Циничные игры в Любовь (СИ)
Каждый новый вопрос был громче предыдущего. Несмотря на строгость тона, мягкий девичий голос дрожал — Люба ужасно нервничала. И я тоже волновался, хотя и старался не показывать этого…
— Потому что ты мучаешь меня… — прикоснувшись к гладким волосам, прошептал я. — Потому что после твоего приезда я перестал спать. Каждую ночь… Ты снишься мне каждую ночь! И от этого нет спасения…
Когда я вдыхал исходивший от Любы ванильно-цветочный аромат, боль в моём сердце ослабевала. Как же чертовски я всё-таки по ней скучал…
— Признаться честно, я счастлива это слышать, — снова посмотрев на меня, ответила Люба. — Даже представить не можешь, как сильно я желала страданий для тебя. Мечтала, что придёт день, и ты сполна испытаешь всю боль, что терзала меня эти годы. Я надеялась и молилась на это. И, кажется, мои молитвы были услышаны…
— Ничто не можешь оправдать меня, Птичка. Я поступил с тобой ужасно… Признаю! Не стоило делать ставку на наши чувства. Но я тогда был юн и безумно глуп…
— И что?! — слегка приподнявшись надо мной, воскликнула Люба. — Юн и глуп… — усмехнувшись, повторила она. — Ничто не обелит твою ничтожную совесть. Возможно, этот идиотский спор я бы ещё и могла простить! Но то гнусное видео… — она сделала многозначительную паузу. — Никогда!
Когда я услышал это — в мгновение ослабил хватку. Секунда моего замешательства позволила Любе оттолкнуться и выбраться из объятий.
— Какое видео?! — открыв глаза, хрипло прошептал я. — О чём ты говоришь?..
— Вот только не нужно прикидываться дураком, — тягостно вздохнув, Люба поправила задравшуюся футболку. — То позорное видео, которое ты снял в доказательство выигрыша в споре! Наша… — она брезгливо сморщилась, — … близость в кинотеатре. Неужели уже забыл?!
Сначала я подумал, что это не больше, чем выдумка. Ложь, цель которой — выставить меня последним уродом. Но… Люба с таким презрением, с такой ненавистью продолжала смотреть в мою сторону, что стало понятно — это чистая правда.
— Нашу последнюю близость в кинотеатре я помню, — девичьи слова стали ушатом холодной воды на мою голову. — Но никакого видео я там не снимал! Спорили мы совершенно о другом. Я и пальцем не должен был к тебе прикасаться! Давид…
— Конечно! — перебила меня Люба. — Только ты знал, что мы там будем… Только ты мог снять его! Как же мерзко сейчас слышать твои пустые оправдания…
— Люба, я, правда… — встав с дивана, я сделал несколько шагов к стоящей у окна девушки. — Я клянусь тебе, что не снимал никакого видео! Да у меня даже мысли о таком не было… — подойдя ближе, я не отрывал обеспокоенного взгляда от холодно-голубых глаз. — Может, ты что-то неправильно поняла? Возможно, это глупая шутка — идиотский розыгрыш? Или монтаж…
— Нет! Я видела себя… Слышала стоны! — я заметил, насколько мерзкой ей было об этом вспоминать. — Это были мы, Романов. Точно мы…
Растерянность и непонимание происходящего тугой верёвкой стягивались на горле. Я действительно не имел никакого отношения к тому, что увидела Люба.
Но если я был к этому непричастен, тогда кто мог так меня подставить?
— Кто тебе его прислал? — мой голос охрип.
— Не знаю… — Люба задумчиво посмотрела в сторону. — Номер был неизвестным. Я пыталась найти хотя бы какую-то информацию в интернете, но ничего не нашла… — она пожала плечами. — Подумала, что ты специально написал то сообщение, чтобы я от тебя отстала. В последние дни наше общение было слишком холодным…
— Холодным? — пытаясь напрячь память, переспросил я. — Возможно… Возможно, я уделял тебе мало внимания, но только потому, что пытался уладить проблемы с Ингой! Узнав про наши чувства, она обещала рассказать всё моим родителям… Представляешь, какой был бы скандал, если бы отец обо всём узнал? — горько усмехнулся я. — Идиот-сыночек соблазнил дорогую дочь друга… Меня бы на заднем дворе закопали.
После этих слов мне показалось, что девичий взгляд изменился. В нём больше не было прежней ненависти, злобы или презрения. Нет… Появилась растерянность, замешательство и страх.
Но Люба была бы не Любой, если бы не продолжила стоять на своём.
— Пусть так! Это ничего не меняет, — скрестив руки на груди, она отстранилась. — Я всё ещё не верю тебе, Романов. Не верю, поэтому даже видеть не хочу… Убирайся! Сейчас же.
Конечно же, Люба пыталась храбриться, показывала свой упёртый характер, старалась оттолкнуть… Но я и не рассчитывал на быстрое применение. Мне придавала надежду мысль о том, что сегодня её крепкая броня дала трещину.
Да и после нашего разговора я наконец-то узнал, почему два года назад Люба исчезла. Кто бы мог подумать, что меня так крупно подставили…
Глава 35
/Люба/
Первый день на работе выдался суматошным. С самого утра я пыталась освоить технику продаж, понять, как правильно разговорить покупателя, чтобы побудить его что-нибудь приобрести, изучала весь имеющийся ассортимент.
Наблюдающая за этим Света тихо посмеивалась надо мной — она говорила, что для продажи побрякушек много ума не нужно. Да и к клиентам лишний раз подходить не следует — мол, им не нравится излишняя назойливость. Но разве я могла подойти к делу спустя рукава?
Конечно же, нет!
Пусть эта работа не приносила мне никакого удовольствия — я должна была выполнять её качественно. Во-первых, наплевав на свои обязанности, я бы дала разгул чрезмерно активной совести. Она бы точно не простила мне такого. А во-вторых, как-никак моим боссом был Олег. Ударить в грязь лицом при нём означало унизить себя.
Этого я допустить точно не могла.
— Ты слишком заморочилась, — попивая только что заваренный чай, вздохнула Света. — Главное — было научиться работать с кассой! А уж купит кто-то что-то — не так важно. Всё равно твоя зарплата от этого не вырастет.
— Ну и что? — положив на стеллаж удивительной красоты браслет из Целистина, я зашла к ней в каморку. — Я не хочу просто так здесь стул просиживать.
— Дело твоё! — засунув в рот ложку шоколадного торта, пробубнила Света. — Как знаешь, так и делай. В любом случае завтра меня это уже касаться не будет… Наконец-то я смогу нормально отдохнуть!
— Куда-то поедешь? — я села напротив неё.
— Да! — радостно воскликнула Света. — Поеду к родителям в Феодосию. Косточки, конечно, не погрею… Но морюшком подышу. Правда, придётся безбожно долго в поезде трястись.
— Я бы тоже хотела к своим слетать… — поджав губы, вздохнула я. — Но у нас довольно натянутые отношение. Поэтому долго в родном доме я не протяну.
— Тираны-диктаторы? — усмехнулась она.
— Практически, — легко улыбнулась я. — Просто…
В этот момент входная дверь открылась и послышался звук колокольчиков. Жестом показав Свете, что сама разберусь, я поправила волосы, футболку и вышла в зал.
— Добрый день. Чем могу вам помочь?
Я настолько широко улыбалась, что от непривычки скулы свело. Но, когда моему взору предстал пришедший, вся улыбка в мгновение спала с лица.
— Привет! — коротко помахав ладонью, радостно произнёс Олег. — Уже освоилась? Похвально.
— Здравствуйте, Олег Эдуардович, — из каморки, вытирая от шоколада губы, вышла Света. — Извините, что в зале никого… Мы под конец дня решили чай попить. Так сказать, отметить мой долгожданный отпуск!
— Ничего страшного, — расстегнув пальто, Олег положил на стойку перчатки. — Вы имеете полное право на технический перерыв.
— Спасибо! — при виде Филатова девичьи глаза буквально горели. — Может, хотите с нами чайку? Я там тортик шоколадный купила!
— Пожалуй, откажусь, — виновато улыбнувшись, ответил Олег. — Я просто заехал узнать, как справляется Любовь Викторовна. Всё-таки мы на неё магазин оставляем.
— Знаете, чудесно! — продолжила лебезить Света. — Она…
Пока моя напарница расстилалась перед начальством, я не только молчала, но и принципиально не смотрела на Олега, который всё это время не сводил с меня пристального взгляда. Меня совершенно не трогало повышенное внимание с его стороны. Даже, наоборот — невыносимо напрягало.