Разыскивается живым или мертвым. Том 2 (СИ)

Вокруг этой заброшенной шахты никакого посёлка не было, судя по всему, уголь отсюда возили прямиком в Пуэбло или Гринвуд, но вход в неё точно так же оказался вырублен в отвесной скале и укреплён брёвнами. А возле входа у небольшого костерка сидел мексиканец в лоскутном пончо и его рожа показалась мне смутно знакомой.
Время платить по счетам, сеньор Мартинес.
  
Глава 26
 
Я не стал стрелять сразу, как только увидел цель. Я залёг в кустах чуть поодаль и начал наблюдать, отчаянно жалея о том, что так и не сподобился приобрести себе хоть какую-то оптику. Хотя бы театральный бинокль.
Сейчас я отчётливо понимал, что второго шанса не будет, мне нужно действовать сразу и наверняка. Поэтому бездумно стрелять по первому же увиденному мексу будет великой глупостью. Что смущало меня больше всего, так это то, что возле коновязи топтался только один мерин. Неужели хозяева отошли куда-то в гости?
Мексиканец у костра сидел и скучал, стругая ножом маленькие щепочки, которые отправлялись в красное пламя, вспыхивая на лету. Изредка он поглядывал на дорогу, иногда прикладывался к фляжке с каким-то пойлом. Вид у него был довольно грустный. Ничего, сейчас повеселимся.
Ко входу в шахту почти вплотную примыкали кусты, расчищенная полянка, впрочем, неплохо просматривалась, как и дорога, но если двигаться аккуратно, то я, возможно, сумею к нему подкрасться. Тихо, по-пластунски, чтобы ни одна веточка не хрустнула под ногой. Медленно и методично. Я повесил винчестер за спину, вытащил револьвер и потихоньку пополз на брюхе через кусты и подлесок, стараясь не пошевелить ни одной травинки.
Мексиканец ничего даже и не подозревал. А я потратил, наверное, больше часа, чтобы проползти какие-то полсотни метров. Регулярно останавливался, пережидал опасность, когда часовой отрывал взгляд от пламени и с надеждой глядел вдаль, на дорогу. Мне повезло, что он смотрел в костёр, на играющие язычки пламени. Они его слепили, и заметить меня становилось ещё труднее.
Хотя я множество раз вспомнил про костюм «лешего», в котором добрался бы до нужного места гораздо быстрее. Но и в обычном чёрном костюме неплохо вышло. Я подполз максимально близко, насколько сумел, а потом резко поднялся и шагнул к часовому, наставляя на него ствол. Мексиканец от неожиданности даже опрокинулся на задницу.
Он немедленно потянулся к своему револьверу, но я сунул револьвер ему под нос, отбивая всякую охоту делать глупости.
— Хола, амиго, — сказал я.
Мексиканец не ответил. Лишь хлопал глазами, пытаясь понять, откуда я тут вообще взялся.
— А я тебя, кажись, знаю, дружок-пирожок, — хмыкнул я. — Давидом тебя звать?
— Д-да, — неуверенно сказал он.
— Ты уже понял, зачем я здесь, да? — спросил я.
Он медленно кивнул.
Я, продолжая наставлять на него пушку, наклонился и вытащил револьвер у него из кобуры. Чтобы у него не возникло соблазна, если я вдруг отвлекусь.
— Где твой босс? — спросил я. — И где все остальные?
— Не твоё дело, гринго, — вдруг осмелел он.
— Их дожидаешься, не так ли? — фыркнул я. — Как думаешь, что мне мешает сейчас тебя пристрелить, и подождать их тут вместо тебя?
— Твой значок, — криво улыбнулся он. — Законники так не поступают.
— Шляпу сними, — приказал я.
— Чего? — не понял он.
— Шляпу сними, говорю. Положи на землю, — повторил я. — И пончо тоже.
Он сделал то, что я приказал. А я взвёл курок и выстрелил ему в голову. Мексиканец рухнул на спину, под ним начала растекаться большая лужа крови, тут же впитывающаяся в камни и песок. Я взял его за ноги и оттащил вглубь шахты, так, чтобы снаружи его не было видно, а затем вернулся к костру.
— Не поступают… Ха, — буркнул я, закидывая песком лужу крови, оставшуюся бурым пятном на земле.
Минус один ублюдок, планета стала чище. Я поднял его сомбреро, повертел в руках, испытывая некоторую брезгливость. Ладно, надеюсь, оно того стоит. Я забросил свои новую шляпу и пиджак в ближайшие кусты, а вместо них напялил цветастое пончо и сомбреро, которое ещё хранило стойкий запах кислого пота.
 
Сел возле костра, положил винчестер рядом. Переломил поля шляпы так, чтобы они скрывали моё лицо, а затем принялся ждать гостей. Вспомнил про лошадей, про Бродягу, сбегал за ними. Привязывать лошадей не стал, на случай, если придётся быстро уезжать, просто накинул поводья на продольную жердину.
— Десять негритят отправились обедать… Один поперхнулся, и их осталось девять… — бормотал я, поглядывая на дорогу.
В костёр старался не смотреть, чтобы не слепить себя. Я понимал, что позиция у меня так себе, на открытом месте, но я намеревался застать негодяев врасплох. Они наверняка подъедут верхом, и гораздо больше подозрений у них возникнет, если вход никем не будет охраняться. Застрелю главаря, а если что-то пойдёт не так, засяду в шахте.
Ждать пришлось почти до темноты.
Я трижды подкидывал в костёр припасённый неподалёку валежник, прежде, чем на дороге послышались голоса.
Бандиты ехали, не скрываясь, радостно переговариваясь между собой на испанском. Я пододвинул винчестер поближе и приготовился.
— Эй, Давид! — воскликнул один из них, выезжая из-за кустов. — Ты не поверишь!
— Чьи это лошади? — вдруг крикнул другой.
— Это не Давид! Засада! — заорал третий.
Пришлось вскинуть винчестер и пальнуть, почти не целясь, после чего тут же уходить внутрь шахты. В темноту. Не знаю, попал я по кому-то или нет, слишком глазастый мекс испортил мне всю задумку, а ведь как элегантно должно было получиться.
Тут же загремели выстрелы, пули защёлкали по каменным сводам. Я практически нырнул внутрь, улёгся рядом с покойным Давидом, начиная выцеливать мексов снаружи. У меня имелось преимущество, я видел, что происходит снаружи, а они меня видеть не могли.
И если они вернулись в шахту, если её оставляли под охраной, то в ней наверняка припрятано что-то ценное. То, ради чего они будут сражаться. А я и не против, пускай лезут под пули.
Перед входом в шахту мелькнула фигура одного из бандитов, я немедленно потянул за спуск. Винчестер толкнулся отдачей, а мексиканец рухнул, как подкошенный, прямо напротив костра. Внутрь шахты вдруг влетело что-то горящее, не то факел, не то просто головёшка.
— Твою мать, — буркнул я, пытаясь пятиться назад.
Зажжённый факел упал в паре метров от меня, но этого хватало, чтобы осветить коридор шахты и прицелиться по мне. Чем немедленно воспользовались бандиты.
Я успел только спрятаться за трупом Давида, не смея высунуть головы. Чёртов факел ещё и ослепил меня, перед глазами плясали зайчики, и я не мог ответить на выстрелы. Только пальнуть, не глядя, прямо из укрытия, как я и поступил, пытаясь отогнать наседающих мексиканцев.
— Кто ты такой, чёрт подери⁈ — крикнули снаружи.
Отвечать я не торопился. Притих, медленно отползая вглубь шахты. Коридор, вырубленный в толще скалы, казался тесным и низким, хотя на самом деле по нему спокойно могла пройти телега.
Но телегами здесь не возили, пользовались вагонетками, о чём свидетельствовали остатки шпал на каменном неровном полу. И рельсы, и всё остальное давно вывезли, а вот шпалы остались. Жаль, можно было бы укрыться за вагонеткой и толкать её вперёд, как Индиана Джонс.
Я вновь устроился на самой границе видимости, понимая, что сам себя загоняю в ловушку, в тупик. Рано или поздно шахта закончится. Но я надеялся, что враги закончатся раньше.
Мексиканцы, несмотря на горячий нрав, на рожон не лезли, им хватило одного убитого, чтобы понять — стреляю я метко, и мне ничего не стоит этот выстрел повторить. Я не мог понять, сколько их всего. Не меньше четырёх, это точно. А ещё я так и не понял, здесь Мартинес или же нет. Давид, конечно, был из его банды, но в жизни случается всякое. Хотелось взглянуть Хорхе Мартинесу в его бесстыжие глаза, прежде чем пуля из моего «Миротворца» оборвёт его жизненный путь.
— Эй, ублюдок, тебе конец, ты понял? — крикнул кто-то из мексов. — Ты уже труп!