильямсоном пожали руки и договорились о сделке, а значит, эти неизвестные нападавшие посягнули на мои доллары и акции «Вестерн Юнион». Осознание этого факта заставило меня выматериться в голос.
Напали на отряд Уильямсона на небольшой полянке, тропинка простреливалась со всех сторон, но с запада, на пологом склоне неизвестной горы располагался небольшой лесок, и довольно близко к этому месту. Следов копыт, ведущих по тропе дальше, как если бы Уильямсон попытался ускакать в Колорадо-Спрингс, я не обнаружил, зато нашёл следы шестерых всадников, ведущие как раз к этому лесу.
Недолго думая, я пустил Бродягу по следу, а сам вытащил винчестер и поскакал чуть сзади пса, который мчался, вывалив язык. Меня переполнял гнев. Если кто-то хочет сорвать мою сделку, на которую я поставил все свои сбережения, то ему придётся за это ответить. Даже если у него такой цели не было.
К тому же кровь уже пролилась, произошло тройное убийство как минимум, и я, как служитель закона, должен убийц найти и покарать. Передавать их в руки закона будет кто-нибудь другой, я предпочту убить всех на месте.
Теперь Бродяга не лаял, бежал молча, будто знал, что не стоит раньше времени раскрывать своё прибытие. Не факт, что меня в этом лесу ждут, но я почему-то думал, что если кого-то и встречу, то только там.
Злость требовала выхода, и я буквально жаждал встречи с негодяями, но одна простая мысль вылилась на меня ушатом холодной воды. Я один. А их много. Не один, и не два, бандиты-одиночки ни за что на свете не осмелятся напасть на отряд из пятерых всадников. Не помню, все из них были вооружены или нет, но всё равно.
Мне не впервой драться с превосходящими силами противника, но лишний раз рисковать шкурой, когда цель так близка… И всё же я не мог отступить.
Бродяга забежал под кроны деревьев, на опушку, я последовал за ним. Густой подлесок петляющей пьяной змеёй пересекала едва заметная тропинка, ехали неизвестные цепочкой, след в след. И ехали совсем недавно. Пожалуй, у меня есть все шансы их догнать.
Увидеть мистера Уильямсона в живых я уже и не надеялся, если честно. Только если он всё-таки сумел как-то сбежать. Замысел нападавших был мне абсолютно понятен, если они прознали каким-то образом, что Уильямсон едет на крупную сделку, то наверняка ждали, что он повезёт с собой крупную сумму денег. Кто-то, вероятнее всего, дал на него наводку. Ну или это просто похищение крупного бизнесмена ради выкупа, и тогда мне, возможно, повезёт ещё раз пожать ему мозолистую лапищу. Такое тоже вполне возможно. Если бы хотели убить сразу — убили бы прямо там, на дороге.
По лесу приходилось двигаться медленнее, чем обычно, да и Бродяга, взволнованный обилием запахов, лесной живности и новых впечатлений, постоянно отвлекался и терял след. И хотя я след не терял, я всё равно замедлился. Настолько, что даже спешился и пошёл своим ходом с винчестером наперевес, как на охоте. От охоты меня сегодня отвлекли, дичи я не добыл, придётся теперь охотиться на людей.